Без страха и упрёка - Андрей Борисович Земляной

Руденко находился в нижнем командном пункте. Он выслушал решение штаба фронта, расписался в получении документов и вернул Штурмину трофейную винтовку.

— За ночь немцы подтянули миномёты к дому за складским корпусом, — сообщил капитан. — Наблюдатели видели перенос ящиков и расчётов. Ваше отделение уже поднято, Сивый ждёт возле северной лестницы.

Штурмин проверил затвор, забрал чехол с отобранными патронами и поднялся на второй этаж.

Сивый лежал возле пролома и наблюдал за дальним домом. У стены стояли «ДП» и два полных диска.

Штурмин устроил «Маузер» на мешке с песком, снял защитные колпачки с прицела и нашёл немецкую позицию. Во дворе за домом четверо солдат устанавливали миномёт, ещё двое подносили ящики.

Он выставил поправку и дождался, когда первый номер наклонится над плитой.

Выстрел прозвучал в пять часов семнадцать минут, и мина, выскользнув из рук солдата, точно ткнулась носиком в плиту, разнося в брызги сам миномёт и весь расчёт.

Глава 13

На одном из участков Сталинградского фронта, сержант «Ш» метким огнём уничтожил немецкого генерала Рейнгарда и двух его помощников.

От Советского Информбюро 12 августа 1942 года

Подвалы

После гибели Рейнгарда немцы несколько дней не предпринимали крупных атак на фабрику, однако Штурмин не считал возникшую передышку признаком того, что противник отказался от своих намерений.

Артиллерия продолжала методично разбивать верхние этажи, миномёты пристреливали выходы из подвалов, наблюдатели искали новые огневые точки. Пехота подходила к проломам небольшими группами, проверяла проходы и отходила, едва защитники открывали огонь. Танки держались за домами и каменными оградами, стреляя прямой наводкой с расстояния и больше не пытаясь заходить во двор.

Немцы уже поняли, что прямой штурм обходится слишком дорого. В разрушенном корпусе несколько отделений можно было потерять от одного управляемого заряда, заранее подготовленного обрушения или пулемёта, поставленного вдоль узкого прохода. Следовательно, противник должен был либо полностью снести фабрику артиллерией, либо найти дорогу, которую защитники считали недоступной.

Такой дорогой могли стать старые технические подвалы.

До войны под механическими корпусами проходили кабельные тоннели, галереи трубопроводов и служебные коридоры, связывавшие машинное отделение с насосной, котельной и трансформаторной. По ним тянули силовые кабели, водяные магистрали и трубы сжатого воздуха. В некоторых местах под фундаментами тяжёлых станков оставались помещения для обслуживания оборудования, достаточно просторные, чтобы человек мог пройти в полный рост.

После бомбёжек подземная система изменилась почти так же сильно, как сама фабрика. Перекрытия просели, несколько участков затопило, одна из стен старой насосной рухнула внутрь, а трансформаторную засыпало кирпичом и обломками железобетона. Некоторые коридоры, обозначенные на довоенном плане, больше никуда не вели. Зато появились новые проходы, пробитые сапёрами и защитниками уже во время боёв.

Капитан Зайцев из разведывательного отдела дивизии прибыл вечером. В это время Штурмин и Щербина разбирались со старой заводской схемой, найденной в конторе среди обгоревших бумаг.

На плане были обозначены трубопроводы, кабельные каналы, насосная станция и служебные лестницы. Под землёй от прежнего порядка осталось немного: часть проходов завалило, некоторые помещения соединили пробоины, а несколько лестниц теперь вели в тупик.

Руденко вызвал Нечаева, Щербину и Штурмина в командный подвал. Зайцев разложил на ящике схему и несколько листов.

— Немцы перебросили на фабричный участок группу егерей, — сообщил капитан. — Среди них есть сапёры и радист. Готовятся к ночному проходу через подвалы складского корпуса.

Щербина указал на западную часть плана.

— Значит, ищут старый технический тоннель?

— Да, — подтвердил Зайцев. — Хотят выйти к фабрике и провести следом штурмовую группу. Сведения подтверждены радиоперехватом и двумя пленными.

Капитан помолчал, затем добавил:

— Есть ещё одна задача. Им приказано найти снайпера, который работает на этом участке. Фамилии и подразделения они пока не знают.

Штурмин посмотрел на схему.

Значит, егерей отправляли не просто за стрелком, убившим Рейнгарда. Если группа найдёт проход к машинному отделению, следующая немецкая атака может начаться внутри фабрики одновременно с артиллерийским налётом. Несколько человек перекроют подвальные переходы, расчистят путь и подадут сигнал основной пехоте.

Когда защитники поймут, что произошло, немцы уже будут бросать гранаты в командный подвал.

— Откуда у них сведения о тоннелях? — спросил Руденко, обращаясь к Зайцеву.

— Часть заводской документации попала к немцам вместе с городскими архивами, кроме того, они допрашивали бывших рабочих и местных жителей, — объяснил капитан. — Полной схемы у них, вероятно, нет. В перехватах запрашивали расположение насосной и старой трансформаторной, но состояние проходов после бомбёжек они не знают.

Щербина придвинул к себе план и провёл пальцем по выцветшим линиям.

— Из складского подвала к фабрике раньше шли три пути. Северный кабельный тоннель почти полностью завален, хотя ползком там ещё можно пробраться. Средний коридор проходит вдоль водяных труб и выводит к старой насосной. За насосной стены просели, дальше тупик. Южная галерея идёт к машинному отделению, но перед фабрикой её пересекает новый ход, который мы пробили сами. О нём немцы знать не могут.

— Они не станут всей группой лезть в первый попавшийся коридор, — заметил Штурмин, рассматривая развилку. — Впереди пойдут двое или трое, за ними сапёр. У развилки командир разделит людей и проверит несколько направлений. Значит, нужно не закрывать им вход, а позволить пройти достаточно глубоко.

Руденко посмотрел на него.

— Что предлагаете?

Алексей обозначил на плане несколько точек обломками кирпича.

— Возле коридора к насосной оставим следы движения: стёртую пыль на трубе, свежий отпечаток, несколько царапин на кладке. Не слишком много, иначе они поймут, что их приглашают. Часть группы уйдёт проверять насосную. Когда егеря пройдут участок с повреждённым перекрытием, сапёры перекроют им обратный путь.

Щербина покачал головой.

— Если устроить сильный подрыв, остальные сразу развернутся.

— Сильный не нужен, — ответил Штурмин. — Там и без нас кладка держится на подпорках. Пусть коридор просядет так, будто немцы сами зацепили повреждённую конструкцию или старое попадание окончательно расшатало стену. Пока отделённая группа станет разбирать завал, остальные продолжат искать проход к фабрике.

— Южную галерею оставим свободной? — спросил Нечаев.

— До определённого места, — объяснил Алексей. — За вторым поворотом их встретит «ДП». Обратную дорогу перекроет наружный заслон. Я останусь между развилкой и складским входом и увижу, как они разделятся.

Руденко несколько секунд молчал.

— Один не останетесь, — решил он. — В прошлый раз против вас был один снайпер. Здесь будет подготовленная группа с сапёрами и пулемётом. Мне не