Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

— Если больше стрелять не будет, значит, попали.

Подождав десять минут, мы поняли, что проблема решена, но у меня оставались сомнения в том, что мы убили его.

После того, как пацаны Балора заштурмили полдома, я сменился с фишки и пошел проведать Юнайтина. Он был уставшим, но в прекрасном расположении духа. Должность командира ему очень нравилась. Он чувствовал себя важным и нужным, я видел, что война — это его.

Иногда, оглядываясь по сторонам, я вдруг выпадал и начинал видеть вокруг не бойцов ЧВК «Вагнер», а пацанов, которые, как в детстве, играют в войнушку, бегая по стройке с палками и игрушечными автоматами. Все это казалось нереальным. И разрывы вокруг, и свист пуль, и возможность умереть в любую секунду. Казалось, что мы просто играем с пацанами из соседнего двора, и после того, как нас позовут домой, все двухсотые встанут, и мы все, попрощавшись, пойдем есть и делать уроки. Но украинские двухсотые, которые были разбросаны по дому, быстро возвращали меня в реальность. «Это не игра! Тут можно умереть», — говорил мне кто-то внутри моей головы.

— Как ты, братан? — обнялись мы с Юнайтином.

— Нормально… Как там мои пацаны? Зерка и Крепленый?

— Все норм! Вытащили, как только Балор и Тельник на эти дома зашли, — уверенно ответил Юнайтин. — Слушай, я тут у Гонга разрешение спросил… — посмотрел он на меня глазами десятилетнего пацана. — Он разрешил нам по дому из польских труб и «Джавелина» отработать.

— А из снайперской винтовки? С этим смешным названием «Укроп»? — вспомнил я, как хотел хоть разок стрельнуть из винтовки. — У хохлов, конечно, с чувством юмора все в порядке. «Укроп»!

— Так они же, как мы. Это и дураку понятно. Ты же видел пленных. Балор там взял несколько человек. Хер от нас отличишь, бля, — развел он руками. — Винтовки, братан, я отдал. Из трубы шмальнуть хочешь?

— Пошли! — воодушевился я. — А откуда стрелять будем и по кому?

— Найдем, по кому! — заверил меня Юнайтин.

Польская труба оказалась с подвохом. При выстреле струя огня выходила не назад, как у наших труб, а вперед. С непривычки мы оба обожгли себе брови, но по адреналину и красочности выхода это было феерично. Мы запустили по одной ракете в хохлячью часть дома напротив и кайфанули от разрыва.

— Отлично зашло! — орал мне на ухо Юнайтин. — Давай, теперь «Джавелином» уебем!

— Давай, сначала только почитаем, что там за система? А то, как с этими трубами получится.

Мы, как два школьника, стали разбираться с инструкцией к ракете и выяснили, что струя, которая выходит у нее сзади, должна быть метров пятьдесят.

— Прикинь, мы бы в помещении стрельнули? Зажарились бы оба, нахер.

— Хорошо, что прочитали…

Мы взяли трубу, и Юнайтин решил ударить по ангарам, которые были слева от нашей пятиэтажки, и где сидели хохлы, донимавшие нас из РПГ. Оттянувшись к южному краю пятиэтажки, откуда наши заходили в нее, мы вступили в переговоры с Димой Пурпуро.

— Диман, мы тут разок стрельнем?

— А мне-то что? — удивился он.

— Просто предупреждаем. Там сзади твоя позиция, а тут такая труба мощная.

— Да? Сильно мощная? — удивился он. — Пацаны, короче… По нам и так миномет тут долбит с утра до вечера, а тут вы со своей херней этой… — засомневался Пурпуро. — Вы тут стрельнете, у меня три дома снесет.

— Да ладно, ты чего? — стали мы уговаривать его. — Разок шмальнем и все. Эти пидоры нам жить не дают. Снайпера какие-то. Их РПГ точно в наше окно кладут. Скорее бы их уже трешка зачистила там.

— Ладно, давайте, только быстро!

К нашему сожалению и радости Пурпуро, выстрела не получилось. «Джавелин» оказался без системы охлаждения и просто просрал выстрел.

— Ладно, пацаны, не переживайте. В следующий раз стрельнете, — поддержал нас Пурпуро по рации.

— Да мы и не расстраиваемся, — подмигнул мне Юнайтин. — Нам скоро еще пару новых игрушек должны принести.

— Каких? — заинтересовался я.

— Увидишь!

43. Пикша. 1.3. Штурм «Е-3»

Школа стала нашей основной точкой дислокации и ввода в дело новых сил. Именно через нее мы с Тельником заводили пополнение и забирали один за другим остальные дома в Опытном. В течение нескольких недель мы штурманули все двухэтажки и уперлись в широкую открытку, которую не удалось преодолеть сходу. Вернувшийся после ранения Евмар стал командиром штурмовых групп. Он сразу попытался зайти в частник по правому краю. После провала пары штурмов в лоб на этот частник, где мы потеряли несколько групп трехсотыми и двухсотыми, удалось завести группу под командованием Химского на одинокую позицию «Г-1», после чего начался штурм частника, но продвигаться в нем им было сложно из-за нависавших слева высоток.

Отличительными чертами работы «Вагнера» были совместная разработка и принятие решений с учетом мнений всех командиров. Каждый из нас, полевых командиров, имел полноценное право голоса и возможность доносить свою точку зрения до вышестоящего руководства. Если предложение было разумным, и мы могли обосновать его, то оно выслушивалось и принималось. Если нет — оно отвергалось, и мы придумывали следующее. Наши собрания чем-то напоминали народное вече Новгородской республики, а чем-то — собрание капитанов и старшин каперских кораблей острова Тортуга, где каждый свободно высказывал свое особое мнение, но окончательный план набега утверждался большинством голосов. Гаврош и Гонг внимательно выслушивали командиров штурмовых групп и планировали действия с учетом наших рекомендаций.

На одном из таких совещаний было принято решение собрать отдельную штурмовую группу из опытных бойцов и заскочить в высотки через левый фланг, на границе с третьим взводом. Эта группа без особого сопротивления со стороны украинцев зачистила узкую линию частного сектора по левому флангу и закрепилась в его крайних домах. Туда же, на прикрытие, были подтянуты группы Балора, Пурпуро и Резона.

Штурмовикам-ветеранам удалось захватить первую «Ешку» и отбить несколько накатов ВСУ, пытавшихся забрать ее обратно. Основательно закрепившись там, часть бойцов зашла в соседний дом «Е-2» и заняла его южную половину. Другая его часть оставалась за противником. Нам пришлось пободаться с ними, но, понимая бесперспективность обороны, украинцы попытались договориться с нами, предлагая в обмен на свой отход мирных, которые находились в подвале их части здания. Договориться не удалось, они откатились ночью, и мы стали думать, что делать с оставшейся «Е-3», состоящей из двух высоток пяти и шести этажей.

— Тельник, может, попробуем с этого края забрать эти два дома? — предложил я.

— Через поле? — задумчиво спросил он. — Давай, только пусть сначала арта по ним отработает.

— Лучше по-тихому. Без арты.

— Ты угораешь? — засомневался Тельник. —