Путь одного агентства. Том 2 - Олег Торбосов

Пьяная тайка начала делать массаж головы. Это моя любимая часть процедуры. Обычно её делают в самом конце, и я максимально от неё кайфую. Но в этот раз не вышло.

Я расслабленно лежал на спине. Тайка провела своими руками вдоль головы и вдруг с невероятной силой вонзила ногти мне в шею. Я вскочил от боли. На шее проступили кровавые царапины. На этом наш весёлый сеанс массажа закончился. Больше я не разрешил ей прикасаться ко мне.

Массажистка испугалась, понимая, что перегнула все возможные палки. «Сорри, мистер, сорри», – защебетала она и выскочила за дверь, оставив меня лежать на кушетке с кровоподтёком на шее.

Мы с приятелем немного посидели на порванных полотенцах возле разломанной скамейки в хаммаме. Помочили ножки в бассейне с мутной водой. Накинули вафельные халатики с порванными возле ремня петельками и, ловко перепрыгивая через лужи в душевой, стали собираться. Шея неприятно ныла.

Обычно после процедуры массажистки предлагали нам попить чай, но сегодня решили обойтись без лишних церемоний.

Девушка на ресепшене выслушала мою историю и посмотрела на фотографию кровавых царапин у меня на шее. Извинилась. И не взяла с нас деньги за этот странный сеанс.

Я медленно прошёл сто метров от выхода из салона до своего подъезда, потирая ноющую шею. Но больно мне было уже не от царапин пьяной тайки, а от обиды за умирающий бизнес. Он был придуман красивым и здоровым. Но из-за плохого менеджмента шаг за шагом растерял своё великолепие и коснулся дна.

Я пришёл к ним счастливым и здоровым, а ушёл возмущённым и исцарапанным. Просто не взять с меня денег – плохая компенсация за такое испытание. Бывают ситуации, когда простого «извините» недостаточно.

Перед сном я лежал на кровати, смотрел на ночную Москву и понимал, что сделаю всё, чтобы моя компания не превратилась в такой же умирающий бизнес. Мне вспомнилась история Сэма Уолтона, основателя «Волмарт».

Он любил проводить обучение для своих новых топ-менеджеров, которое всегда начинал со вступительного слова. Слушатели ожидали от него мотивационного рассказа о ценностях и целях компании. Но получали историю из жизни.

«Я тот человек, который идёт в ресторан, терпеливо ждёт, пока официант сделает все свои дела и только потом примет мой заказ. Я человек, который приходит в магазин, спокойно ожидает, пока продавец закончит разговоры с коллегами и только потом возьмёт у меня оплату. Я человек, который объясняет поставщику важность срочной доставки продукта и не жалуется, получив его через три недели. Я тот человек, который, заходя в любое коммерческое учреждение, практически выпрашивает снисхождение, внимание и улыбку сотрудника. Сейчас вы, наверное, думаете, что я спокойный, терпеливый и снисходительный человек?

Знаете, кто я? Я клиент, который никогда не вернётся. Я ухожу, а потом веселюсь, смотря, как компании вкладывают миллионы долларов, чтобы меня вернуть. А я ведь уже был там, и всё, что нужно было сделать, – уделить мне немного времени и внимания».

Наступил первый день августа. Мы с командой подвели итоги месяца, и в моих социальных сетях появился традиционный отчёт о сделках «Вайтвилл».

После фееричного июня, где продажи перевалили за 7 миллиардов, июль был просто хорошим – мои брокеры закрыли пятьдесят пять сделок на 3,2 миллиарда рублей.

Дубай и Лондон в сумме продали всего четыре квартиры на 300 миллионов рублей. Дубай ссылался на низкий сезон и жару, а Лондон – на перенос сделок на новый месяц.

Москва не подвела. Там были уверенно крупные продажи. Брокеры «Вайтвилл» нашли покупателя на квартиру в клубном доме «Астрис» на Косыгина за 204 миллиона, на целый этаж в офисном здании «Стоун» за 320 миллионов и особнячок на Садовом кольце за 350 миллионов.

Последняя сделка была примечательна тем, что продавали здание семь милейших дедушек в возрасте от семидесяти двух до восьмидесяти пяти лет. Со стороны покупателей было пять серьёзных предпринимателей. Стороны упрямились, поэтому переговоры шли больше трёх месяцев. Чтобы эта сделка состоялась, нам пришлось за день открыть сразу тридцать шесть аккредитивов. Дважды она чуть не сорвалась из-за сердечных приступов одного из продавцов. Высший пилотаж брокериджа.

– Олег, ты уже собрал чемодан? – в трубке раздался весёлый голос Ростика. – У нас с утра вылет в Турцию.

Глава 142

Морские волки

Большой автобус припарковался возле порта турецкого города Фетхие. Один за другим на пирсе стали появляться довольные лица брокеров «Вайтвилл». Мы с Ростиком и Андрюхой вышли последними. Всю дорогу от отеля до порта болтали на заднем сиденье. Я надел солнцезащитные очки и огляделся. Голубое небо. Яхт-клуб. На водной глади неспешно покачиваются сотни разномастных лодок.

– Команды, через пять минут инструктаж перед выходом в море, – громкий голос организатора нашей регаты уверенно прорывался сквозь крики портовых чаек.

На пирсе в ровную линию стояли тридцать человек из команды «Вайтвилл». Все в белом. Специально для этого события я сделал логотип в виде буквы W с парусом. Его нанесли на белые кепки и футболки. Они стали нашей формой на регате.

– В море выходим на четырёх лодках. В команде по семь участников, – громко говорил Вадим, мой подписчик, взявший на себя организацию этих соревнований. – Из марины на моторах мы доходим до этой линии, – в руках у него была большая карта регаты, на которой он указкой показывал маршрут. – Поднимаем паруса. Объявляется старт. Дальше примерно три часа вы соревнуетесь. Доходите до острова Терсане. Здесь заканчивается первый отрезок регаты. Обед. Потом идём второй отрезок до мыса Олюдениз. Там стартует третья часть регаты. Мы возвращаемся обратно в порт Фетхие, – организатор убрал карту. – За каждый отрезок команды получают баллы. По итогам трёх отрезков определяется победитель. Всё понятно? – армейским голосом спросил он.

– Да, – дружно произнесли в ответ тридцать голосов.

– Тогда по лодкам. Сейчас будет часовой инструктаж. Капитаны распределят ваши позиции в команде.

Мы разошлись по своим яхтам. Час нас учили вязать морские узлы, пользоваться лебёдками, травить и добирать снасти через специальное «пианино».

– Восьмёрка является одним из самых простых морских узлов, – показывал капитан нашей лодки. – Он используется как стопорный узел, чтобы конец снасти не выскальзывал. Сейчас я покажу вам, как его завязать. Это легко, – на этих словах он как-то хитро улыбнулся. – Берём свободный конец верёвки в одну руку. Создаём небольшую петлю, пропуская конец перед основной частью верёвки, потом оборачиваем конец вокруг основной части верёвки снизу вверх и продеваем в петлю, которую вы сформировали на предыдущем шаге. – Мы стояли и заворожённо смотрели за руками капитана, как доверчивые зрители наблюдают за ловкими манипуляциями напёрсточника на улице. – Убеждаемся, что все части узла лежат ровно, и плавно затягиваем его. Вы увидите, что узел образует форму, напоминающую цифру восемь.

Вроде бы всё, что он показывал, было легко, но получаться у меня начало только с третьей попытки. Девчонки из нашей команды попросили записать их в группу моральной поддержки и устранились от возни со снастями и парусами. Парни же старательно вязали узлы.

Перед выходом из порта мы подняли над лодками стильные чёрные флаги Whitewill. На них была буква W и надпись Whitewill regatta. Правда, пришлось дважды перевешивать флаги, потому что мой внутренний эстет был не согласен, что на всех четырех лодках они находились на разной высоте. Плохо смотрелось в кадре.

Победителя в регате в этот день мы так и не определили. Не было ветра. Причём начиная уже со старта. С такими темпами на парусах мы прошли бы первый участок гонки только к вечеру.

Поэтому, когда все паруса были расправлены, а ветер не приходил, мы улыбнулись и включили моторчики. С кайфом, фруктами и музыкой все лодки дошли до первой точки – острова Терсане. Там нас ждал обед в уютном ресторане на берегу. После трапезы мы ныряли с лодок в бирюзовую воду, загорали, болтали и фоткались. До мыса Олюдениз решили не идти, а просто взяли обратный курс к исходной точке.

Вечером у нас был общий ужин, где всем участникам регаты организаторы вручили золотые медали – в порт наши лодки зашли одновременно. Правда, на моторах,