Штурмовик - Владимир Максимович Ераносян

— Тут другое удовольствие, — снова глянул на паутину Призрак. — Это соревнование с врагом. Адреналин. Это трофей. Мой трофей. Победитель получает женщину достойного соперника, а не обыкновенную шлюху, не понять тебе.

— Куда мне, брат, это ты у нас вундеркинд. Я родной украинский еле выучил, иначе б не видать мне в ГУР карьеры и погон выше лейтенантских. А ты у нас полиглот, даже с мексикашкой на его языке сможешь шпрехать.

— Невеликое, скажу честно, удовольствие.

— Но придется, братишка, ничего не поделать. Хотя… Тут тогда еще одна проблема нарисуется, ведь он до девок охоч. А если не устоит перед твоей новой блонди? Примет ее за свой трофей, а не за твой. Точно решил с собой ее прихватить? Может, ну его?

— Ты что ж думаешь, я свой трофей защитить не смогу? Что мое — то мое.

— Хм. Ну смотри сам. Не мне тебя учить, к тому же ты все всегда по-своему делал. Там мероприятие подготовлено, — заговорил снова о деле Львов. — Но все равно без тебя как без рук. Гора эта Фагор, где охота намечена на этих поляков, что себя мнят охотниками, а не оленями, внушает мне страх какой-то. Дама эта дерзкая твоя, трофей этот, отвлекать от дел будет. Хочешь, я ее под конвоем в Киев доставлю? А потом ты после дела туда. Сделал дело — гуляй смело. Накувыркаешься, и снова за ленту, можешь и с ней с ней, чтоб она тебе душу бередила хоть в блиндаже, хоть в располаге.

— Не, с собой возьму. Говоришь, забрать этот черномазый может мое? — прищурился Призрак.

— У меня бы забрал… — признался Львов.

— У тебя бы да, но не у меня. Кишка тонка! Сомневаешься?

— Не знаю… — честно ответил старший Вакарский.

— Вот и она во мне сомневается. Сказала, что защитит ее от меня ее муж, морпех. Уверяет, что лучший он — самый лучший штурмовик во всей бригаде.

— А ты что? — напрягся брат, — На дуэль вызвал?

— Вызвал.

— Мне не до шуток. — потребовал подробностей старший Вакарский.

— Завела она меня, когда очнулась. Красивая и не деревенщина. Генеральская дочь, аристократка. Фигура отпад и правильные черты лица. Она моя.

— Влюбился, что ли? Ну ты же понимаешь, что взаимность исключена? Зачем эти лишние телодвижения? Ох уж эти твои тараканы. Так я не понял, как ты его вызвал и куда? — ждал ответа Львов.

— Так и вызвал, по сотовому телефону. Телеграмм работает бесперебойно, пригласил его и даже дал ей поговорить с ним. С Матвеюшкой ее. Защитник моей красавицы в тылу инструктором устроился. Генеральский зять, где ж ему еще кантоваться? Такие передка боятся как черт ладана. Хотя черти — это мы, так ведь, брат?! И мы ничего не боимся. Пусть приедет и заберет свою женушку молодую, если не трус и если жизнь не дорога. Такая ставка.

— И снова устроишь сценку «Секс за спасение родных»? Это тебя заводит, брательник?

— Двойное смирение. Он смотрит, она обслуживает.

— Я этого в порнухе насмотрелся. Ничего интересного, — сплюнул Львов.

— Да ты и в жизни это видишь, когда ходишь на поклон к мексиканцу, — искривил лицо Призрак, изобразив брезгливость.

— Только вот оскорблять меня не надо. Я терплю нам обоим во благо. Ладно, не мне тебя учить. Надо дело делать. А дуэль твоя никуда не денется. Только зачем?! Она и так смирится с данностью и будет заниматься с тобой любовью, чтобы самой выжить. Припугни и оттрахай! Чай, не дура — понимает, что никто сюда за ней не явится, если даже и захочет — то не доберется.

— Она так говорила о своем Филине, с такой теплотой и надеждой, что я даже позавидовал, — вспоминал вслух детали разговора с узницей каратель. — Поверил на мгновение в ее веру, как завороженный слушал их разговор. Я тонкий психолог, понимаешь, паника прошла у нее. Уверенность появилась. Он ей что-то такое сказал, что ее успокоило. И мне сказал одно только слово: «Жди»… А может, и доберется до этой Горнали. Я докажу, что я лучше. Сильнейший забирает все.

— Смотри осторожней со своей манией величия, — предупредил Львов.

— Манечка моя, ты тут прав, бзик такой. Ты его знаешь. И ты его, брат, развил, не отрицай вину. Хотя и не виню я тебя ни в чем. Этот бзик и есть моя сила, мое преимущество. Невоспитанный я и не терплю конкуренции. Единственные дети гораздо воспитаннее тех, кто проживал в вечной конкуренции! У них в детстве никто не отнимал газировку!

Вакарские оба засмеялись, вспомнив совместное детство, и закусили виски соленым огурчиком и салом без прожилок. Война была стихией обоих, риск был их наркотиком. Отличие состояло только в том, что Призрак поборолся бы за трофей даже с братом. Причем бился бы до конца, невзирая на логику и последствия.

Они пили еще несколько часов. Крепко пили и немного закусывали.

— Они тупые как свиньи! — бахвалился младший брат, оценивая поверженных «орков». — Вытянулись в струнку, когда я их отчитывал. Когда я расстреливал их старшего в упор, он так и не понял, за что!

— Нам просто везет, что у них штурмовики такие, невнимательные и глупые, — поддержал старший, но Андрей не оценил…

— Нам везет не поэтому, а потому, что я — гений!

— Ты — легенда! Ты — Призрак! Глава ГУР уже написал представление по моему ходатайству! Слова не сказал, что я за брата родного прошу. Знают все о твоих подвигах и ценят! Восхищаются! Зеля все подпишет! Мой младший брат получит героя Украины. Но завтра… Завтра мы с мексикашками. Латиносов потерпи. Я же терплю. Ради нас все. Запасной аэродром, понимаешь? Нам все равно всем кирдык! Организуем охоту, а потом езжай на передок дальше кацапов и корейцев с бурятами резать!

— Ты не веришь в перемогу?! — вдруг перестав смеяться, посерьезнел Призрак.

— А ты веришь? — так же серьезно спросил брат.

— Конечно. Потому что я — лучший!

Глава 9

Трон

Настала пора рассказать подробнее о Родриго Хоакине Десене по кличке Эль Ратон, в переводе с испанского — Мышь. Он, что очевидно исходя из предыдущего повествования, прибыл на Украину не по своей воле, а по настоянию Артуро Десены по прозвищу Эль Лока, Безумного, своего родного отца и влиятельного мафиози из картеля Лос-Сетас.

Власти Мексики хотели избежать кровопролития на подконтрольной наркокартелю Лос-Сетас, состоящему из военных дезертиров, территории, а также не допустить бойни в зонах влияния других кланов и коалиций. Вот почему правительство намеревалось сдать арестованного в начале 2024 года уже