Греко-турецкая война 1897 года - Кольмар фон дер Гольц

озеро Карла с востока через отроги Пелиона настолько трудно, что об этом нет смысла даже упоминать. Потеря Фарсалы сама по себе имела бы для греков меньшее значение, однако там было возможно охватить их оборонительные позиции с запада.

Однако еще до того, как турки успели принять окончательное решение, на первый план вышел Волос. Пятая дивизия еще с 25 апреля прикрывала ведущую туда дорогу. К сожалению, кавалерия так и не осуществила рейд в направлении железной дороги Волос — Фарсала. Турецкое командование считало, что на пути к Волосу сопротивление греков будет незначительным.

В половине десятого утра 27 апреля по приказу Эдем-паши 12 эскадронов и конная батарея под командованием Сулейман-паши двинулись через Маймули к Велестинону. Отряд насчитывал в общей сложности около 600 сабель с 6 орудиями. Вслед за конницей отправились четыре батальона редифа, чтобы при необходимости поддержать ее. Турки двигались вперед без помех, жители греческих деревень выходили им навстречу с белыми флагами, просили не трогать их и заверяли, что в Волосе греческих войск совсем немного. В половине шестого вечера конница прошла через Ризомилон; передовой эскадрон поскакал дальше, к Велестинону. Перед городком он был внезапно встречен плотным огнем противника; на горных склонах восточнее Велестинона показалась греческая пехота. Одна батарея обнаружила себя у железнодорожной станции, вторая — у Айя Георги-тепе, третья на Пилав-тепе, которую турецкая кавалерия уже успела миновать. Конная артиллерия Су-лейман-паши вступила в бой с греческими батареями, однако вскоре оказалась в сложной ситуации, тем более что отойти за ручей у Ризомилона можно было только по расположенному в деревне мосту. Чтобы спасти орудия, кавалеристам пришлось некоторое время вести бой с противником; когда батарея пересекла ручей, они тоже отступили. Ночью турецкая колонна отошла к Килелеру; там же она осталась и 28 апреля.

В этот день в Килелер прибыл Наим-паша с четырьмя дополнительными батальонами редифа из 5-й дивизии, взял на себя командование и выдвинулся к Герли. К Кара-Дагу был отправлен эскадрон с заданием разрушить железную дорогу, однако выполнить ее кавалеристы не смогли. Силы противника в районе Велестинона оценивались в две-три тысячи пехотинцев.

29-го в Герли прибыл полковник Махмуд-бей из генерального штаба, являвшийся также флигель-адъютантом султана. От командующего полковник получил разрешение предпринять операцию против Волоса. Ему удалось убедить Наим-бея начать наступление; главным аргументом стало то, что противник пока слаб и нужно помешать ему перебросить подкрепления и усилить свои позиции. Махмуд-бей советовал решительно атаковать только в том случае, если будут шансы на успех; в противном случае следовало запросить подкрепление.

Для наступления были сформированы две колонны. Правая состояла из двух батальонов, семи эскадронов и конной батареи под командованием Махмуд-бея. Она двинулась прямо на Велестинон. Основные силы смешанной бригады под командованием Наим-паши наступали слева от нее через Ризомилон. Правая колонна должна была провести рекогносцировку; левая начала движение на полчаса позже, чтобы при благоприятной возможности нанести противнику мощный удар. Кавалерия обеих колонн двигалась впереди.

Махмуд-бей начал движение в два часа дня. Час спустя турецкие кавалеристы сообщили о вражеском охранении на отрогах гор юго-западнее Велестинона и в рощице рядом с городком. В четыре часа дня передовой батальон Махмуд-бея и конная артиллерия вступили в бой с противником; со стороны греков в нем участвовали три-четыре батальона с одной горной батареей, но без кавалерии. Махмуд-бей решил, что ситуация благоприятствует атаке, поскольку турецкая бригада превосходит противника. Проблема заключалась в том, что главная колонна запаздывала; только к шести часам вечера она добралась до Ризомилона. Полковник поскакал к ней и встретил Наим-пашу на высоте северо-западнее названной деревни. Все дальнейшие действия пришлось прекратить из-за наступления темноты.

Два офицера договорились о том, что наследующий день Наим-паша будет наступать напрямую на Велестинон, а Махмуд-бей со своим отрядом свяжет противника боем на крутых склонах к западу от городка. Вернувшись к своим солдатам, полковник обнаружил, что они расположились на ночь в 800 метрах от противника; ему пришла в голову мысль предпринять дерзкую ночную атаку и отбросить врага. Он вновь поскакал в Ризомилон и попросил у Наим-паши подкреплений. Тот, в свою очередь, одобрил план Махмуд-бея и передал ему батальон редифа, с которым полковник вернулся к своей колонне в два часа ночи.

План заключался в том, чтобы незадолго до рассвета внезапно атаковать левый фланг неприятеля — две линии окопов на выдающемся в долину горном отроге. Один батальон редифа должен был ударить с фронта, второй — охватить правый фланг вражеской позиции в сопровождении кавалерии, которой поручалось разгромить бегущего противника. Один батальон оставался в резерве.

Однако в три часа ночи, когда Махмуд-бей уже был готов возглавить атаку, он обнаружил, что его приказ не выполнен и солдаты крепко спят. Несмотря на все усилия, батальоны пришли в боевую готовность только к пяти часам утра, когда солнце давно взошло. План пришлось менять; полковник решил предпринять более масштабный обход и взойти на вершину Кара-Дага, чтобы оттуда шестью ротами нанести удар грекам во фланг, пока один батальон сковывает их с фронта. Артиллерия должна была поддержать атаку, кавалерия — готовиться преследовать бегущих.

Это нарушало достигнутую накануне договоренность, по которой главный удар при свете дня предстояло наносить Наим-паше. У последнего, однако, осталось всего четыре с половиной батальона, пять эскадронов и конная батарея.

Махмуд-бей лично повел шесть рот вверх по склону. Этот маневр занял на сложной местности много времени. Противник не раз пытался преградить туркам путь, его приходилось отбрасывать штыковой атакой. Около полудня полковник получил известие о том, что Наим-паша ведет бой у Велестинона и просит поддержать его энергичной атакой. Махмуд-бей немедленно поспешил к батальону, который сковывал противника огнем с фронта. Перед фронтом батальона находилась лощина, за ней — передовая позиция греков, а затем, много выше по склону, их основная линия обороны. Полковник приказал захватить передовую позицию противника, а затем после короткой огневой подготовки штурмовать и вторую линию. Для этого батальону были приданы две роты, остававшиеся в резерве. Колонна, совершавшая обходной маневр, должна была нанести удар в это же время.

Затем Махмуд-бей поскакал к батарее, которая развернулась западнее на высотах, и приказал ей открыть огонь по греческим позициям. После этого он отправился к кавалеристам, чтобы в нужный момент ввести их в бой. Семь эскадронов прикрывали левый фланг всей группы и поддерживали контакт с На-им-пашой. Махмуд-бей приказал полковнику Ибрагим-бею, командовавшему конницей, двинуться вперед одновременно с началом фронтальной атаки, проскакать вдоль горного склона, затем повернуть направо и атаковать греков. Поскольку Ибрагим-бей не мог видеть атакующую пехоту, он отправил на