Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

— Тогда ничего не остается, как самим разрабатывать карася.

— И конечная цель?..

— Пара миллионов баксов. Надоело прибыль по доллару считать, пора быстрей олигархами становиться.

Жорку против такого довода не возражал.

— Кого-то еще подключать будем?

— Пока нет. Покупай парик и на меня, буду тебя там подменять через раз.

Карась, а в миру Епифанцев Арнольд Игоревич, жил с семьей в элитном доме с закрытой автостоянкой и детской площадкой. Подобраться к семейству можно было лишь издали. Как же глупо чувствовали себя Алекс с Жоркой, часами по очереди карауля из машины с сильным биноклем двор дома, чтобы за неделю бдений лишь трижды сумев разглядеть карася, сначала садящегося в «вольво» с личным шофером, а затем дважды выходящего с внучкой на детскую площадку. Но их старания все же были вознаграждены, Жорке удалось засечь двоих братков Ёжика, которые поперлись в подъезд дома и были с позором изгнаны двумя рослыми охранниками.

А потом состоялся новый вызов на ковер к Ёжику. Снова пожаловал Гаврила с двумя подручными, теперь уже прямо в «Бирему», мол, надо ехать, Савела срочно зовет. Жорка был в универе, и у Алекса не оставалось выбора — не Стаса же с собой звать. Еле успел уже на выходе метнуться назад (как бы в туалет) за своей стрелялкой.

Его повезли в пригород. Там в загородном доме за трехметровым забором проходил сходняк лукачцев. На входе его даже слегка обыскали: похлопали по бокам и подмышкам, не догадавшись дотронуться до живота. Ёжик с полдюжиной приближенных трапезничал в зале, увешанном копиями, а может, и не копиями старых живописцев.

— Ну что, отельная прислуга, скажешь? Не многовато ли денег ты нам задолжал? — новоявленный вице-король чувствовал себя полным хозяином положения.

— Задолжал не я, а ты! — Алекс уверенно прошел вдоль стола к королевскому торцу и положил перед ним фото, сделанное Жоркой.

Два соседа Ёжика вытянули шеи, дабы рассмотреть, что там.

— Что за хрень подсунул?! — главарь смотрел и ничего не понимал.

— Своих братков не узнаешь? Которые к Епифанцеву поперлись? Под камеры и проверку паспортов. Речь про два миллиона баксов, которые ты по своей тупости просрал!

От такой гипер-предъявы у Ёжика даже горло перехватило.

— Кто сделал это фото? — первым опомнился бугор слева.

— Да уж не менты и не охрана. Теперь все придется начинать сначала.

Фото пошло по столу.

— Это же Бэха и Гундосый, — признал кто-то своих шестерок.

— Тебя, слизняк, не по этому делу сюда привезли, — обрел дар речи Ёжик. — Свои фуфельные лимоны засунь себе в зад. Мы тебе счетчик включаем на…

— У тебя нет оснований называть меня слизняком, — не дал ему закончить Алекс. — Еще раз назовешь…

— Этот слизняк мне еще угрожает! — зло ощерился Ёжик, вставая из-за стола.

Выхватить из-за пояса «макарыча» и сразу нажать на гашетку заняло две секунды.

— А-а-а!! — заорал Ёжик, хватаясь за простреленную коленку и падая на стул.

Не давая никому прийти в себя, Копылов подался вперед, одной рукой схватил Ёжика на ворот, а второй приставил ему ствол пистолета под подбородок. Он шел ва-банк, понимая, что его собственная жизнь сейчас висит на волоске.

— Ты не понял, что я сказал?! Никогда меня так не называй! Кивни, что понял!

Ёжик кивнул, и это все увидели.

— Бросай волыну! — в спину Алекса уперся пистолетный ствол.

Не оборачиваясь, отельер сильно махнул рукой назад. Следом резко извернулся, готовый выпустить всю обойму. Но стрелять не потребовалось. Тот, кто держал его на пистолете, свалился на пол, удар рукояткой «макарыча» пришелся ему в голову. Рядом лежал настоящий «Глок». Мгновение, и он уже был в левой руке Копылова. Пять или шесть братков рефлекторно подались назад.

— Счет за врача знаешь куда прислать, — оглянулся Алекс на пребывающего в шоке Ёжика и двинулся с пистолетами на выход. Его никто не останавливал.

Жорка уже был в магазине, поэтому отельер на такси поехал прямо туда. По дороге сделал интересное открытие: вдруг понял, почему до сих пор так и не сподобился купить себе второе личное авто. Оказывается, просто стал бояться быть убитым без свидетелей. Вот и нужны теперь Сенюков и Жорка со своими тачками, чтобы зафиксировать сам момент его непременно достойной гибели. Недаром же говорят: «На миру и смерть красна».

Хазин разбирал в торговом зале конфликт со сварливой покупательницей. Увидев Копылова, тут же приказал вернуть ей всю сумму и повел Алекса в директорский кабинет.

— Оцени штучку. — Боевой трофей лег на его стол.

— «Глок». Ух ты! Откуда?! — Жорка в восторге крутил в руке редкое оружие, не забыл и полную обойму проверить.

— Не хотел тебя с лекции срывать, пришлось разбираться в одиночку.

— Ну, ну, ну! А то не отдам! — Хазину требовался самый полный отчет.

Алекс рассказал, верно по событиям, но пижонски по деталям, причем, на радость подслушивающему Стасу, на чистом испанском языке.

— И что, они тебя вот так легко отпустили? — тоже перешел на испанский Жорка.

— А что им оставалось делать после моих четырех сталинских ударов: сначала про два лимона баксов, потом выстрел на ровном месте, потом испуганный кивок Ёжика, потом захват второй стрелялки.

— И что теперь?

— Откуда я знаю.

— Дядюшка и Ева в курсе?

— Пока, думаю, нет.

— А просто попугать их «макарычем» не мог?

— Я не американский коп, чтобы разговоры разговаривать.

— И главное, без меня! Сделал меня безнадежным аутсайдером.

— Извини, брателло, в следующий раз стреляешь только ты.

Тень сомнений еще больше набежала на возбужденность Жорки:

— Ты понимаешь, если они паханов взрывают, то что же сделают с тобой?

— Ну, умру под пытками, делов-то, — продолжал куражиться Алекс. — Вы с Евой обязательно чтоб отомстили, а то по ночам к вам являться буду.

— Тебя-то ладно, а если Веру в оборот возьмут?

Но главного князька трудно было смутить.

— Значит, готовим пятый и шестой сталинские удары. Превентивное нападение на хату Ёжика и вступление с ним в переговоры с позиции силы. Хотел пострелять, вот и постреляешь.

— Может, Веру на пару недель переселить на съемную квартиру? — не слушая, серьезно предложил Хаза.

— Заодно и на работу в другую библиотеку, — скептически хмыкнул отельер. — В общем, давай истерить будем чуть пожиже. Как будет, так будет.

Раздавшийся телефонный звонок внес свой нюанс. Звонил Тимоня. Сообщил, что Савелу-Ёжика увезли в платную больницу, где не задают лишних вопросов. Понимать это надо было, что милиция поставлена вне игры — уже полегче. Алекс не спрашивал, что там говорят насчет его стрельбы, Тимоня охотно говорил сам. По громкой связи хорошо был слышен его чуть хриплый голос:

— Решают, быть налету на