Правила волшебной кухни 9 - Олег Сапфир

— Синьор Артуро?

Ко мне подошёл парнишка. Лет двенадцати, наверное. Веснушчатый такой, рыжий, нескладный, и с пачкой газет подмышкой.

— Да.

— Артуро Маринари?

— Именно, — я отставил лимонад. — А ты кто?

— Меня зовут Стефано, — парень почтительно кивнул. — Я разношу газеты по всему Дорсодуро и у меня к вам выгодное предложение.

— Интересно, — улыбнулся я. — Слушаю.

— Вы знаете, что сегодня выходит газета «Dietro»?

Диетро, значит? Как бы это так перевести? Хм-м-м… если вот прямо дословно, то получится «за». За чем-то. За домом, за фасадом, за углом. Но в контексте газеты, как мне кажется, это имеет именно что скандальный смысл.

— Не знал, — сказал я. — Теперь знаю.

— Так вот обычно мы с друзьями разносим её до ужина, чтобы все успели прочитать и было что обсудить…

В этот момент из ресторана вышла Джулия.

— О, Стефано! — улыбнулась она. — Как дела⁈

— Чудесно, синьорина Джулия! Я как раз разговаривал с синьором Маринари и пытался объяснить ему, что сегодня выходит колонка синьора Фальконе, которая будет посвящена ему.

— Колонка Фальконе? — я поднял бровь. — Это тот самый, что грозился меня в чём-то разоблачить?

— Наверное, синьор Маринари.

— Ну… пускай выходит, — я пожал плечами.

А вот Джулия удивила. Никакой экспрессии, никаких круглых глаз и криков: «Да ладно⁈»

— Замечательно, — улыбнулась кареглазка. — Посмотрим, что он о тебе написал. Я пускай немножечко и переживаю, потому что… ну… если уж честно Фальконе своими статьями сломал не одну карьеру. Но ведь были и те, кого он возвысил.

— Хм-м-м…

— Хотя о чём я переживаю? — отмахнулась Джулия. — Вряд ли он напишет про тебя что-то плохое, Артуро. Ты же никому ничего плохого не сделал.

— Вот именно, — тут я перевёл взгляд на Стефано. — Слушай, парень, так в чём заключается твоё «выгодное предложение»?

— Мы можем сделать так, — рыжий заговорщицки понизил голос, — что вместо всего тиража в тысячу газет мы раздадим всего лишь двадцать штук. Это будет стоить дорого. А ещё дороже, чтобы мы вообще не раздали ни одной. Скажем, что плохо себя чувствовали.

— Так… а я здесь причём?

— Вы же понимаете, синьор, что иногда лучше заплатить деньгами, а не репутацией.

— Не понял, — нахмурился я. — То есть ты сейчас хочешь взять с меня деньги за то, чтобы газета с колонкой про меня не дошла до читателей?

— Ну да, — ответил Стефано вообще ни капельки не смутившись.

— А ничего, что я префект? — уточнил я. — И это, по сути, вымогательство?

— Ничего страшного в том, что вы префект, — опять не понял суть претензии Стефано. — Этому обычаю четыреста лет. Мой отец этим занимался, а перед ним его отец. Вы префект всего несколько недель, а наше дело на века.

Очередной венецианский бред, бессмысленный и беспощадный. Из разряда офисных клерков, которую бьют друг другу рожи в знак примирения.

— Парень, — вздохнул я. — Я не хочу и не буду соглашаться на такое. Как минимум потому, что мне нечего бояться. Если Фальконе нашёл что-то компрометирующее, я хочу об этом знать. А если не нашёл, то тем более. Так что пускай газеты курсируют по Дорсодуро свободно.

— Вы очень уверены в себе, синьор, — Стефано хмыкнул. — Ладно. Обещаю, что первую газету принесу вам лично в руки, а дальше дам время для принятия решения…

— «Время для принятия решения», — повторил я. — Мальчик, иди отсюда, ладно?

Стефано ушёл, мой перерыв закончился и время полетело. Я вернулся на кухню и снова занялся крабами. Спустя полчаса в «Марине» была полная посадка, и каждый из гостей, не успевших забронировать себе целого крабика, требовал пасту или салат из сегодняшнего специального меню.

Индзаги был на подхвате — смотрел, учился, и в конце концов научился. Так что в момент, когда к нам в ресторан пожаловал синьор Греко-старший, я смог отлучиться с кухни и поприветствовать дорого гостя. Ну а если точнее — гостей.

На правом плече синьора Габриэля сидел кошачий лемур, — серый, с полосатым хвостом, — а на левом чёрный. Ушастенький такой, пучеглазый. При этом лемуры вели себя будто охотничьи собаки — смотрели по сторонам не просто так, а явно что выглядывая опасность или… дичь?

— Синьор Греко! — я пожал мужчине руку. — Рад вас видеть! Как поживают ваши питомцы?

— Прекрасно, просто прекрасно, — улыбнулся Греко. — Пришёл, как и обещал. Мне, пожалуйста, два меню для лемуров. Одно обычное, для Стейси, она любит поесть поплотнее. А второе диетическое… это для Дороти, — он кивнул на кошачью лемуриху. — Она у меня сейчас на диете сидит. Ну ты же знаешь женщин. Если решили сесть на диету, то их не разубедить.

— Понимаю, — кивнул я. — Сейчас сделаем.

Следом я принёс два специальных меню, которые уже успел подготовить. И обычное, и диетическое. Блюда были практически идентичны за исключением небольших деталей, но в целом — орешки, фрукты, овощи, всё по стандарту. Вручив меню лемурихам, которые важно расселись за столом, я принял заказ у их хозяина, пообещал, что вернусь через пять минут и вернулся помочь Индзаги.

Пять минут не прошло. Прошло буквально две, после чего я услышал из зала какой-то непонятный грохот. Первая же мысль — Билли растянулся с полным подносом посередь зала. Вторая мысль — Вилли. Третья… ну понятно. Работы у меня было много, поэтому я не обратил на шум особого внимания и сосредоточился на работе.

Ну а когда я наконец вышел в зал, чтобы проверить всё ли в порядке, меня внезапно встретили аплодисментами. Все гости. Все до единого хлопали, свистели и кричали мне «Браво!»

— Э-э-э, — я замер, растерянно оглядываясь по сторонам. — Замечательно, — а затем сфокусировался на Джулии, которая под эти аплодисменты поспешила подойти ко мне. — А что происходит? — спросил я у кареглазки. — У нас что, будет ребёнок?

Джулия покраснела насквозь. Ногти, волосы, кости и всё остальное что по логике вещей не может наливаться кровью прямо сейчас налилось и сигнализировало о крайней степени смущения кареглазки.

— Нет, — сказала она. — Ну… то есть будет, но не сейчас.