Искусство подводной войны. СССР против США, 1945-1972 - Павел Олегович Леонов

Наиболее важным качеством, присущим флоту, является способность наносить сильные удары по движущимся морским целям. Силы флота, вооруженные современным ракетно-ядерным оружием, обладают высокими боевыми способностями. Благодаря оперативно-стратегическим учениям, проведенным главнокомандующим ВМФ в августе 1960 года, было продемонстрировано, что даже одна атомная подводная лодка может последовательно атаковать авианосную группировку в море и уничтожить один или два крупных корабля. Бригада[80] таких лодок может успешно выполнить задачу по уничтожению крупной авианосной группировки, состоящей из нескольких авианосцев и действующих на определенном направлении фронта. Уничтожение ударного авианосца, несущего 100–120 ядерных боеголовок, означает, что враг лишится этих сил для использования против наших объектов.

Если рассмотреть возможность повторного развертывания авианосных крупных ударных соединений, тогда их уничтожение спасет нас от многих сотен и даже тысяч ядерных ударов.

В ближайшем будущем Соединенные Штаты Америки развернут до 40 атомных подводных лодок, вооруженных 16, и, возможно, более, ракетами типа «Поларис» с ядерными боеголовками. Получается, что эти атомные подводные лодки смогут использовать до 640 и более ядерных боеголовок против наших объектов, и если дважды перезарядить их в море – до двух тысяч боеголовок. В основном только флот сможет вести боевые действия против этих подводных лодок.

Вооружение наших подводных лодок баллистическими ракетами с ядерными боеголовками сделает их очень эффективным оружием в выполнении задачи дезорганизации вражеской экономики и уничтожения его средств ядерного нападения. Это правда, что в некотором отношении подводные лодки, вооруженные баллистическими ракетами, уступают наземным пусковым установкам (ниже точность стрельбы, сниженная готовность из-за необходимости приготовлений и занятия огневых позиций и т. д.), но у них также есть важные преимущества.

В то время как наземные пусковые установки не могут произвести запуск значительного числа зарядов в современных условиях, чтобы не пострадать от обратных действий, подводная лодка, особенно производящая подводный запуск, может произвести полный ракетный залп с позиции, находясь все время на ходу.

Обладая высокой подвижностью и скрытностью, ракетные подводные лодки будут на начальном этапе войны наименее уязвимыми и наиболее устойчивыми средствами ведения войны, способными наносить внезапные и мощные ядерные удары на важных направлениях».

Далее в статье приводятся основные задачи флота, условия и методы их исполнения.

«Уничтожение ударных группировок вражеского флота, включающих в себя ударные авианосцы, ракетные корабли и, в ближайшем будущем, атомные подводные ракетоносцы, является одной из приоритетных задач флота.

В начале войны вероятный враг будет способен развернуть до семи авианосных ударных групп (АУГ), каждая состоящая в среднем из трех авианосцев, трех ракетных крейсеров и от 12 до 18 эсминцев, вооруженных частично зенитными ракетами. Вполне вероятно, что эти крупные авианосные группировки будут распределены по театрам [имеется в виду военных действий] следующим образом: Северная Атлантика – 3, Тихий океан – 2, Средиземное море и Индийский океан – по 1 на каждый.

Борьба с АУГ должна вестись по трем направлениям: уничтожение самих АУГ, уничтожение их мобильных подразделений снабжения в море и уничтожение военно-морских пунктов базирования. Уничтожение самих АУГ в море (в океане) будет главной целью подводных лодок, ракетоносной авиации флота и дальней авиации. Уничтожение мобильных пунктов снабжения, находящихся вне зоны досягаемости авиации, будет задачей подводных лодок. Наконец, уничтожение пунктов базирования АУГ (включая береговые базы авианосцев) должно быть выполнено войсками РВСН. Использование подводных ракетоносцев для последней задачи также не исключено».

В статье предполагается, что авианосцы до подхода к линии развертывания палубной авиации будут подвергаться атакам дизельных лодок, атакам ракет с самолетов морской авиации, а атомные подводные лодки будут наносить удары в океане при первой возможности.

Борьба с подводными ракетоносцами противника предполагает такой же подход – уничтожение самих лодок, баз и пунктов снабжения. Предполагается, что зоной развертывания ракетоносцев будет Северная Арктическая зона и Норвежское море. «Цели для флота противника расположены на глубине до тысячи километров от побережья. Принимая дальность стрельбы подводных лодок с ракетами типа “Поларис” за 2800 километров, основные усилия по борьбе с подводными лодками противника на начальном этапе должны быть сосредоточены на линии запуска, то есть на дистанции 1800 километров и более (1000 миль) от побережья». «Сражение за море будет вестись под водой».

В статье отмечается, что в настоящий момент противолодочные силы и средства флота, за исключением подводных лодок, могут по факту вести боевые действия против подводных лодок противника только в прибрежной зоне, что требует пристального внимания к их дальнейшему развитию.

Обсуждение противодесантных операций также предполагает удары по сосредоточению десантных сил и средств противника до высадки или уже во время нее. Нанесение же ядерного удара по собственной территории может последовать только при определенных условиях и в особых случаях.

«Расчеты и опыт учений последних лет показывают, что даже одна атомная подводная лодка, вооруженная торпедами, может уничтожить более 20 судов с войсками и припасами (приблизительно одна дивизия высаживающихся войск). Одна атомная подводная лодка также способна уничтожить один или два крупных надводных корабля из сил прикрытия, включая ударный авианосец, который несет от 60 до 100 боеголовок».

«В настоящих условиях будет поспешно и опасно полагаться на раскачку, на накопление резервов на случай войны и попытки их использовать во время перерывов любого рода».

Как видно из статьи, по состоянию на 1961 год отмечается и слабость ВМФ СССР в противолодочной борьбе, и возможные стратегии борьбы с вероятным противником в лице США.

Необходимо отметить, что рассматривать развитие советского флота (равно как и флота США) следует не только в первую очередь с промышленной (можем ли мы это построить), не только с геополитической (зачем нам это строить) точек зрения, но и в поле конфронтации с другой супердержавой – так называемой «реактивной модели». То есть развития военно-морских вооружений СССР и США, которые реагируют друг на друга в контексте своей общей военно-морской политики. Впрочем, следует привести еще одну цитату Роберта Батхорста[81], который самым важным фактором, повлиявшим на развитие советской военно-морской деятельности, считал «всеобщую паранойю советских людей. Паранойя в данном случае не является унизительным термином. Любой народ, если бы ему довелось страдать столько же, сколько страдал русский народ, стал бы воспринимать мир вокруг как угрозу. Эта паранойя, однако, усиливается неведением относительно окружающего мира. Даже для [советских] лидеров этот мир остается пещерой Платона. Им приходится объяснять мир по теням, которые видны им через окно темницы. Подобный интеллектуальный климат определенно создает свою базу для принятия кризисных решений…» Вторым фактором он называет «технологическое отставание Советского Союза, что создавало атмосферу, в которой западные идеи могут