За гранью безумия. - Александр Науменко

«Как я ненавижу спать на новом месте», — подумал он, делая новую попытку улечься, пытаясь тщетно уснуть.

Проворочавшись минут десять и поняв, что сон не придёт, Денис поднялся, одеваясь, ёжась.

Он осторожно вышел в коридор, прикрывая за собой дверь. По голым ногам тянул холодный сквозняк. Как-никак, щелей в доме хватало, так что внутри не слишком тепло, как бы этого не хотелось.

— Прямо некий дом ужасов, — вновь поёжился он, бодро шагая по коридору, подсвечивая себе зажигалкой путь, чтобы не наткнуться на различную рухлядь.

«Да. Дел здесь действительно хватает».

Спустившись на первый этаж, Денис включил свет на кухне, наливая воду и дожидаясь, пока закипит вода в электрическом чайнике. Он решил выпить кофе, и плевать, что за окном темно, а часы показывают начало третьего. Он и в городе порою просыпался посредине ночи, усаживаясь в комнате перед ноутбуком, с горячей кружкой кофе, когда мучила бессонница.

Тем временем мужчина закурил, дымя сигаретой, пуская в потолок вонючий дым. Его мысли непроизвольно переместились в ту плоскость, где имелись подсчёты о ремонте дома. Во сколько это всё выльется? Да и на фирму не мешало бы заглянуть через пару деньков. А для этого придётся тащиться обратно в город по бездорожью. Но ничего, все равно следовало ехать, так как имелись кое-какие дела.

-Боже,-пробормотал он себе под нос.-Как представлю эту дорогу обратно...

В этот момент в коридоре что-то клацнуло, и свет погас. Чайник перестал кипеть, щёлкнув кнопкой, выключаясь. Мрак окутал Дениса со всех сторон, завернув в плотный саван. Лишь маленькая точка сигареты светилась, словно далёкое солнце в космическом пространстве.

— Этого ещё мне не хватало.

Сунув окурок в пепельницу, Денис чиркнул зажигалкой, поднимаясь, двигаясь прочь из кухни, намереваясь посмотреть пробки. Нечто подобное произошло этим вечером, когда Олеся после ванной решила включить фен. Пробки мгновенно вышибло, и последующие попытки высушить быстро волосы оканчивались провалом. Хотя чайник работал отлично, и некоторые другие электрические приборы.

Денис резко остановился, когда ощутил у себя за спиной движение. Нагревшаяся зажигалка обожгла пальцы, и огонёк погас, как раз в самый неподходящий момент. А тем временем позади кто-то передвинулся, бесшумно приблизившись, став почти вплотную. Вот только странно, не было слышно дыхания. Лишь мягкий шелест чего-то. Возможно платья.

«Там никого нет, — успокаивал мужчина самого себя.-Тебе всё привиделось. Я здесь один».

С бешено колотящимся сердцем, Денис медленно повернулся, ощупывая пальцами зажигалку, которая слегка остыла в холодном воздухе. Он уже хотел повернуть колёсико, чтобы убедиться в том, что он один в кухне, но застыл на месте. Нет, рядом действительно кто-то находился!

«Боже, всё не реально».

Светлое пятно отчётливо выделялось во мраке, шелестя, источая ещё более прохладный холод, чем комнатная температура. В нос шибанул приятный запах духов, дурманящий, головокружительный.

— Ты вернулся, — раздался во мраке приятный женский голос.-Я знала, что ты вернёшься.

Денис отшатнулся, но спиной наткнулся на глухую стену. Проход находился где-то там, в стороне, совсем далеко, за много миллионов километров отсюда. Он плавал в космическом пространстве, бороздя мрак, двигаясь от звезды к звезде. Яркие картины вспыхивали в мозгу, то и дело заставляя тревожно сжиматься сознание.

— Ты обещал, и ты сдержал своё слово.

Ослепительная вспышка, холодный ветер, ливень, что лупит по окнам, стекая вниз ручьями. Знакомый дом, огромное поместье. Тёплая комната, огонь в очаге. Возле дальней стены двое, мужчина и женщина, оба молоды, не больше двадцати лет. Они жарко целуются, прижимаясь телами, шаря руками. Шелест одежды, тяжёлое дыхание. Молодой человек не знаком, но вот девушка… Именно её доводилось видеть на картине, как в спальне наверху, так и здесь внизу. Из недр вырываются слова, рвутся стоны. Яркая вспышка, и всё кончено.

— Я готов одаривать вас любовью вечно, — произносит молодой человек, откидывая со лба прядь волос.

— Не говорите так, — тихо стонет барышня.-Мой муж. Он никогда не позволит…

Их губы вновь соприкасаются, но где-то наверху слышны тяжёлые шаги.

— О! Это он. Прошу, уходите отсюда, иначе он убьёт нас обоих.

Девушка спешно приводит одежду в порядок, тенью выскальзывая из помещения, оставляя молодого человека в одиночестве. Но и он недолго стоит на одном месте. Уже через секунду с осторожностью выходит в коридор, прокрадываясь, словно вор, в свою комнату.

«Ты помнишь, как всё начиналось», — шепчет голос в голове, находясь за границами космического пространства.

— Я… Нет, это не я!

«И ты обещал вернуться. Помнишь?»

Яркий солнечный день после дождя. Молодой человек держит за поводья коня, стоя перед домом, задумчиво гладя своего гнедого по морде. Двигаются слуги, перемещаясь от амбара к дому и обратно.

— Вы правда вернётесь?-спрашивает молодая особа, не глядя на вчерашнего любовника.

— Клянусь всем, что только у меня есть!-с жаром отвечает он.-Обещаю прибыть сюда ещё до пасхи, и вырвать вас из рук чудовища.

Щёки молодой особы становятся пунцовыми, а в глазах читается надежда. Она хочет ещё что-то сказать, но не успевает, так как на пороге возникает грузная фигура мужа. Его седые волосы в беспорядки, а тяжёлый взгляд окидывает двоих.

— Уже покидаете нас?-интересуется хрипловатым голосом хозяин поместья.

— А да, дела государственной важности. Как говорится, служба не ждёт.

Не глядя на молодую хозяйку, вчерашний любовник ловко заскочил в седло, пришпоривая коня.

«Ты обещал вернуться, и сдержал своё обещание», — снова слышится голос из ниоткуда.

— Я… Нет! Я не мог…

Глубокий вечер. Никого из слуг в доме нет. В очаге огонь не горит. За окном брешет пёс. Молодая хозяйка рыдает, прижимая к себе обрывки платья. Её щека горит пунцовым, а белая кожа исполосована множественными рубцами. На правой груди следы от крепких пальцев, а на ляжке огромный наливающийся синяк.

— Ты, дрянь, согрешила в моём доме!

Супруг взмахивает плетью, нанося очередной удар. Пласт кожи отделяется от плеча, и брызгает тёмная кровь. Обрывки платья падают под ноги, и девушка остаётся обнажённой. Она кричит, громко, тоскливо. В глазах слёзы, а на душе камень. Муж продолжает лупцевать изменницу, выкрикивая ругательства, проклиная бестию. Ручейки крови стекают по идеальному