Бухта Севастополя - Александр Александрович Тамоников

сказал Богданов, словно прочитав мысли напарника. — Видишь, пламя чуть синеватое. Значит, скорее всего, они планировали или поджечь, или взорвать корабль и, скорее всего, в самом деле пропитали чем-то обшивку.

Ощущение было странным. С одной стороны, они сделали ход, открыли часть карт. С другой — лишились козыря. Первые выстрелы раздались до того, как напарники подошли к холму, собираясь подняться и уйти от стоянки верхом. Стреляли хаотично, скорее пытались напугать, чем убить.

— Не целятся. Они просто пытаются нас отпугнуть. Дураки, только шума больше наделали.

— Могут быть наши? — предположил Павленко, но Богданов отрицательно качнул головой. Хотя шальная мысль закралась, что могут и свои. Увидели, что кто-то бежит от корабля, и стали стрелять. Но с другой стороны, где же эти «наши» были раньше?

Внезапно стало тихо. Стрельба прекратилась.

— А вот сейчас пришли наши и победили, — резюмировал Богданов.

— Откуда ты знаешь?

Вячеслав улыбнулся. И просто пошел вперед. Павленко ничего не оставалось, как последовать за командиром. Рябов ждал их у старого самолетного ангара. Единственного, оставшегося от небольшого военного аэродрома. С виду — сарай сараем.

— Гляжу, новая игрушка пришлась тебе по нраву, — улыбнулся Павленко, глядя на снайперскую винтовку в руках друга.

— Пока она еще не пристреляна, пришлось потренироваться, но получилось неплохо, — пожал плечами снайпер.

Двоих диверсантов они нашли внизу. Юрий не промазывал. Оба были мертвы.

— Знакомые лица?

— Да. Летели вместе из Москвы, — сказал Богданов, рассматривая убитых. Те самые двое: сначала члены команды дознавателей, потом военные водолазы. По документам погибшие в сорок восьмом году. На деле слишком часто попадающиеся под ноги. Скорее всего, подставили их специально, чтобы потом самим не убирать.

— Сомневаюсь, что на них вообще будут какие-либо документы. Но я рад, что ты оказался тут. А эти двое, скорее всего, наемники. И так себе наемники, если они пошли на дело, прихватив с собой документы. Видимо, планировали потом уйти. Или живут по принципу «все свое ношу с собой».

Богданов пока не знал, умные, глупые или хитрые попались им наемники, потому что вместе с документами у них с собой имелась приличная сумма денег. Скорее всего, в самом деле они планировали уйти, зачем-то пришли к теплоходу, а там нарвались на группу.

Павленко вернулся в санаторий, привычно забравшись в окно, Рябов — в госпиталь. Обоим удалось проникнуть незамеченными.

Богданову нужно было срочно переговорить с Кузнецовым, и только сейчас Вячеслав поймал себя на такой простой мысли, которая должна была прийти ему в голову сразу. А ведь он так и не знал, где живет их связной… Капитан-лейтенант всегда приходил сам.

— Я становлюсь параноиком, — сказал себе лейтенант. Однако он дошел до штаба флота. Комендантский час никто не отменял, но оперативника это не сильно волновало. Плохим бы он был бойцом, если бы попался кому-то из караульных.

Подойдя к черному входу, той самой дверце, которую тогда показал ему Кузнецов, Вячеслав просто… постучался. Дверь ему открыл караульный.

— Мне нужно связаться с капитан-лейтенантом Анатолием Кузнецовым. Передай ему, чтобы нашел Богданова.

— Так точно, — просто ответил караульный и закрыл дверь.

— Вот это сервис, — пробормотал себе под нос Богданов.

Не складывается. Вот все равно не складывается.

Кузнецов не мог работать на стороне противника. Даже несмотря на то, что все время был именно там, где нужно, все равно не мог. Их учили подозревать всех. В этом как раз не было ничего удивительного.

Вернувшись домой, Вячеслав сделал то, что советовал другим участникам своей группы. Он просто лег спать. И через несколько часов проснулся от аромата кофе.

— Я даже не буду спрашивать, где ты его достал, — хмыкнул он, приветствуя Кузнецова.

— Достать зерна не так сложно. Севастополь все-таки еще и торговый город, о чем все почему-то очень успешно забывают. Я так понял, что теплоход в бухте — это ваших рук дело.

Анатолий действительно сварил кофе. Правда, джезвы на квартире не было, но в целом и старый ковшик подошел.

— Да. Он оказался пустышкой. Ни единого клочка бумаги. Осадка из-за бочек в трюме, набитых камнями. Я бы даже не сказал, что нас там ждали. Наемники, скорее всего, нарвались на нас случайно. Это было понятно по хаотичной стрельбе. Ты же говорил, что за теплоходом присматривают, как твои бойцы умудрились пропустить то, что корабль пуст?

— Узнаю где-то через час.

— Мы там, в старом ангаре, который на пригорке, оставили два сюрприза.

— Сегодня передали с государственной почтой, — протянул пакет Кузнецов. — Адресовано тебе. Как-то уже слишком много стали вы мне сюрпризов оставлять. Как думаешь, у них люди скоро закончатся? Или тут где-то небольшая армия притаилась?

Богданов пожал плечами и открыл плотный конверт из коричневой бумаги. Без подписей, адреса и каких-либо опознавательных знаков. «Полученные данные обработаны. Настоятельно рекомендуем полную ликвидацию». Примерно к этому все и шло, оставлять подрывников в живых нельзя.

Глава девятая

— Ничего удивительного, — сказал он, вслух прочитав сообщение из центра.

— Плохие новости?

— Ожидаемые. Смотри, если я правильно понял, корабль нас просто отвлекал, заставляя думать, что там база диверсантов. Она в другом месте.

— Ты уже знаешь где?

Богданов медленно кивнул:

— Это логично. Думаю, что ты тоже знаешь. Если хорошенько подумать, есть только три места, где сейчас легче всего затеряться, будучи у всех на глазах. И только одно максимально логичное.

— Не штаб, там так или иначе все друг друга знают, и не порт, потому что там постоянно идут проверки. Остается госпиталь.

Все-таки работа Смерша и КГБ была похожа. И учили их одни и те же педагоги.

Богданов кивнул:

— Наши диверсанты среди раненых и персонала госпиталя. Если начнем сильно затягивать петлю, то, учитывая, что у нас работают подрывники, мы рискуем получить еще одну братскую могилу, только не в море, а практически в центре города.

— Принято, — просто сказал Кузнецов, — но у тебя там человек. Не боишься, что он наделает глупостей?

— Рябову не впервой работать в осином гнезде.

— Все равно нелогично. Как они тогда планировали уходить, если не по морю?

— Все-таки ты крымчанин, хоть и родился не здесь, не в обиду будет сказано, — усмехнулся Богданов. — Историю войны ты же хорошо знаешь? Что подвело и всегда подводило Севастополь? Угрозу ждали с моря и укрепляли береговую линию. Ставили зенитки, батареи, корабли на рейде. А враг заходил с суши. Они будут уходить сушей. Скорее всего, на машинах.

— Дальняя дорожка.

— На самом деле — нет. У тебя есть кто-то из людей, которым ты доверяешь, в Керчи и Джанкое?

— Найду. В Керчи, я так понимаю,