Как мы нагибали галактику - Бандильерос

запустить линию, она не запускалась — и вместо того, чтобы проверить, не стоит ли она на тормозе — они всё это приписали некоему «духу машины», омниссии и прочим религиозным мракобесиям. И вместо того, чтобы работать — начали читать молитвы, бить поклоны и молиться железяке.

Флавий посмотрел на горстку техножрецов, которые стояли и недовольно смотрели на меня.

— Не, ну ты представляешь? Нашли божественную волю там, где один дебил забыл снять аварийную остановку линии! — воскликнул я, взмахнув руками, — да вся ваша религия на подобных дебилизмах построена, уж прости, если обидел. Но заслуживаете! Увидели что-то, но дальше есть два пути! Либо ты это поймёшь, либо ты начнёшь приписывать происходящее высшим силам, духам, таинственной воле некоего божества и прочему. И вместо того, чтобы понять происходящий процесс — будешь погружаться в невежество и веру в существ, которых сам и выдумал. Ох, техножрецы, — вздохнул я, — лучше техперсонал я наберу из рабочих — и обучим их, а вам с вашей омниссией лучше держаться подальше от техники.

Флавий раздражался, и был сильно мной недоволен.

— Мои единоверцы просто не поняли происходящего.

— Дорогой мой Флавий, они не только сейчас не поняли происходящего, вся их деятельность, касающаяся мистики — это попытка натянуть средневековую дикость на технологии просвещённого человечества. И объяснить технологию дикарскими понятиями о духах, богах и прочей мистике. В общем так, дикарей этих вон из мастерской — рабочие с нейроимплантами легко их заменят — и без всяких молитв они показывают прекрасную продуктивность, а созданная нами совершенно неосвящённая техника — великолепную эффективность. Никакой больше омниссии на производстве!

Флавий грустно вздохнул. Повернулся к ним и приказал валить прочь. Куда бы они там ни пошли.

— Ещё раздора между империумом и культом механикус не хватало, — пробурчал он.

— Если культ намерен быть ещё одной проблемой империума и всего человечества… что ж, долго он не просуществует, так как защитить сам себя не может, и экономики в виде потребителей не имеет. Механикусам придётся признать, что омниссия — это кнопка стоп, в которой они чисто ради власти над другими — решили увидеть божественную волю и ещё какие мистические проявления. А это просто кнопка, блин. Банальная кнопка. Нажмёшь — контакты замкнутся — электричество потечёт, отожмёшь — контакты разомкнутся, электричество перестанет протекать. Фи-зи-ка. Наука. Слышал о такой вещи?

Флавий недовольно смотрел на меня своим визором.

— И не зыркай на меня так. Дорогой мой Флавий, кнопка стоп — это омниссия в миниатюре. А вся эта ситуация настолько напомнила мне сам культ механикус и его суть — как бесцельную и нерациональную растрату чудовищного количества времени и ресурсов, попытку объяснить простой, линейный, рациональный процесс — вмешательством неких абстрактных невидимых духов и сил — что я не выдерживаю уже. Культ механикус — это и ужас и смех одновременно.

— Рад, что мы можем вас рассмешить.

— Всегда сможете, — улыбнулся я ему, — отныне никаких техножрецов на производстве, пока они не станут законченными еретиками и не прекратят молиться омниссии. Пусть могут глубоко в душе верить в машинного бога — но вот эти все бредни с свечками, священными маслами, литургиями, песнопениями и прочей чисто религиозной бредятиной, придуманной людьми для промывки мозгов другим людям, чисто ради получения власти и денег — это всё прекратить. Любая машина работает так, как это заложено в неё создателем.

Он вздохнул:

— Конечно, но проблему культа это не снимает.

— Чувствую, нам придётся сильно притушить пожар веры механикусов на многих мирах. Иначе можно спросить за просранные технологии — или что проще — объявить, что раз они систематически и постоянно деградируют, ничего нового толком не создали — то омниссия их больше не любит и отвернулся от них. Или это она? Не важно. В общем, культ ваш неправильный и молитесь вы не по той системе.

— Разве есть альтернативы?

— Нам придётся создавать индустрию человечества без всякого марса и техножрецов. Это будет очень трудно, долго, но другого выхода у нас просто нет. Или культ изменится, или вымрет.

— Как вы с ними договоритесь? — посмотрел на меня мой техножрец, — Генерал-фабрикатор марса — крайне упрям.

— Он получит от меня подарок в виде десятка СШК, которых у него пока нет — и требование наладить за три месяца полномасштабное производство, — усмехнулся я, — когда он провалится — а со своим дебильным подходом шанса на успех попросту нет — производить это будут люди, не имеющие никакого отношения к культу механикус. Без песнопений и молитв, без освящения техники и лепления печатей на них. Так же, как здесь производят — опыт у нас уже большой.

Магос задумался.

— И это сработает?

— Ты тоже наверняка понимаешь, что шансов у техножречества нет. Человечество или утонет вместе с литаниями омниссии — или отбросит эту странную веру в одушевлённые машины и будет развиваться так же, как развивалось когда-то. Мы за десять тысячелетий создали миллиарды новых технологий, а Техножречество? Ни одной. Это нужно прекратить, дорогой магос, мы должны открыть им глаза на происходящее. И если они предпочтут религиозное мракобесие… их ждёт вымирание.

— Человечество зависит от технологий механикус.

— Это пока что. Знания такая удобная нематериальная вещь, что их легко распространять. Культ механикус опирается лишь на невежество большинства, которое не спешит развеивать эклезиархия — думаю, будущее, которое и я, и Император видим для человечества — возвращение технологий, возвращение наших планет, возвращение наших достижений — несовместимо с механикус. Культ доказал, что не способен развиваться качественно — только количественно. Но самое главное, магос… — я остановился и посмотрел на него, — Что в механикус у вас нет будущего. Вы не оставите своё имя в истории, создав что-то новое, создав новую технологию или хотя бы улучшив старую. Вы будете лишь обслуживающим персоналом чужих мыслей и идей.

— А что создали вы?

— Генератор Кайроса — способ путешествовать не через варп. Это уже изобретение важнее, чем поле Геллера! И ещё несколько технологий, входящих в СШК, а так же улучшил больше восьми сотен чертежей и участвовал в создании множества устройств и машин моей корпорации. Я вообще не понимаю вас — как можно видеть машину и не желать её улучшить? Какой смысл заниматься техникой всю жизнь и не жаждать создать что-то своё? Это же почти главный инстинкт любого технаря.

— Думаю, перечисление запретов механикум будет неуместным.

— Верно. Это риторический вопрос. Политику партии я до тебя довёл — в будущем нет места невежеству и подходу механикус. Технологии — главная сильная сторона человечества, и механикус