Колонна приговоренных - Александр Александрович Тамоников

— А что за слухи? — задал вопрос Астафьев.

— Вот мы и подошли к главному, — сказал Слюсаренко и встал. Затем прошел к столу и поманил разведчиков к себе. — Подойдите-ка. Вот, смотрите сюда, — показал он на карте точку. — Это — Хмельники. По словам летчика, где-то на окраинах этих самых Хмельников или неподалеку от них немцы прячут танковый корпус. Прячут, вернее держат в резерве, уже давно, с самой, можно сказать, осени. Причем скрывают машины и солдат не только от нашей воздушной разведки, но даже от своих. Мол, меньше знают, меньше болтать будут. Спрашивается — для чего прячут?

— Понятное дело для чего — чтобы при нашем наступлении ввести эти части в бой в самый неожиданный момент. Например, ударить нам в тыл, — ответил Астафьев, хотя его никто и не спрашивал, и вопрос Слюсаренко задал чисто гипотетический.

— Вот наше командование и я тоже так думаем, — согласно кивнул Захар Карпович. — Вопрос, значит, стоит такой. Вернее, сразу несколько вопросов. Первый — на самом ли деле в районе Хмельников находится засекреченный танковый корпус? Или, может, не один, а два корпуса — этого мы пока не знаем. К тому же неизвестно, правда это или только слухи, запущенные в целях дезинформации. А может, это просто бред раненого летчика. В бреду чего только не наговоришь…

Слюсаренко помолчал, подумал и продолжил:

— Теперь — второе. Если это все-таки правда и секретные танковые части располагаются именно в районе Хмельников, то с какими силами нам придется столкнуться? Сколько и каких танков будет задействовано в операции против нашей танковой армии? Какие цели будут стоять перед ними?

Захар Карпович вопросительно посмотрел на Шубина. Тот понимающе кивнул в ответ на его взгляд и сказал:

— Требуется проверка.

— Да, ребятки, надо бы все проверить, — произнес Слюсаренко, отходя от стола и снова садясь на лавку. — Не сегодня, так завтра — наступать, и сюрпризы от фрицев нам не нужны. Капитан, — постучал он ладонью по скамье, приглашая Шубина сесть рядом, — давай решать, сколько человек тебе надо будет с собой взять, чтобы дойти до Хмельников и все там как есть разузнать.

— М-да… Это называется — пойти туда, не знаю куда, и найти то, не знаю что. — Глеб сел рядом с полковником.

Астафьев остался стоять у стола, изучая карту и что-то рисуя на листке, который он достал из планшета.

— Есть какие-то определенные мысли по поводу, где и как искать? — поинтересовался Слюсаренко у Глеба.

— Помнится, в августе я уже бывал в тех краях, — сказал Шубин. — Как раз перед последним контрнаступлением фашистов на Сташув. Далековато отсюда до Хмельников…

— Далековато, — согласился Слюсаренко. — Около семидесяти километров, если по прямой. А по кривой, со всякими вывертами, и того больше. Но ты не переживай. Мы уже с авиацией предварительно разговаривали. Обещали С-47 ради такого дела выделить. Вас, если что, в район Шидлува доставят, а там уж придется самим.

— Самим, — покрутил головой Шубин. — А обратно как? Тоже самим через весь немецкий тыл?

— Ну, не через весь, а до того места, где вас высадят. А там вас обратно заберут. По рации с нами свяжетесь, и сразу за вами прилетят. Семь человек тебе хватит? — спросил он и тут же быстро добавил: — Это — без радиста. С радистом — восемь будет.

— Двух радистов, — глядя прямо в глаза Слюсаренко, ответил Шубин.

— Зачем тебе столько? — удивился тот.

— Шучу, товарищ гвардии полковник, — усмехнулся Глеб. — Но вместе с радистом не меньше девяти. И только тех, кого сам выберу. Хорошо?

— Ты командир, тебе и решать, — согласился Слюсаренко. — Если честно, Глеб, — нахмурился он, — я бы не хотел, чтобы туда отправился именно ты. Но у меня нет выбора. Ты в моей бригаде — единственный нетанкист, — усмехнулся он и пояснил: — Единственный, кто знает все тонкости разведки в глубоком тылу врага, — я это имел в виду. Мои ребята все больше наскоком на мотоциклах или на танках. Привыкли, понимаешь, к бронетехнике… Мы, танкисты, сам знаешь, разведку в основном боем проводим перед самым наступлением. А ты у нас, можно сказать, — пехота. Не в обиду, конечно, сказано…

— А на что тут обижаться? — пожал плечами Шубин. — Пехота и есть. И я горжусь этим, — усмехнулся он.

— Вот и хорошо, что не обижаешься. — Захар Карпович поднялся и спросил: — Сколько тебе надо времени на сборы? Я вроде как и не тороплю, это время торопит, сам понимаешь.

— Понимаю, — ответил Глеб. — Мне собраться — только подпоясаться. А вот на все остальное, думаю, часа три-четыре уйдет. Нормально?

— Ты, наверное, так и не выспался, — покосился на его несколько помятое после сна лицо Слюсаренко. — Когда вернулся из разведки?

— Нормально. Часа два поспал, и хорошо, — отозвался Шубин. — После войны высплюсь.

— Тогда я созвонюсь со штабом армии, доложу что и как, а они пускай сами насчет самолета решают. Пока погода позволяет, надо лететь.

— Надо, — согласился Глеб. — Разрешите идти? — спросил он полковника, когда к нему подошел Астафьев.

— Идите. Решайте все вопросы, а я к вам Женю пошлю, когда команду сверху получу. А то и сам подойду, — помолчав, добавил Захар Карпович.

Вышли из штаба, и Астафьев спросил:

— Почему ты настоял на девяти? Мне кажется, чем меньше группа, тем проще работать в глубоком тылу. Не так заметно и больше шансов спрятаться и уйти.

Глеб не сразу ответил, он понимал, что в чем-то Ренат прав, но у него, Шубина, были свои соображения насчет того, сколько ему взять с собой человек, и он ответил:

— Три группы по три человека. Радист не в счет. Его надо беречь как зеницу ока. Без него нам и задания не выполнить, и обратно не выбраться.

— Не понял, — произнес Астафьев, обдумывая слова командира. — Почему это нам без радиста задания не выполнить?

Глеб остановился и посмотрел на Рената.

— Ну хорошо. Скажу по-другому. Задание мы выполнили и узнали, где находится секретный танковый корпус. Давно ли он там находится, сколько в нем танков и все такое прочее. А радиста, допустим, мы потеряли. Скажем, в перестрелке. Вот ты умеешь пользоваться рацией?

— Не то чтобы совсем… — неуверенно начал Астафьев, и Глеб прервал его:

— Дальше можешь не продолжать. Это если тебе до своих идти меньше десятка километров и ты уверен на сто процентов, что дойдешь. Тогда еще как-то можно без рации попробовать обойтись. Но даже в этом случае не всегда есть шанс дойти.