Седые мальчики - Галина Алексеевна Беломестнова

– Быстрее! – поторопил Сокол начавших отставать бойцов. – Впереди под дорогой должна быть арка.

Сзади догоняли звуки выстрелов. Мины уже начали плотно ложиться ближе, когда показалась спасительная арка. Согнувшись, и уперев руки в колени, бойцы тяжело дышали после стремительного бега.

– Тихо! – шёпотом приказал Дозор, услышав с левой стороны насыпи голоса и лай собаки. Предупреждение было запоздалым, на фоне просвета арки уже возникли три фигуры с автоматами, в светло-песочном камуфляже с синими повязками.

– Стоять! – крикнул Комар, передёергивая затвор и направив ствол автомата с глушителем на вэсэушников.

Идущий впереди всех сержант потянулся за оружием. Автоматная очередь сразила его наповал, солдат рядом с ним с криком упал на землю, держась за бок.

– Не стреляйте! – испуганно взмолился проводник собаки и рухнул на колени, поднимая руки.

Дозор и Крест действовали стремительно. Дозор забрал автоматы и проверил пульс у лежавшего неподвижно сержанта.

– Двухсотый, – сообщил коротко.

– Трёхсотый, тяжёлый, нужна эвакуация, – сообщил Крест, осмотрев рану рядового.

– Перевяжите его, – велел Сокол.

Он подошёл к стоявшему на коленях высокому, жилистому мужику лет тридцати, скомандовал встать.

– Назовите свою воинскую часть, звание, должность, – приказал капитан.

– Четырнадцата механизована бригада ВСУ, рядовий Васюченко Дмитро Олегович, я при собаках служу у взводи управлиня, – охрипшим голосом произнёс тот, облизав высохшие от страха губы.

– Все вы повара и писари, – хмуро бросил Сокол, разглядывая пленного. – Говори на русском, что вы здесь делали?

– Проводили осмотр дороги на наличие диверсионных групп, – пленный стремительно вспомнил русский язык.

– Ты меня за дурака не держи. На тебе знаки различия механизированных войск – булава, скрещённая с мечом и крест. Ещё раз соврёшь, не просто пристрелю, сначала пытать буду, – достав нож и поднеся лезвие к лицу побледневшего до синевы пленного, зло сверкнул глазами ротный.

– Не надо! Все скажу, только не режьте меня! – взвыл мужик и снова рухнул на колени. – Я из роты разведки. Наша диверсионная группа направлялась в Бородянку, но получила сообщение о подозрительном движении в этом районе и приказ проверить все окрестности.

– Сколько вас?

– Следом за нами, с той же стороны идёт группа в семь человек. Скоро должны подойти.

– Где ваш командный пункт? Откуда и как давно вы вышли?

– Командный пункт в Новой Буде, в центре села, в двухэтажном каменном доме с красной крышей. Как только вас заметил дрон, нам передали ваши координаты. Рекс быстро бежал, поэтому основная группа отстала от нас.

– Если хоть в чем-то соврал, пожалеешь, что родился на свет, – с угрозой в голосе, не позволявшей усомнится, произнёс Сокол и вернул нож в ножны. – Свяжите его и кляп в рот затолкайте, – приказал он бойцам.

Верёвки и кляпы у разведчиков всегда с собой, хохлу быстро связали руки, затолкали в рот тряпку и прислонили к каменной стене арки.

Пока Зорик паковал языка, а Дэн перевязывал раненого, Дозор и Сокол осмотрели место предстоящего боя. Вдоль железнодорожной насыпи шла расчищенная от растительности полоса метров пятьдесят, за ней росли густые заросли вереска. Недалеко от арки темнела неглубокая широкая яма с невысокой насыпью из камней.

– Сахалин, укройся здесь с пулеметом и держи на прицеле вон те кусты, – велел пулеметчику Сокол. – Отделение Креста во главе со мной идет на правый фланг. Дозор, останешься здесь с остальными бойцами, в случае чего перекроете ДРГ выход на Бородянку. Бато и Дэн, контролируйте тыл группы.

Пока бойцы занимали позиции, Сокол связался по рации со штабом и доложил обстановку. Ему пришло шифрованным пакетом сообщение, что рядом с ними находится гранатомётный взвод, и передали частоту, на которой с ними можно связаться.

Сокол отвёл Дозора в сторону и вполголоса сообщил:

– Ртуть сообщил, что в нашу сторону движется на БМП взвод гранатомётчиков. Они в трёхстах метрах от нас. Наш план с засадой остаётся в силе. Сначала предложишь хохлам сдаться, если откажутся, сообщишь гранатомётчикам координаты противника. – Он передал Дозору частоту, на которой работала рация взвода.

Секунды ожидания растянулись, как липкая паутина. Наконец ветки вереска заколыхались, и на поляну вышел солдат в светло-песочном камуфляже. Глушитель погасил звук выстрела, но в кустах его услышали и начали ответную стрельбу.

– Сдавайтесь! Если не выйдете, расстреляем из БМП! – громко крикнул Дозор.

В ответ треск автоматных очередей только усилился, завязалась перестрелка. Видимость была слабая, плотная посадка кустарника скрывала всё. Вэсэушники на открытое пространство не выходили и сдаваться явно не собирались. Дозор не стал больше рисковать и приказал гранатомётчикам открыть огонь по заданному квадрату осколочно-фугасными снарядами, а сами, захватив пленных, разведчики перебрались на противоположную сторону насыпи. Приглушённо застучали пушки БМП, раздались взрывы, из посадки повалил густой дым. Объятые огнём ветки вереска сгорали быстро, опадая на землю пеплом. Противник, огрызаясь из автоматов, стал отходить в сторону Сокола.

– Бато, охраняешь пленных, остальные за мной! – приказал Дозор.

Пригнувшись, осторожно ступая по дымящейся земле, они двинулись следом за боевиками.

Впереди Дозора шёл Комар. Неожиданно, громко охнув, он как-то неловко споткнулся и осел на землю.

Взводный, сорвав аптечку, подскочил к нему.

– Рука!.. – простонал Комар.

– Где?

– Плечо… – оторвав окровавленную ладонь от раны, произнёс тот побелевшими губами.

– Потерпи, Серёга! Жгут наложу и обезболю, – торопливо наматывая жгут на верхнюю треть плеча, уговаривал взводный.

Заметив, что Дэн остановился рядом, Дозор приказал:

– Останься с Комаром, сделай обезбол, наложи повязку и не забудь отметить время наложения жгута.

Он догнал свою группу, когда ДРГ уже окружили. В плен сдалось только три человека, остальные были убиты.

Загрузив Комара на БМП гранатомётчиков, группа тронулась к своим. Сокол приказал вэсэушникам нести их раненого на плащ-палатке.

Когда ехали на своих БМП в Бородянку, Дозор спросил Сокола:

– Командир, а вы бы правда начали хохла пытать, если бы он упёрся и молчал?

– Да ты что, Андрей? – сердито глянул на него ротный. – Просто на психику давил. Ты видел, как этот нацик напугался и быстро раскололся? Думаешь, укропы нас так просто орками зовут? Они же по-настоящему верят, что мы пленных насилуем и головы заживо отрезаем.

После того как они доложили результаты разведки, опорный пункт в Новой Буде обстреляли наши танки, и противник отступил в сторону Макарова.

Глава 8. Жест доброй воли

Колонна батальонно-тактической группы с боевыми подразделениями и машинами материального обеспечения покинула Бородянку и направилась на северо-запад по трассе М-07 Киев – Ковель в сторону Загальцев. От Бородянки до села было около десяти километров. Вокруг простирались сосновые леса и болота с мелкими озерами,