Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Сергей Давиденко

безопасности буквально круглосуточно дежурили у советских представительств. Малейшая оплошность в действиях Николая могла привести к роковым последствиям, о которых он прекрасно понимал. Одновременно появились и другие осложнения. Советские власти требовали пресекать действия, способные оказать негативное воздействие на отношения между Германией и Советским Союзом, таким образом спровоцировав Гитлера на войну против СССР.

Следовало упомянуть и специальные меры предосторожности, которые предпринимало германское руководство по введению советских властей в заблуждение относительно готовящейся войны. В операциях по дезинформации СССР значительно преуспели Геринг с Геббельсом, не отставал от них и Риббентроп. Но и слепому было понятно, что постоянная переброска войсковых подразделений на восток была давно замечена советской разведкой.

Невзирая на предпринятые усилия фашистских властей, Альта продолжала кропотливо добывать информацию, отражающую достоверные сведения.

В начале апреля она назначила очередную встречу Бине, тот предложил подъехать в сквер Люстгартен. Добираясь до Музейного острова, когда располагалось это место отдыха, Ильзе неожиданно вспомнила памятную встречу с Рудольфом, где десять лет назад он предложил ей стать участником Сопротивления против властного режима… Чувство ностальгии заставило вздрогнуть ее сердце, но она быстро взяла себя в руки.

На встречу Штебе пришла минута в минуту.

— Здравствуйте, Ильзе, — поздоровался Николай. Порывистый апрельский ветер заставил его втянуть голову в шарф, окутывающий шею. — Вы, как всегда, пунктуальны.

— Добрый вечер, Николай, — улыбнулась она. — Я привыкла ценить свое и чужое время.

Разведчик окинул внимательным взглядом ее стройную фигуру, задержавшись на поношенном пальто.

— Извините, что акцентирую на этом внимание, но вам следует теплее одеваться, — заметил Зайцев. — И вообще, вам нужно новое пальто.

Ильзе сделала беспечный жест рукой:

— Полно, Николай. Благодарю вас за заботу, но я справлюсь. Тем более весна уже давно на пороге. Скоро будет совсем тепло, и в пальто не будет никакой необходимости.

Она протянула ему книгу, внутри которой были спрятаны микропленки и листки с донесениями.

— Я позабочусь о том, чтобы вам выделили средства, — сказал Бине, забирая у Ильзе книгу. — Это Ариец может себе позволить менять пальто и куртки каждый день, ведь его действия щедро оплачиваются.

— Каждый делает свою работу, получая за это соответствующее вознаграждение, — философски сказала Ильзе. — Так всегда было и будет.

— И тем не менее. Накануне нашей встречи Ариец получил пятнадцать тысяч марок.

— Я в курсе, — сказала Ильзе. — Он намеревается их потратить на покупку в Берлине особняка, который ранее принадлежал еврейской семье. Забавляет другое. До настоящего времени Арийцу даже в голову не приходило, зачем британской разведке платить такие деньги за сведения о планах Германии напасть на Советский Союз.

— Ладно, не хочу вас держать на сквозняке, — проговорил Николай. — Еще какие-то новости? Что-то, что вы можете передать устно?

Помедлив, Ильзе заговорила:

— Усилились переброски войск в пограничную полосу с вашей родиной. Группировка увеличивается с каждым днем. Схема ее расположения в книге, которую я вам передала. Как и раньше, на восток каждый день идут эшелоны с техникой. Сроки «Барбароссы» сдвинуты, теперь идет разговор о числах между 20 и 22 июня. По словам Арийца, власти всеми силами пытаются скрыть свои цели в отношении вашей страны. Военные атташе проинформированы, что войска на востоке концентрируются для того, чтобы пресечь возможную агрессию со стороны России.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся Зайцев. — Но хорошо бы увидеть подлинники или хотя бы копии руководящих документов.

Штебе покачала головой.

— Ариец меня сразу предупредил, чтобы я на это не рассчитывала. Увы, но он даже не всегда видит оригиналы секретных документов, представляющих для нас интерес. Свои сведения он добывает в основном в беседах с чиновниками, у которых есть к ним доступ.

— Вам, должно быть, сейчас очень непросто, — вдруг произнес Бине. — Тем более что все ваши соратники разъехались. На днях я получил донесение от супругов Велькиш, которые сейчас в Бухаресте. Они шлют вам теплый привет, Ильзе.

— Мне очень приятно, что обо мне не забывают. Но я не одна, со мной рядом Карл. Это самый дорогой для меня человек.

Лицо Николая посветлело.

— Я очень рад, что вы счастливы. Прошу вас, будьте осторожны. А теперь нам пора.

Ильзе улыбнулась краешком рта и сказала:

— Держите глаза открытыми и не обманывайте себя.

Кивнув на прощание, она быстро зашагала прочь.

«Мог бы и не предупреждать ее об осторожности, — подумал Бине. — Эта удивительная и стойкая женщина кого хочешь научит конспирации…»

Между тем дни и недели пролетали, неумолимо приближая Россию к июню 1941 года. Нападение Германии на Советский Союз разрабатывалось в условиях серьезной конспирации, которую усиливал мощный поток дезинформации. Установить, когда и где будет осуществлено вторжение, было невероятно сложно. Этим проблемам сопутствовало нежелание Сталина поверить в то, что пакт о ненападении оказался для Германии никчемной бумажкой и война состоится в любом случае.

Июнь 1941 года. Москва Главное разведывательное управление

Донесения в советскую военную разведку из Берлина шли одно за другим.

Капитан Родион Быков, имеющий позывной Профессор, выполнял роль связиста, принимая эти радиограммы, которые тут же ложились на стол начальника Разведуправления генерала Филиппа Ивановича Голикова.

Исходя из смысла полученных докладов, подготовка к войне Германии против СССР шла полным ходом. В одном из последних сообщений говорилось об усилении группировки немецких войск на границе с Советским Союзом. Этот документ был направлен Сталину, Молотову, Берии, Тимошенко и другим высшим руководящим чинам.

Изучая донесения, Родион прекрасно понимал, что не заметить приготовлений Германии к войне было невозможно, угроза возрастала со дня на день, как разгорающийся пожар. Тогда почему никто из высших чинов никак не реагирует на эти тревожные новости?!

Как-то раз, будучи на докладе у Голикова, он увидел, что тот дважды перечитал сообщение Бине из Берлина.

— Есть информация, кто такая Альта? — поинтересовался Филипп Иванович, взглянув на Быкова.

— Не располагаю сведениями, товарищ генерал-лейтенант, — отозвался капитан. — Но я могу запросить агентурное дело в нашем архиве.

— Хм…

При взгляде на его недовольное лицо Быкову казалось, что он мог читать мысли руководителя Разведуправления. Конечно, кто такие для него Альта, Ариец? Какие-то далекие люди, собирающие информацию. Которая, на секундочку, докладывалось самому товарищу Сталину, и вопрос в этих донесениях был наисерьезнейшим — подготовка к войне!

Но эти сведения противоречили смыслу советско-германских отношений и уверений Гитлера в сохранении хрупкого мира. А кроме того, существовала непоколебимая вера в действия пресловутого пакта о ненападении.

— Есть один нюанс, Быков. Один, но важный. Все эти данные, что регулярно поступают мне на доклад от Альты, не имеют документального подтверждения, — заявил Голиков, глядя на капитана поверх очков. — Документы не имеют подписей — будь то