Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

– Куда Женьку и Чарльза дел, харя ты мафиозная? – вопросил с улицы грозный женский голос.

– Кого дел, куда дел, какая мафия, почему мафия… – заныл Мокошкин, но его причитания были решительно пресечены – судя по звуку, пинком.

Джейн и сама не заметила, как очутилась в дверях. С высоты грузовичка ей открылось потрясающее зрелище. Посреди заднего двора, в окружении толпы слуг стояла Танька собственной персоной. У ее ног мешком валялся Юрик. С брезгливой гримаской на лице, Танька тыкала его в бок носком туфельки и методично интересовалась:

– Где Женька? Где Женька? Где Женька?

Полностью деморализованный Мокошкин лишь жалобно скулил. Среди слуг уже мелькали озабоченные физиономии привлеченных шумом гостей.

– Я здесь, – сказала Джейн и спрыгнула с грузовичка. – И Чарльз тоже. Оставь его.

Видимо по инерции Танька еще разок пнула Мокошкина и стремительно повернулась к однокласснице.

– Ну слава богу! Я подумала, что вас похитили!

– Сама где была? – не заботясь о чистоте костюма, Джейн тяжело прислонилась к борту грузовичка. На нее разом навалилась усталость. Во рту появился омерзительный привкус. На вставшего рядом Чарльза она старалась не смотреть: на правдоподобное объяснение уже не хватало ни сил, ни фантазии.

– Черт его знает! – беззаботно ответила Танька, – Сперва в ящике сидела, потом повезли куда-то, потом ящик открылся, гляжу, вокруг темнотища, я только осматриваться начала, тут свет, грохот, я на сцене стою, а вокруг меня эта его… богиня Мокруха, словно апельсин на дольки распалась. Все хлопают, а ваши места пустые. Я и подумала, что меня для отвода глаз в дуру деревянную запихнули, а на самом деле на тебя целились, и рванула вас разыскивать.

– Мокошь, а не Мокруха. И она не дура, попрошу не богохульствовать, – обиженно простонал Мокошкин, с трудом поднимаясь с земли. – Вы еще ответите! Здесь вам не Россия, здесь законы есть! Я в полицию пойду! Налетают какие-то, обвиняют в связях с мафией, пинают, оскорбляют… Я вас трогал? Я вас знать не знаю!

– Молчи, гнида, – рассеянно обронила Танька, – Как это не знаешь? Кто тебя в восьмом классе на подглядывании в женском туалете поймал? И головой в унитаз мокнул?

– Я! – с торжеством заявила Джейн и мечтательно прищурилась от приятности воспоминания.

– Ничего подобного, я. Не примазывайся, – возразила Танька.

– Это ты не примазывайся! Говорю тебе, я его в унитаз макала! – Джейн гневно воззрилась на Таньку, готовая отстаивать свой приоритет. Сгустившаяся толпа с интересом прислушивалась к диалогу.

– Что здесь происходит? – раздраженный голос миссис Чедуик в зародыше погасил конфликт. Переминаясь словно нашкодившие школьницы перед лицом строгой учительницы, Танька и Джейн попытались заслонить трагическую фигуру Мокошкина, демонстративно охавшего и державшегося за бок.

– Э-э… Видишь ли, мама, – дипломатично начал Чарльз и замолк, явно не зная, что именно миссис Чедуик должна увидеть.

Но долгие мытарства бесконечного дня явно заставили даже такую жесткую даму как судьба проявить немного жалости к измученному лорду. Наступившее ли затишье придало храбрости засевшей в грузовичке ассистентке, а может, бедняжка просто не выдержала мучительной неизвестности, но именно этот критический момент она избрала, чтобы выглянуть на свет божий. Отчетливо прозвучавший скрип порога заставил публику обернуться и… дружное «Ах!» огласило окрестности. Миссис Чедуик оторвала грозный взор от сына и устремила его на объект всеобщего интереса. Сыновье «видишь ли» приобрело для нее значимость и наглядность. Лицо пожилой леди окрасилось румянцем гнева и стыда, она беспомощно зашлепала губами, не находя слов от возмущения.

Успокоенная большим количеством народу ассистентка несмело улыбнулась в ответ устремленным на нее взглядам, стыдливо опустила глаза долу и… воззрилась на собственную обнаженную грудь, гордо возвышающуюся над бортиком грузовика. И вновь дикий славянский визг располосовал мирный сумрак британской ночи.

Воспользовавшись всеобщим замешательством Чарльз наскоро поклонился, подхватил своих дам под руки и поволок их в сторону дома.

– Вы… – его ненавидящий шепот буравом впивался в измученные мозги Джейн, – Дурака из меня сделать решили? Целый день, целый день нет от вас покоя, но это!.. Придумать такую историю, опозорить меня, мой дом! Какие теперь пойдут разговоры! Что о нас подумают!

– Пустите меня, мне больно! – Джейн безуспешно пыталась вырвать руку, но хватка мужа была просто железной, – Вам только и дело, что о вас подумают, а на мои проблемы плевать! Меня и Таньку прикончить собираются, а вы о приличиях беспокоитесь! Ваша маменька под видом фокусника агента мафии в дом впустила, а мне что – радостно улыбаться и ему подыгрывать, чтобы ваши гости, не дай бог, не взволновались? Я совершенно не собираюсь жертвовать жизнью ради вашего паршивого снобизма, ясно!?

– Какая чушь! Вашей жизни ничто не угрожало! Вы устроили безобразный дебош и заставили меня обыскать безобидного фокусника, который вас даже не знает!

– Ха! Как же, не знает он меня! А чья наглая ряха у меня в школьном альбоме полторы страницы занимает?

– Почему полторы? – невольно удивилась Танька.

– На одну не влезла, щеки свисали! Вы бы лучше, подумали, умник, с чего бы это фокуснику, если он такой безобидный, отпираться от нашего знакомства? Разве не понятно, что против меня готовится какая-то гадость?

Глава 31

Чарльз втащил обеих женщин на веранду и почти зашвырнул их в дом.

– Все, с меня довольно! – почти спокойно сказал он, – Довольно ваших секретов, назойливых ночных визитеров и фокусников, которые то ли фокусники, то ли агенты мафии! Мое терпение истощилось! Я желаю знать, что происходит, почему вас собираются прикончить, на какие ваши проблемы мне плевать, и как здесь замешана мисс Таня? Я желаю знать все и во всех подробностях, немедленно!

Джейн зажмурилась. Ой-ей, кажется, она наговорила лишнее! Срочно отрабатываем назад!

– Не следует воспринимать мои слова буквально, дорогой. Мы оба немного перенервничали, в конце концов, я только женщина, иногда говорю не то, что думаю. Нам надо отдохнуть, успокоиться, а завтра, на свежую голову, все обсудим, – не сводя с мужа умильного взора Джейн бочком продвигалась к гостевым спальням.

Чарльз с усмешкой наблюдал за ее маневрами.

– Браво, браво, дорогая, – он похлопал в ладоши, – прямо психолог, успокаивающий буйного сумасшедшего. Пару дней назад, может быть, и получилось бы, но только не сегодня! Сегодня у нас сперва будет долгий, подробный разговор, а уж потом отдых. И куда вы так торопитесь, наша спальня не здесь, наша спальня во-он там. Не собираетесь же вы провести ночь вдали от законного супруга? Вот сейчас мы пойдем, дверку нашей комнатки закроем и уж наговоримся всласть! – он крепко взял Джейн под руку и развернул ее в сторону хозяйского крыла. Джейн через