Горячее эхо песков - Александр Александрович Тамоников

Первым осенило Рябова.

— Наружный патруль! — прошептал он. — Точно, наружный патруль! Если разобраться, то это так просто!

Стараясь не шуметь, все сгрудились вокруг Рябова.

— Смотрите, что получается, — стал шепотом излагать свою мысль Рябов. — Наружный патруль, точнее отряды наружного патруля. Значит, один отряд сменяется, а другой заступает на его место. Прошу заметить, это именно патрульные отряды, а не патрули-одиночки. Я сосчитал: в каждом таком отряде не меньше пятнадцати человек, а где и двадцать.

Рябов перевел дух, посмотрел вокруг, вслушался в темноту. То же самое сделали и остальные бойцы. Все было спокойно, ничего не изменилось. И Рябов продолжил:

— Значит, один патруль заступает на смену, а другой сменяется и возвращается на завод. На завод, а не куда-нибудь в другое место! Должно быть, у них там казармы. Да, так вот — возвращается. Все уставшие, мечтающие о том, как бы побыстрее добраться до кровати. А раз уставшие, то, стало быть, не слишком бдительные. А что, если нам присоединиться к тому отряду, который возвращается? Потихоньку, осторожненько, так, чтобы они и внимания на нас не обратили? И вместе с ними пройти через пропускной пункт? Как вам идея?

Очень было похоже, что никто, кроме Рябова, до такой авантюры не додумался. И все же предложенный им план стоило обсудить. Хотя бы потому, что ни у кого больше никаких предложений не было.

— Да-а-а… — протянул кто-то из бойцов. — Ничего не скажешь — фортель. Акробатический трюк под куполом, причем без всякой страховки.

— А почему бы и не попробовать? — загорелся идеей Лаврик. — Наряд, который возвращается со смены, и впрямь будет уставшим, сонным, а потому потерявшим бдительность. Пристроиться к сонным людям — дело простое. Да и на контрольном пункте никто не обратит на нас внимания. Попробуй-ка сосчитать всех, кто ночь напролет шастает туда-сюда! Голова пойдет кругом! Да тут и знание пароля, я так думаю, нам не понадобится. Пароль обычно называет командир. А он будет идти впереди отряда. Он назовет пароль, и все пройдут. И мы с ними тоже!

— Эк какие вы ловкие да удалые! — скептически заметил Дубко. — Вас послушать, так мы сюда на вечеринку явились!

— Ну на вечеринку или не на вечеринку, а попробовать, я думаю, стоит, — заметил Иванищев. — Иначе проторчим тут без толку непонятно сколько времени. А то, может, еще и погорим.

— Так-то оно так, — сказал Дубко. — Но ведь риск какой! Кажется, ничего похожего мы в своей жизни еще не совершали. А ведь чего только не вытворяли! Но чтобы такое…

— Риск — он везде, — философски изрек Лосенок. — Без риска в этой жизни никому не обойтись.

— Убедил, — сказал Дубко. — Что ж, попробуем. Выберем момент — и в омут головой. Авось выплывем. Потому что никакого другого способа я и впрямь не вижу… Всем приготовиться. Действовать по моей команде!

Ждать пришлось недолго. Вскоре из заводских ворот вышел вооруженный отряд из двенадцати человек. Это означало, что примерно через полчаса другой отряд, сменившийся с караула, должен вернуться на завод.

Так и получилось. Через некоторое время из темноты раздались приглушенные людские голоса, а затем показались солдаты. Все они были в универсальной военной форме и с оружием. Шли не в ногу, как обычно ходят уставшие люди. Спецназовцы насчитали одиннадцать человек. Между тем патрульный отряд поравнялся с затаившимися бойцами. Пора было действовать.

Что ж… если добавить сюда еще шестерых — самих спецназовцев, — то всего будет семнадцать человек. Много это или мало? Обратит ли кто-нибудь внимание на прибавление в отряде? Может, это будут сами патрульные, может, те солдаты, которые несут службу на контрольно-пропускном пункте, может, еще кто-то… А может, и никто. На это у шестерых советских спецназовцев и был расчет. На то, что никто не обратит на них особого внимания. Ведь и солдаты на пропускном пункте тоже, должно быть, устали считать всех, кто выходит из ворот и входит в них. А кроме того, вряд ли кому-нибудь придет в голову, что к отряду, который возвращался в казарму после смены, пристроятся какие-то чужие люди. Если разобраться, то это было немыслимым делом…

Между тем одиннадцать солдат поравнялись с притаившимися спецназовцами. Вот они уже прошли мимо них. Пора было решаться.

— Вперед! — прошептал Дубко и первым выбрался из засады.

Он ступал неслышно и был почти невидим. За ним, друг за дружкой, то же самое сделали остальные пять бойцов.

Замысел спецназовцев удался — они ловко пристроились к отряду. Близко к чужим солдатам они не подходили, но в то же время старались не слишком отставать. Никто, кажется, не обратил на них внимания. Но впереди был еще контрольно-пропускной пункт. Шестеро бойцов неслышно привели в готовность оружие. Очень могло статься, что придется стрелять… Конечно, стрелять не хотелось, потому что стрельба означала бы, что операция по тайному проникновению на территорию завода сорвалась. Но надо было учитывать и такой поворот событий.

Колонна из одиннадцати человек вдруг остановилась. Это означало, что подошли к контрольно-пропускному пункту. Шестеро бойцов спецназа напряглись — сейчас должно было начаться самое главное.

Но ничего особенного не произошло. Командир отряда обменялся с кем-то словами, должно быть паролем и отзывом, и все одиннадцать солдат пошли дальше. А вслед за ними и шестеро бойцов советского спецназа. На пропускном пункте было никак не меньше десяти человек, но ни один из них не обратил внимания на шестерых людей, шедших в некотором отдалении от сменившегося патрульного отряда. Даже никто не обратил внимания на то, что у этих людей за плечами были ранцы, в которых хранилась взрывчатка. Сами спецназовцы также подчеркнуто не обращали внимания на солдат на пропускном пункте. Лица у них были равнодушными, на них лежала печать усталости и отрешенности. Ни дать ни взять, люди возвращаются со службы.

Так и миновали контрольно-пропускной пункт. Пройдя еще немного и свернув за угол, спецназовцы незаметно отстали от патрульного отряда. Теперь с патрульными им было не по пути. Они проникли на территорию завода, и нужно было решать, что делать дальше.

— Наглость — второе счастье! — выдохнул Лаврик. — Звучит, конечно, банально, но какие же правдивые эти слова!

Никто ему ничего не возразил: все были с ним согласны.

Глава 16

Примерно через полчаса тряской, душевыворачивающей езды грузовик вновь остановился. Приехали. Пока добирались, Богданов и майор Вилс, отвечавший за американскую операцию, сумели договориться о нейтралитете. В благодарность за спасение Богданов потребовал осмотр Маргариты и оказание ей медицинской помощи. Если понадобится операция — то и проведение