За гранью безумия. - Александр Науменко

— В моём доме!-кричал мужчина, топая ногами, находясь в бешенстве.-Прямо у меня под носом! И с кем? С молокососом, которому я дал крышу над головой в дождливую ночь! И мне об этом докладывают слуги! Ведьма! Ты заплатишь за всё! Слышишь? За всё!

Она падает на пол, царапая доски, срывая ногти. Супруг становится над ней, продолжая лупцевать, яростно, беспощадно. Девушка ползёт, пытаясь отдалиться от ударов, но они продолжают настигать ещё и ещё.

— Он обещал вернуться, — шепчет она сухим горлом.

— Что? Что! Вернуться? Да пускай только попробует!

В своём неистовстве, мужчина срывает со стены шашку, замахиваясь, нанося удар, раз, другой. По полу растекается лужа крови, с губ срывается нечто непонятное, а молодое тело бьётся в конвульсиях. Через секунду всё кончено, но супруг продолжает рубить, отделяя руки и ноги, не видя всего этого кровавого кошмара.

«Ты обещал вернуться, и сдержал обещание».

— Нет…

«Мне было одиноко, но теперь всё в прошлом. И мы снова вместе…»

* * *

— Я не он, — попытался сказать Денис, но тщетно.

— Ты он, — возразила девушка.-Я чувствую в тебе бурлящую кровь. Знакомую кровь. Его кровь.

«Интересно, каков шанс того, что я являюсь далёким потомком того парня? А каков шанс того, что, являясь далёким потомком того парня, я прибыл в то место, с которого всё началось?»

Космическая мгла исчезла, словно её никогда и не было. Денис стоял на склоне каменного уступа, глядя вниз на долину, что расстилалась возле его ног. Небо было тёмным, затянутым пеленой. Дул пронзительно-холодный ветер, проникая под одежду, заставляя содрогаться от низких температур. Буквально отовсюду слышались крики, мольбы о пощаде. Тянулись руки, грязные, с потрескавшейся кожей, с обломанными ногтями. Рты раскрывались, издавая звуки, стоны, вздохи. В глазах тысяч… Миллионов людей плескалась надежда. Все они были здесь, в этом месте. Они корчились от пронзительной боли, содрогаясь от порывов ветра, пытаясь найти укрытие от холода. Но все лучшие места давно заняты. Несчастных гнали прочь от уступов, трещин, углублений. Им оставалось вечное скитание в надежде все-таки отыскать местечко, где холодный ветер не так сильно станет доставать, терзая плоть.

— Здесь моё место, — повела подбородком девушка, которая находилась рядом с Денисом.

Она морщилась от боли, приложив ладонь к животу, но стараясь не показывать своих чувств.

— Сюда попадают многие после смерти. Многие, но не все.

— Это чистилище?

— Я не знаю. И вряд ли кто-то из здешних обитателей скажет. Стражи молчаливы. Они не говорят. Они просто иногда выхватывают людей и уводят их отсюда. Уводят навсегда.

Мужчина заметил высокие фигуры в чёрных капюшонах. Те прохаживались среди корчащихся бедняк, не обращая внимания на их страдания. Стражи, именно так их называли местные обитатели. Неизвестные существа со скрытыми лицами. Кто они были на самом деле, знал лишь Создатель.

— Но я нашла лазейку обратно. Нашла.-Щель между мирами. Никто о ней не знает.

На губах появилась лёгкая улыбка, которая тут же пропала, скривившись от пронзающей нутро боли.

— Они даже не подозревают. Я смогла. Я сделала это. Я вернулась в мир.

Жутко-холодная картина тёмного места пропала, растворившись, переменившись на знакомое помещение, кухню, погруженную во мрак. Пахло сигаретным дымом, а сам же Денис стоял, прислонившись спиной к стене. Ему даже в первый момент показалось, что всё привиделось, но нет. С ним рядом находилась она, касаясь щеки холодными пальцами. Но вот удивительно. Пальцы были холодными, когда касались кожи, но стоило им неосторожно продвинуться дальше, то проходили вглубь, пронзая плоть, как бы это жутко не звучало.

«Она же призрак, и не забывай об этом».

— Что ты скажешь?

— На что именно?

— Ты рад, что мы оба вместе?

— Мм, послушайте…

— Ты рад? Ответь.

— Всё на самом деле не так. Далеко не так. Вы ошибаетесь. То есть, ты. Я не он, и быть и мне могу.

— Ответь.

— Говорю же, я это не он.

— Но твоя кровь! Я чувствую её.

— Нет. Я не он. У меня есть жена. У меня есть дочь. В конце концов, у меня своя собственная жизнь.

— Жена? Дочь?

Она недобро сощурила взгляд, а пухлые губы превратились в две тонкие нити. Её аура, или что это там было, ярко засияла, становясь в конце тёмной, почти бурой, как кровь.

— Жена, значит? Дочь, значит? Я видела их. Я наблюдала за ними.

Недоброе предчувствие вонзилось в сердце мужчины. Если женщина говорит таким тоном, то не жди ничего хорошего. Даже если она призрак. А особенно если призрак.

— Ты отвергаешь меня?

Денис хотел закричать, что никакого отношения к той давней истории дел не имеет, но из его горла вырвалось лишь некое клокотание. Глотку драло, словно внутрь насыпали горсть раскалённого под жарким солнцем песка.

— Я ждала тебя. Прошла многое, и ради тебя умерла. Я смогла вернуться обратно, и теперь ты отвергаешь меня?

Девушка громко завизжала, да так пронзительно, что кухонное окно пошло трещинами, а уши на мгновение заложило. Стаканы, стоявшие возле мойки, мгновенно лопнули, разлетевшись осколками, несколько поварёшек упало на газовую плиту. На улице ухнула сова, взмахнув крыльями, где-то вдали завыл волк и тут же забрехали собаки, в паре километрах отсюда, в деревне. Жёлтый диск луны скрыла дождевая туча, принося с собой пронзительный ветер. Ветви деревьев жалобно застонали, раскачиваясь из стороны в сторону. А потом призрак исчез. Он просто растворился, заполнив пустое место тьмой.

«Чтобы всё это значило, — размышлял Денис, облегчённо вздыхая, хотя и понимая, что цирк на этом не закончится.-Вот попал, так попал. Мало того, что повстречался с призраком, так ещё в нём оказывается кровь того ловеласа, который вскружил голову молодой особе. Ну спасибо тебе, прадед, чёрт тебя побери».

Сделав несколько шагов в сторону и пошарив рукой на полке, Денис нашёл фонарик, который незамедлительно включил. Это было, по крайней мере, гораздо лучше, чем вечно нагревающаяся зажигалка.

«Покурить бы сейчас. Нет, и ещё раз нет. Вначале пробки».