На Херсонском направлении - Владимир Георгиевич Нестеренко

– Стойкость полка Иванова не позволяет врагу расширять плацдарм. Противник пытается наращивать силы с расчетом усилить давление на Херсон.

– В стойкости не сомневаюсь. Стойкость солдата – главный элемент успеха, но это всего лишь первый элемент обороны. Вы это знаете не хуже других. Вы даёте гарантию, что без крепких опорных узлов Иванова не сбросят в Днепр?

– Без восстановления прежнего снабжения техники, и особенно боеприпасами, удерживать фронт сложно. Основная артерия – Антоновский мост – находится под постоянным обстрелом и внушительно поврежден высокоточными ударами ракет. Понтонные мосты также уязвимы и не могут обеспечить стабильного снабжения. На противника работает космическая разведка США, ПВО и крупнокалиберные высокоточные артсистемы и реактивные установки залпового огня.

Командующего интересовало, насколько эффективно идёт контрбатарейная борьба, каково поражение узловых, баз снабжения, аэродромов, предприятий энергетики, работающих на вооружение. Результаты далеко не удовлетворяли. Отсюда вывод: наращивание ударов.

Успех на войне, как и в любом деле, зависит от человека, и те условия, какие он создаёт машинально или сознательно, могут стать решающими в его судьбе. Суровикин знал себе цену и понимал, что ошибаться не имеет права, ибо от его решения зависят жизни десятки тысяч солдат и офицеров. Потому случайных решений быть не может, и никакое событие не должно повлиять на окончательное решение. Только трезвый подход, глубокий анализ позволят сделать правильные выводы и решения. Потому командующий проверял и перепроверял данные о силах противника, зная свои немногочисленные, убеждался в намерениях и амбициях киевского режима, и вывод назревал. Без мощного пополнения войсковой группировки город не удержать. Следовательно, на левом берегу немедленно приступить к строительству линии обороны по последнему слову науки и техники, применив рокадно-линейный принцип[6]. Разрушение Антоновского моста – главной артерии снабжения армии и города – подтвердило эти выводы.

В отличие от рассуждений полковника Иванова, который был сторонником строительства подобной линии на правом берегу Днепра вдоль северо-западной границы области (правда, туда надо было сначала отбросить армию противника и закрепиться в поле), генерал Суровикин обладал иной, более полной информацией о состоянии и наличии сил врага и своих подразделений. Они значительно разнились и быстро менялись. Иванову, с его опытом боевых действий в Чечне, нельзя было сбрасывать со счетов восьмилетнюю банедровско-фашистскую власть, которая, подстрекаемая западными кураторами, наращивала мускулы, перекрашивала сознание людей на свой лад с маниакальным величием и русофобией. Но думалось генералу с великим соблазном – удержаться! Он знал, что военные строители творят чудеса в короткие сроки. Есть ли время для рывка в строительстве под огнём противника? Временно ограниченные силы россиян не позволяли совершить такой рывок и удерживать территорию до подхода солидного подкрепления и строительства линии. Украинская же сторона, получив холодный душ от занятия огромной территории Украины российскими войсками, которые стояли даже под Киевом, воспрянула духом при колоссальной поддержке Запада. Поправ Минские соглашения и уступки, войска пошли в контрнаступление по всему фронту и добились некоторого успеха. Для стабилизации положения на фронте в России была объявлена частичная мобилизация резервистов. Но и она не смогла выправить перекосы фронта в Херсоне, удержать Правобережье. Командующему Суровикину удалось убедить Верховного главнокомандующего в неизбежности отхода за Днепр, то есть принять тяжёлое решение. Рокадно-линейный принцип обороны даёт максимальную мобильность имеющихся войск, равномерное распределение сил, их переброску по фронтовым дорогам, траншеям на слабые места или там, где враг наносит главный удар. Рубежи располагаются под углом до 90 градусов к фронту, что делает оборону изолированной для противника по направлениям и не даёт возможности маневра и развития, если врагу удастся вклиниться или прорваться.

Первый контур оборонительной системы Суровикина некоторое время был неведом противнику. В него входили десятки укреплённых огневых опорников, которые включают в себя обширные минно-взрывные поля, противотанковые ежи, как их именуют – «зубы дракона», проволочные заграждения – рогатки, оплетённые колючкой. Зигзагообразная линия траншей образует целую сеть укреплений с укрытиями, бункерами, лисьими норами и рокадными путями. По ним можно перемещать войска на новые позиции и перебрасывать подкрепления. Тут большую роль играет взаимодействие родов войск, выучка солдат, как оркестровая слаженность музыкантов, которая является лицом театра и дерзает по мановению дирижера.

Линия обороны уходит по фронту на несколько десятков километров и опирается на развитую транспортно-логистическую сеть с хабами и тыловыми базами, санбатами и госпиталями.

Кроме этого, сеть оборонительных рубежей прикрывает многочисленная группировка ствольной и реактивной артиллерии и воздушно-космических сил, а также вертолётов армейской авиации и штурмовой авиации с авиабомбами ФАБ–250. Это означает, что даже в случае массированного подхода группировки ВСУ с техникой российская авиация способна громить колонны, поддерживая наземные войска, действовать по методу так называемой карусели. Этот метод первыми применили воздушные силы Германии во Второй мировой войне, нанося массированные бомбардировки переднего края обороны в направлении главного удара.

Метод карусели во многом усовершенствован и применяется не по шаблону: отбомбился и ушёл, а до достижения максимального эффекта. Штурмовики и бомбардировщики наносят удар по противнику на подходе, за десятки километров и в серой зоне. Затем «вертушки» дочищают то, что уцелело от бомбардировки. Если есть необходимость, авиация делает второй налёт, добивая врага. И снова на зачистку приходят боевые вертолёты. Выбивать силы противника – одна из задач линейной обороны.

Эффективность этого метода показали удары по тылам наступающей группировки ВСУ в Орехове и Великой Новоселке, где была уничтожена значительная часть командного состава противника. И все же нарисованная чуть выше картинка теоретическая и не всегда выполнима в действительности.

Каковы бы не были аргументы вынужденного отвода войск, маневр этот неоднозначно воспринимается обществом. Особенно воспринимают в штыки те группы людей, которые не одобряли начало СВО, кто стремился избежать мобилизации, те семьи, что оказались жертвами боёв, осиротевшие родители или овдовевшие жены. Но и группа граждан, понимающая неизбежность специальной военной операции, упреждающая противника, а это подавляющая часть народа – всё равно задаётся вопросом: почему такое случилось, неужели нет выхода из заваленного злополучного туннеля, и найдутся ли силы разгрести завал, восстановить равновесие, а затем пойти вперёд до победного конца? Ответить на этот прямой вопрос военные аргументированно не в состоянии до тех пор, пока совершенный маневр не принесёт результата. Потому стучать себе в грудь некорректно, а лучше помолчать да на деле доказать свою силу, оправдать доверие и надежду народа.

14

Командир полка Иванов и начальник штаба подполковник Санин подъехали к понтонной переправе на заходе солнца не в лучшем расположении духа. Но тот и другой стремились, невзирая