Великая война. 1941–1945 - Алексей Валерьевич Исаев

Гитлер требовал от Манштейна при любых обстоятельствах удерживать Харьков. Однако призыв грозил окружением всей армейской группы «Кемпф». Манштейн не стал повторять ситуацию Сталинграда.

22 августа во второй половине дня советская авиаразведка донесла, что немцы начали отход из города. Конев не медлил и ночью двинулся на штурм.

К полудню 23 августа город освободили. Вечером освободителям Харькова салютовала Москва, отмечая тем самым и победное завершение Курской битвы.

Из воспоминаний Гудериана:

«В результате провала наступления «Цитадель» мы потерпели решительное поражение. Само собой разумеется, русские поспешили воспользоваться успехом. И больше на Восточном фронте не было спокойных дней. Инициатива полностью перешла к противнику».

Тяжелейшая Курская битва завершилась триумфом советского оружия как в обороне, так и в наступлении. После поражений июля-августа 1943 года вермахт уже не смог стабилизировать советско-германский фронт. Операция «Цитадель» стала последним крупным наступлением гитлеровцев против СССР, последней попыткой перехватить стратегическую инициативу. После Курска немцы только оборонялись, лишь иногда проводя контрнаступления локального значения. Оставшиеся два года войны инициативой полностью владела Красная армия. Начался неудержимый откат группы армий «Юг» к Днепру.

От Днепра до Одера

Первые лучи восходящего солнца вырвали из сумерек раннего сентябрьского утра серую колонну на мосту. Солдаты Германии переправлялись через Днепр. Последние несколько дней пехота, машины и повозки шли с востока на запад непрерывным потоком: и днем и ночью.

Вдруг в тумане послышался звук, заставивший дрогнуть массу в шинелях. Шаг перешел в бег, строй колонн сломался. Приближаясь, нарастал хорошо знакомый рев двигателя и лязг гусениц Т-34. На полном ходу они подошли к переправе, а один даже ворвался на мост.

Но в ту же секунду раздался оглушительный грохот: взорванные три пролета Каневского моста обрушились в реку. Вместе с ними рухнули и последние надежды советского командования на захват переправы, по которой на другой берег нужно было срочно перебросить 30-тонную технику.

Части Красной армии уже захватила плацдармы на правом берегу, но прорвать оборону врага без поддержки танков было не под силу.

После поражения на Курской дуге немцы безостановочно отступали. 24 августа 1943 года по всему южному участку фронта в 1400 километров – от Смоленска до Азовского моря – наши части пришли в движение: 2 650 000 человек, 51 000 орудий, 2400 танков и 2850 самолетов.

В наступлении задействовали войска нескольких фронтов: Центрального, Воронежского, Степного, Юго-Западного и Южного – в октябре 1943-го переименованные в 1-й Белорусский, а также 1, 2, 3 и 4-й Украинский фронты.

Германское командование планировало остановить Красную армию на рубеже реки Днепр. Ускоренными темпами, после приказа Гитлера от 11 августа, возводились грандиозные по протяженности укрепления, названные «Восточный вал». Он проходил по Керченскому полуострову, реке Молочной, Днепру в его среднем течении, реке Сож до Гомеля, восточнее Орши, Витебска, Невеля, Пскова и севернее Чудского озера по Нарве.

В период оккупации с Украины в Германию эшелонами отправлялись скот и продовольствие, зерно, транспортные средства и станки, вывозился даже плодородный чернозем. Страна с развитой металлургией была кладезем полезных ископаемых, бесценных для военной промышленности. В Кривом Роге добывали железную руду. В Донбассе – уголь. В Никополе – марганец, в Запорожье выплавляли чугун и сталь.

На Германию шли и вагоны с молодежью, которым предстояло жить как остарбайтерам – бесплатной рабочей силе.

Чтобы хоть как-то замедлить продвижение частей Красной армии, командующий группой армий «Юг» Манштейн приказал оставлять за собой «выжженную землю». То, что нельзя вывезти, уничтожалось: взрывали, сжигали, разоряли. На реках Псел, Сула, Удай, Сырая и Гнилая Оржица отступающие германские войска не оставили ни одного моста.

Осенью 1943-го разрушенные железные дороги вынуждали советские части гонять грузовики, подвозившие топливо и боеприпасы, за сотни километров. Отставали обозы, тяжелая артиллерия, понтонные парки.

Одними из первых добрались до Днепра севернее Киева в районе Лютежа танкисты 5-го гвардейского Сталинградского корпуса Андрея Кравченко.

Кравченко Андрей Григорьевич (1899–1963) – генерал-полковник танковых войск. Дважды Герой Советского Союза. Танки его бригады прошли по Красной площади на параде 7 ноября 1941-го, а через месяц уже освобождали Солнечногорск. С августа 1942-го до февраля 1943-го под Сталинградом успешно командовал корпусом, после чего тому присвоили наименование «гвардейского Сталинградского». Участник сражения под Прохоровкой. Богатырское телосложение доставляло неудобства в танке. Когда он находился на месте командира, за ним просто не закрывался люк башни. Отличался храбростью и организаторскими способностями.

Пехота, используя подручные средства, переправилась и закрепилась на правом берегу.

Южнее Киева, в районе Великого Букрина, форсировали реку части 40-й армии и 3-й гвардейской танковой армии.

Ширина реки под городом Великий Букрин составляла около 600 метров. Для временного моста, способного выдержать танки, нужно забить почти тысячу свай. Под огнем артиллерии и авиации мост возвели за десять дней. Тем временем немцы успели выстроить прочную оборону.

Фронтальным ударом овладеть Киевом, расположенным на высоком берегу Днепра, было практически нереально. Поэтому командующий Воронежским фронтом Ватутин принял решение разгромить фашистскую группировку двумя ударами: с севера и с юга, наступая с Букринского и Лютежского плацдармов.

На Букринском плацдарме главной боевой силой предстояло стать 3-й гвардейской танковой армии. С Лютежского наступал 5-й гвардейский танковый корпус. Однако прорвать немецкую оборону не получилось. Ситуация под Киевом пришла в состояние неустойчивого равновесия. Немцы не могли ликвидировать советские плацдармы, а Красная армия – прорваться с них на запад. Близилась зима, а линия фронта словно замерла на берегу Днепра. Для того чтобы переломить ситуацию, требовались решительные действия. Ватутин изменил план наступления с целью нанести мощнейший удар с одного плацдарма, задействовав в этой операции все имеющиеся у него танковые соединения. Около 40 тысяч бойцов 3-й танковой армии П. С. Рыбалко, посаженные в танки, самоходки, бронетранспортеры и грузовики, были скрытно по ночам переброшены с Букринского на Лютежский плацдарм. Танкисты А. Г. Кравченко и П. С. Рыбалко должны были наступать плечом к плечу. Лучшие танковые соединения фронта были собраны в один кулак.

Утром 5 ноября мощный удар артиллерии и танков расколол немецкую оборону. Передовые части 3-й танковой армии перерезали шоссе Киев – Житомир, лишив оборонявшихся в Киеве немцев хорошего шоссе для быстрого отхода. В тот же день корпус Кравченко подошел к Киеву с севера. В ночь на 6 ноября на его улицах было светло как днем от орудийных и минометных залпов, осветительных ракет и летевших отовсюду трассирующих пуль. Огнем и гусеницами танкисты Кравченко проложили себе дорогу в центр города. Немцы начали поспешный отход из Киева. Утром 6 ноября город