Аплодисменты для мисс Салливан - Виктория Малавийская

— Лучше бы вы меня просто убили… — сквозь слёзы прошептала она с абсолютной убеждённостью в каждом слове.

Грэйсон ненадолго задумался, будто взвешивая эту мысль с той же деловой отстранённостью, с какой взвешивал любое другое предложение.

— Нет, — ответил он наконец. — Мёртвая ты перестанешь приносить прибыль. Это было бы попросту нерационально.

Он поднялся, ещё раз окинул комнату быстрым финальным взглядом — не как человек, прощающийся с кем-то, а как хозяин, убеждающийся, что имущество содержится в надлежащем порядке, — и двинулся к двери.

Глава 9. Свой среди чужих

На следующее утро после разговора с Артуром Миллером Мэгги вновь направилась в полицейское управление. Всю ночь она проворочалась без сна, снова и снова прокручивая в голове услышанное в баре, и к рассвету пришла к выводу, который казался ей на редкость логичным: Харрингтон, скорее всего, просто ещё не располагает всей картиной. Слухи о чёрном автомобиле, о пропадающих девушках, о таинственной организации — всё это, вероятно, оседает где-то на уровне рядовых патрульных и никогда не доходит до самого верха, до человека, облечённого достаточной властью, чтобы начать настоящее расследование. Стоит рассказать ему всё, что она узнала от Миллера, — и, возможно, шеф полиции наконец воспримет её слова всерьёз.

С этой мыслью она поднялась по знакомым ступеням главного управления, миновала дежурного сержанта, безразлично кивнувшего ей как уже примелькавшемуся лицу, и уверенно направилась к лестнице, ведущей на второй этаж — туда, где за массивной дубовой дверью с латунной табличкой располагался кабинет шефа полиции.

Она не успела дойти даже до середины коридора, как навстречу ей, придерживая под мышкой тонкую картонную папку с бумагами, вышел молодой мужчина в тёмном костюме — высокий, стройный, с аккуратно зачёсанными назад светло-каштановыми волосами и наблюдательным взглядом голубых глаз, в которых сквозило нечто, разительно отличавшее его от прочих сотрудников управления: не скука, не привычная усталость, а живое и настороженное внимание.

— Мисс Салливан? — он остановился прямо перед ней, слегка склонив голову. — Мэгги Салливан, верно? Вы приходили вчера по поводу пропажи сестры.

— Да, — Мэгги удивлённо приподняла брови. — А вы…

— Детектив Ричард Рейли, — он твёрдо пожал протянутую в ответ руку. — Мы не были представлены официально, но я присутствовал в тот день неподалёку от кабинета шефа Харрингтона. Куда вы направляетесь?

— К нему же, — Мэгги кивнула в сторону дальней двери. — У меня появилась новая информация, детектив. Важная информация.

На лице Рейли на мгновение промелькнуло тревожное выражение.

— Мисс Салливан, — произнёс он тише, придвинувшись на полшага ближе, — я бы настоятельно попросил вас не делать этого. Во всяком случае, не сейчас.

— Простите? — Мэгги нахмурилась, невольно отступая. — Это ещё почему? Он шеф полиции этого города. Кому мне ещё рассказывать о пропавшей сестре, если не ему?

— Просто поверьте мне на слово, — Рейли понизил голос ещё сильнее, бросив беглый взгляд в сторону дальнего конца коридора, где несколько сотрудников в форме неспешно проходили мимо, не обращая на них особого внимания. — Мне нужно поговорить с вами. Но не здесь. Есть кафе неподалёку — тихое и спокойное место, где нас никто не услышит.

Мэгги смерила его подозрительным взглядом. Всё происходящее внезапно показалось ей крайне странным: молодой, никому не знакомый детектив внезапно перехватывает её в коридоре и настойчиво уводит от разговора с собственным начальником, ссылаясь на некую таинственную необходимость. В голове тут же зародились неприятные подозрения — а что, если этот Рейли и сам работает на кого-то, кому выгодно, чтобы она не добралась до Харрингтона? Что, если это попытка заткнуть ей рот, только более изящная, чем откровенное запугивание?

— С чего мне вам доверять? — спросила она напрямую, скрестив руки на груди. — Я вас впервые вижу, детектив. Может, объясните для начала, в чём дело, прежде чем куда-то меня уводить?

Рейли на мгновение замялся, будто подбирая слова, а затем произнёс — спокойно, но с той внутренней твёрдостью в низком грудном голосе, которая заставила Мэгги невольно прислушаться внимательнее, чем ей самой хотелось бы:

— Потому что, мисс Салливан, если вы действительно узнали что-то важное о пропаже сестры, кабинет шефа Харрингтона — последнее место в этом городе, где стоит об этом рассказывать. И я предпочёл бы объяснить вам почему за чашкой кофе, а не посреди коридора, где нас могут услышать десятки лишних ушей.

В его голосе не было ни настойчивости мошенника, ни фальшивой участливости, к которой Мэгги уже привыкла за годы журналистской работы с равнодушными чиновниками. Было нечто другое — взвешенная уверенность человека, который знает больше, чем готов сказать сразу, и явно тяготится этим знанием. Мэгги, сама не до конца понимая почему, вдруг почувствовала, как её настороженность понемногу отступает.

— Хорошо, — произнесла она наконец, — но предупреждаю, детектив: если это окажется пустой тратой времени, я всё равно вернусь сюда и добьюсь встречи с Харрингтоном.

— Договорились, — на губах Рейли впервые за весь разговор мелькнула застенчивая улыбка.

Кафе оказалось небольшим, но уютным заведением в двух кварталах от управления — из тех тихих и полупустых в утренние часы мест, куда обычно заглядывают клерки из соседних контор в короткий перерыв между делами. Внутри пахло свежемолотым кофе и тёплой выпечкой. У окна негромко играло радио, передававшее утренний выпуск новостей вперемешку с рекламой стирального порошка. Немолодая официантка в накрахмаленном переднике проводила их к столику в самом дальнем углу зала, подальше от входной двери и от единственных других посетителей — двух пожилых мужчин, увлечённо обсуждавших вчерашний бейсбольный матч за своим столиком.

— Два кофе, пожалуйста, — попросил Рейли, дождавшись, пока Мэгги устроится напротив, и лишь затем сам опустился на стул, аккуратно положив папку с бумагами перед собой.

Когда официантка отошла, он на мгновение замялся, машинально коснувшись пальцами небольшого серебряного кулона, свисавшего на тонкой цепочке из-под воротника рубашки, — жест, который, судя по всему, давно превратился у него в неосознанную привычку.

— Прежде чем вы расскажете мне свою историю, — начал он, наконец убрав руку от кулона, — я хочу, чтобы вы понимали: я привёл вас сюда совсем не для того, чтобы вытянуть информацию и передать её кому-то ещё. Я коп, мисс Салливан, и мне бы хотелось