Son Торвальда - Сын Торвальда

дорогу, боясь удариться о запасное колесо, которое на каждом ухабе подпрыгивало вместе со мной сантиметров на 50. Поэтому большую часть поездки я стоял, держась руками за стойки, на которых был натянут тент, и молился, чтобы миноискатель не сломался.

Машина резко затормозила. Услышав, как открылась дверь кабины, я перелез через кузов и спрыгнул на асфальт. Справа от нас стояла «Нона»[20], а среди расчёта я заметил знакомое лицо участника PTSR_team – Hattori Hanzo, с которым разминулся в лагере.

Болтать было некогда – фронт лежал в трёх километрах, и пока расчёт Hanzo оказывал поддержку наступающим штурмовикам на улице Патриса Лумумбы, нашей задачей было просмотреть участок для установки «зубов дракона». Вэл в двух словах объяснил, как работать с миноискателем и применять технику приставных шагов. Я быстро понял, что нам выдали ерунду, которая реагирует на любой металлический предмет. А их на поле боя пруд пруди!

Спустя минут тридцать одиночные разрывы артиллерии стали ближе. Мы бросились на зелёную траву в поле, и я смотрел, как совсем недалеко от нас разрывы выкидывают вверх клочья земли. Попутно рассуждал, что если Hanzo не поменяет позицию, то рискует сыграть в ящик – артиллерия противника, скорее всего, уже искала их машину.

Свою задачу мы выполнили быстрее, чем рассчитывали. Настало время позднего завтрака. Нашли удобную яму в посадке и начали греть сухпай.

– Ты ложку случайно не взял?

– Нет. А ты?

– Тоже нет.

Допив энергетик в пластиковой банке, я снял с себя тактические ножницы и попытался сделать жалкое подобие ложки. Только успел раскурочить банку и испачкаться тушенкой, как нас насторожило жужжание коптера. «Мавик» был относительно невысоко и без подвеса.

– Наш?

– Не двигайся, вот и узнаем.

Спустя несколько минут «птица» улетела в нашу сторону. Скорее всего, она корректировала расчёт нашего товарища, по которому противник уже заряжал пакет «Града».

– Всё, уходим! – прихватив с собой все инструменты (кроме ложки), мы быстро начали собираться.

Выдвинулись на точку, где нас высаживал «Чекан». Заглянув к расчёту «Ноны», я высказал свои опасения насчет вражеской артиллерии. Hanzo заявил, что он не уйдет, пока не достреляет весь БК. «Мы будем стоять здесь, пока не сдохнем или пока нас не передвинут».

Звук бронеавтомобиля приближался, поэтому пришлось быстро попрощаться и ускориться навстречу нашей машине. Была моя очередь ехать в кабине, поэтому настроение немного улучшилось.

Пока ехали в обратную сторону, я принял ослепительную вспышку выстрела «Пиона» за прилёт. Но спустя какое-то время понял свою ошибку. Наша машина уносила нас вдаль. Ну а Hanzo, дождавшись, пока пакет «Града» всё-таки накроет их машину, тоже покинул этот район. Благо все остались живы и относительно здоровы.

По дороге до нашего временного жилища водитель высадил нас в городе, и мы решили скоротать время в баре, пока машина ушла на заправку. Зайдя в бар и взяв «топливо войны» (Adrenalin Rush), мы сели за столик и начали вспоминать моменты из гражданской жизни. Атмосфера в забегаловке была забавной, играла какая-то попса. У барной стойки сидел афроамериканец с шевронами казачьего подразделения и нашивкой «С нами Бог», который почему-то предложил показать свои документы, вероятно, приняв нас за бойцов комендатуры. В углу за столиком сидели две весьма выпившие необъятные барышни, а за стойкой – симпатичная продавщица. Подойдя к ней, я заказал песню The Rolling Stones «Gimme Shelter». Сел обратно за столик, убрав под него автомат, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, погружаясь в воспоминания из первой кампании.

Маховик моей войны только начинал раскручиваться…

Ooh, see the fire is sweepin'

Our very street today

Burns like a red coal carpet,

Mad bull lost your way

War, children,

It's just a shot away,

It's just a shot away,

War, children,

It's just a shot away,

It's just a shot away[21].

Цена каждого шага

Теперь твоя кровь на стали, а наша сталь в твоей крови.

Р. Хайнлайн. «Гражданин Галактики»

Спустя неделю нас перебросили в другую точку.

Задача: обследование участка для строительства второй линии обороны по реке Северский Донец – на мой взгляд, самой заминированной реке в мире. Местом базирования стала бывшая украинская военная база, где в подвалах обнаружились залежи мин и прочей дряни.

В первый же день к нам подошёл старшина с просьбой убрать дерево, стоящее во дворе посреди высотных зданий. На что Вэл сразу всех предупредил.

– Ребята, взрыв – это явление не до конца изученное, а значит, непредсказуемое. За последствия я не ручаюсь.

Вечер переставал быть томным. Вэл примотал к дереву полтора килограмма пластида на скотч и придавил его палкой. Вокруг начала собираться радостная толпа. Дёрнув за кольцо, мы рванули за здание с криками: «Деревянные осколки на рентгене не видны, сейчас рванёт!»

Радостные зеваки ринулись следом. Я выглянул из-за угла, чтобы посмотреть на дерево. Вечерний пейзаж завораживал, но тут ослепительная белая вспышка озарила всё вокруг, и высокое сухое дерево, стоявшее посреди двора, подпрыгнуло вверх на полметра и повалилось на землю. К счастью, не на соседнюю пятиэтажку.

Ударная волна вдребезги разбила стёкла в соседнем здании, которые только недавно вставили. Толпа разочарованно ахнула – больше никто не решался просить нас о помощи.

На следующее утро нам придали первую партию из проекта «К». На занятиях я научился прокладывать управляемые линии, а заодно повторно подорвал дерево. У моего наставника была одна отличительная особенность – это очень щепетильный подход к терминологии. Каждый раз, когда я называл тёрочный механизм терчётым, у него начинал дёргаться глаз и появлялось желание швырнуть в меня чем-то тяжёлым – камнем, скомканной бумагой или противотанковой миной. В общем, любым предметом, что попадался под руку. Остаток вечера мы провели вместе, от души смеясь и вспоминая былое.

На следующее утро нам предстояло обследовать 13 участков.

И ожидалось, что день будет тяжелым.

Утро прошло обыденно.

Завтрак чемпионов представлял собой «доширак» вперемешку с банкой тушёнки и майонезом, а также галеты с куриным паштетом.

Плотно поев, мы двинулись на первую позицию. Мне предстояло идти первым, держа в руках миноискатель. В инженерной группе нас было восемь человек: водитель, трое сапёров (включая меня) и четверо проектантов из отдела «К». Идти первым – нелёгкое дело, рука уставала быстро, наставник постоянно подгонял, напоминая, что если кто-то подорвётся, он меня застрелит.

На первых двух точках я ничего не нашёл, кроме