Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

— Приятный вернисаж! — оценил гость конскую галерею. — Ну что стоишь. А стол накрывать?

— Как?.. (к тебе теперь обращаться) — наконец выдавил из себя Алекс.

— Как и прежде, — понял его куратор, достал небольшую черную коробочку и нажал на ней кнопку, загорелся зеленый огонек. (Глушилка, догадался Алекс.) — Под той же фамилией и в той же должности.

— И просто так зашел? — не поверил Копылов, приглашая взглядом на кухню.

— Ну почему же просто так? С хорошим делом. Очень хорошим, — снова перешел на испанский майор. — Пора нам сесть с тобой на самолет и прокатиться в теплые места. Не-не, не в Западное полушарие, пока только в Восточное. С твоим Стасом и выше все согласовано. Таможня дала добро.

— А куда? — как приятно было ему самому заговорить на первородном языке.

— Остров Кипр есть такой. Там начало курортного сезона. Ты, я думаю, заслужил.

— А там что?

— Там у тебя одна приятная встреча.

— С Даниловной? — вырвалось у него.

— Думаю, что-то получше, — подбавил интриги майор.

— Не понял, — сердито тряхнул головой Алекс.

— С тобой захотела встретиться твоя мама, — просто как самую обычную новость произнес дорогой гость. — Не-не-не! — воскликнул он, увидев бешеное выражение лица Алекса. — Я сам узнал, что она жива, только когда тебя летом в Питер отправил. Ее спасли кубинцы, вырвали прямо у америкосов из рук по дороге в аэропорт.

— Меня по полиграфу матрасники три месяца назад спрашивали про маму.

— Ну и хорошо, что ты все правильно им ответил, — похвалил Зацепин, указывая на чайник. В четыре руки они быстро заварили чай и приступили к трапезе. Алекс мельком глянул на «Моторолу», на экранчике шла сплошная серая рябь — Глушилка действовала.

— А почему Кипр?

— А почему нет? Почти русский курорт. В Россию она сама не хочет, на твою финскую дачу тоже не особо. А Кипр самое то.

— А как?.. — Алекс снова не договорил.

— Обычная турпутевка. Лучше на двоих. В одиночку на Кипр как-то не ездят.

— Я с Девушками Бонда туда не поеду!

— Мне сказали, у тебя и гражданская невеста появилась.

— Да? А можно? — юный шпион даже слегка растерялся.

— Надеюсь, твоя Вера будущей свекрови понравится, — подвел итог Зацепин, добавляя себе в чашку кипятку.

Часть третья

1

Рассказ Зацепина не занял много времени. Перед тем как пуститься в Сибирь в промысловики, он еще тогда, в августе, по инерции зашел на московский Главпочтамт и обнаружил «до востребования» условную открытку из Гаваны, которая могла быть послана только Исабель. Ему пришлось как следует поломать голову, чтобы вспомнить, на чье имя посылать нужный отзыв. Затем он переместился на Владимирщину поближе к деревне, где проживала бабушка Алекса, и через две недели туда пришло шифрованное письмо, посланное Исабель на адрес свекрови. Это письмо послужило «дяде Альберто» весомой индульгенцией в Конторе, ведь официально за ним числилось лишь месячное манкирование своими служебными обязанностями. Про его участие в подпольной группе «Верность присяге», если кто и знал, то никак этого не показывал. Киллеры из «Элиса» после увольнения их шефа Лавочкина были уже не так страшны, а в свете образовавшейся операции по возобновлению контактов с Гаваной этим и вовсе можно было пренебречь.

— Я сам даже не знал, что в вашем копыловском семейном подряде вовсе не Карлос был первой скрипкой, а твоя мать, — продолжал рассказывать майор. — Именно она была координатором с кубинской разведкой, поставляла им нужные паспорта на всю Южную и Центральную Америку, у кубинцев с их изготовлением была тогда большая напряженка. Кстати, тебе для справки: она еще в пятнадцать лет получила орден Анны Бетанкур — разоблачила одного из подосланных убийц Фиделя.

— Ты же говорил, что она тоже наш янычарский интернат заканчивала, — недоверчиво уличил Алекс.

— Ну да, девятый и десятый классы, до этого в посольской школе в Гаване училась. А в этом году ей за операцию с кубинской эмиграцией еще «Плайю Хирон» вручили — второй по значимости их орден.

— Но ты говорил, что она покончила жизнь самоубийством в тюрьме Сан-Хосе.

— Я и сам так думал. Американцы пустили эту дэзу, чтобы никто не узнал, как три кубинца справились с их пятью рембо при перевозке Исабель в Штаты.

— Ничего не понимаю, — честно признался Копылов.

— Все просто. Пока мы своих нелегалов тогда сдавали направо и налево, кубинцы своих спасали любыми возможными и невозможными способами. Честь и хвала им за это.

— А сейчас?

— Сейчас она работает на тех, кто ее не сдавал, а спас. У ЦРУ и АНБ проходит как Красная вдова. Кроме ордена получила месячный отпуск в Европу. В Россию ехать не хочет, стало быть, в Европу ехать тебе.

— А о моих делах тут знаешь? — закинул Алекс крючок.

— Да уж наслышан! Мама-орденоносица стоит в сторонке и завистливо кусает губы.

— А у меня только роль маменькиного сына или еще что?

— Ишь ты какой, сразу в резиденты прыгнуть хочешь? Нет, уж пускай Исабель сама протестирует тебя и решит, на что ты годен.

— А как же моя питерская гоп-компания?

— Гоп-компания тоже стоит в сторонке и завистливо кусает губы.

То, что казалось невероятным, стало совершаться с удивительной четкостью и слаженностью. Особый порученец привез из Питера загранпаспорт Копылова. Второй собирался ехать в Тверь, чтобы срочно оформлять загранпаспорт Вере, но оказалось, что у нее он уже есть, год назад сделала для Хорватии, в которую так и не поехала.

— На какой Кипр? — возмущалась она по телефону. — Мне диплом в печатный вид приводить надо.

— На ноутбуке на пляже под зонтиком приведешь, — для Алекса это было сущим пустяком. — Ничего слышать не хочу. Записывай адрес — и в электричку. Ноутбук при мне.

С турпутевками тоже все решилось без проблем. Со своим институтом о небольшой отсрочке Алекс на личном обаянии договаривался сам, успев до отъезда даже сдать два экзамена. Стаса и Инкубатор майор распорядился вообще не уведомлять, Севе сообщить об отлете на Кипр уже из Домодедова, с Жоркой и Евой общаться только по почте — посмотреть потом, откуда протечет в Питере про сей копыловский вояж. По договоренности Зацепин вылетал на Кипр на день раньше и уже там должен был встречать молодую пару в Ларнакском аэропорту.

В хазинскую двуххатку Вера так и не попала, с Ленинградского вокзала Алекс повез ее прямо на Павелецкий к аэроэкспрессу. И вот они уже в «дьюти фри» Домодедова отовариваются бейсболками и кремами от солнца.

— А что я там