«Вагнер». «Проект К»: через ад к свободе - Андрей Ященко

через завод. Там я впервые встретил наемников – поляков. Нас было всего двенадцать человек на всю территорию. Первые потери мы понесли от миномётов, по нам работали чем-то крупным – 120-ми[30] и 152-ми[31]. После боя сидели, пили чай. Паренёк сидел возле окна, я – возле двери. Влупило так, что дверь снесло в обратную сторону. Нас засыпало пылью, грязью. Командиры по рации орут: «Бегом в подвал!». Артобстрел долго шёл…

У штурмовиков не бывает праздников и выходных, понятие «ротация» для них тоже отсутствует. Редко их отзывали в тыл, чтобы помыться и прийти в себя. Каждый день – новый бой. Утром группе Александра поставили очередную задачу. Суть её заключалась в следующем: у ВСУ оставалась единственная дорога в город, по которой они перебрасывали живую силу и эвакуировали раненых. Взяв её под контроль, «Вагнер» начал перемалывать украинские подкрепления. Для повышения эффективности, специальные наблюдатели подбирались вплотную к дороге, отслеживая все передвижения. Одним из таких «глаз» должен был стать Александр.

– Мы даже представить себе не могли, что нас закинут в самую задницу. Тридцать километров под обстрелами через поля. В обход, вдоль лесополос, где открытки – бегом. Проводник вел. Вышли рано утром. Моей группе из трех человек предстояло рассредоточиться по этим лесополосам, бывшим хохлятским. С одной стороны – поле подсолнухов, с другой – с рожью. Моя точка была Т-92[32]. На краю – блиндаж. Нам повезло, что он вырыт был. Через поле – хохлы. Там дорога снабжения, по которой им подвозили БК и проходила ротация.

В ЧВК «Вагнер» не было боевого устава, тактические наработки командиры получали в реальных сражениях в Ливии, Сирии, ЦАР и Донбассе. На момент «Бахмутской мясорубки» в мире, пожалуй, не было более боеспособного подразделения, к тому же имеющего такой масштабный опыт городских боев.

– Мы прыгали в окопы возле ВСУ. Отличная точка, чтобы всё контролировать. Даже слышал, о чем хохлы говорят, переводил пацанам. Я сам родом с УССР, родился в Днепропетровской области, отучился на Украине. Хорошо знаю язык. 7 марта 2023 года мы туда зашли. В танковом рве неподалеку нам оставляли еду и воду. Мы могли туда проползти. Шесть дней сидели, докладывали обо всех передвижениях противника. Хохлы не могли предположить, что мы так близко. 13 марта у меня Даня и Антон, Даня с Оренбургской области, а Антон с Вологодской, из Великого Устюга, – побежали за провизией. В ту ночь хохлы как почувствовали, – вырыли рядом с нами ещё один окоп, поставили пулемёт. Прямо напротив места с нашей провизией. Парни пошли за ней и попали под огонь. Антон вернулся, говорит «Даня 200!». А у Дани была рация, он её с собой прихватил. Она у нас одна была. Даня упал на открытом месте… Никак не вытащить. Хохлы поняли, что мы рядом. И начали нас убивать. Мы в окружение попали. Они были везде. Расстояние – 20–30 метров.

Александр говорит так, словно рассказывает историю о походе в магазин за хлебом: буднично и спокойно. А у меня мурашки по коже. Каково это оказаться в окружении под ураганным огнем противника, страшно было даже подумать. По их группе отрабатывали всем подряд.

– Мы день продержались. Понял, что ночью они снова пойдут штурмовать. Не хотел, чтоб нас, как баранов, закидали гранатами. Выполз, растяжки поставил.

Бой шел семь дней. Семь дней без сна. В страхе умереть в любой момент.

– Еды у нас не было, вода закончилась. Постоянно обстрелы, постоянно… «Птичка» висела над нами. Как по расписанию – в 9 вечера улетала перезаряжаться.

Всё, что можно, съели и выпили. Запасов никаких не осталось, вместе с ними и надежды.

– Началось обезвоживание. Нам всё – край. Шатало. Бог с ним, что еды не было, вот без воды… По нёбу проводишь ногтем и снимаешь слой белой фигни, дышать невозможно. Мы решили идти на прорыв через подсолнухи. Знали, что там может быть заминировано. Но нам уже было всё равно. Решили прорываться. Либо смерть от жажды, либо в бою. Так хоть шанс есть. Помню, Антон у себя в аптечке нашел маленький пакетик «Смекты», в пайке две влажные салфетки, – последний запас. Пакетик «Смекты» на двоих высосали, потом салфетки. В 9 часов, когда птичка улетела перезаряжаться, мы пошли на прорыв.

Из 12 человек, зашедших на точку, в живых остались только двое. Александр и Антон. Кто в бою погиб, кто от артиллерии.

– Договорились с Антохой так: ползём друг за другом на дистанции. Если кто первый нарвется на что-то, второй подтянется и поможет, как сможет. Быстро перебрались в подсолнухи, начали двигаться вглубь. Антоха впереди, я за ним. Бронежилеты и шлемы не стали брать – сил не было. РПГ свой я взял, но в подсолнухах пришлось его бросить. Нам нужно было проползти метров десять от лесополосы до лесополосы. Когда повернули, резко остановились. Почуяли дым сигарет – значит, тут не мины, а противник.

Александр с Антоном пытались отползти подальше от противника, но попали на основной рубеж обороны ВСУ. Эшелонированной. Два ряда окопов. Бойницы, блиндажи, доты. Везде вырыты ямы, в них замаскированы миномёты и АГСы[33].

– Залезли в яму. Свежая земля раскидана, сеть, муляж оружия. Думали воду там найти. Но её не было. Поползли дальше. Увидели насыпь от этих окопов. Антоха первым полз, упал прямо на голову двум хохлам. Он, красавчик, сразу их завалил. И начинается кипеш: эти твари отовсюду повылазили. Вокруг – огни, повсюду стрельба. Начали с подствольников, пулемёты молотили. Выскочил Антоха… и совершил роковую ошибку. Он рванул вглубь, а я остался у насыпи, пополз назад. Твари стреляли через меня, в полный рост, кидали гранаты. Я был буквально в метре от них. Стрельба затихала, они прислушивались. Я тоже замирал, среди сухих подсолнухов, где стоял такой шум. Сзади – очередь пулемётная: раз, другой. Если бы они не остановились, я бы выполз прямо на бойницу пулемета. Меня бы в упор зафигачили. Я замер, слыша, как едет техника. Не знаю, был ли у них тогда «Брэдли», может, МТЛБ или что-то на гусеницах. Темень. Машина влетела прямо в подсолнухи, и оттуда их мехвод заорал: «Демоны, демоны!». Хохлы перепуганные, кричали ему: «Они повсюду!» Решили, что нас тут целая армия. А по факту – два дистрофика, еле дышащих… Мы такого шума навели! Они забрали тех, кого убил Антоха. Я после этого полез назад, чтобы не попасть на пулемёт, полз, пока