Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

«Поймайте рыбку! Деревя-янную рыбку на настоя-ящий крючок из настоя-ящей воды! На каждой третьей рыбке вы найдете номер, который…»

«Видите, как просто! Бросайте деревянное кольцо, вот так, прямо на колышек!»

«Вперед, Красный Жакет! Билл, верти ручку быстрее! Полкроны на Красный Жакет!»

Вот это место.

Рядом с игрушечным ипподромом, который толпа окружила плотным кольцом, так что Мартину пришлось огибать его, словно шарику, бегущему вдоль колеса рулетки, находилось свободное пространство, с двух сторон от которого рядами располагались прилавки и киоски, создавая импровизированную аллею. В конце этой аллеи, где-то в сотне футов от Мартина, справа, виднелся «Зеркальный лабиринт». Он стоял особняком. Рядом находился еще один аттракцион – с автомобилями.

– Сбей кокос, утри всем нос! – нараспев выкрикивал коротышка, перепрыгивая с ноги на ногу в такт своим словам. – Сбей кокос, утри всем нос!

Чья-то рука взмыла, деревянный шар стукнулся о кокос, тот перевернулся в воздухе и упал.

– Отличный бросок, сэр! Сигарета ваша! Сбей кокос, утри всем нос!

Слова скачущего коротышки назойливо крутились в голове Мартина, пока он, свернув с аллеи, бежал к «Зеркальному лабиринту». Голос из репродуктора называл «Зеркальный лабиринт» главным аттракционом ярмарки.

Строение и вправду оказалось внушительным, по форме оно напоминало круг, что выглядело несколько странно для зеркального лабиринта, и было построено из практичного легкого дерева, покрытого тусклой серебристой краской. Прямо перед Мартином маячила вывеска с большими красными буквами: «ЗЕРКАЛЬНЫЙ ЛАБИРИНТ».

Но в кассе никого не оказалось. Никто не зазывал прохожих в репродуктор. Никаких посетителей. Ни одного. Над дверью висела занавеска из черного войлока, который казался толще и тяжелее той ткани, что использовалась для изготовления половиков.

Небо над гудящей и хрустящей упаковками для сэндвичей толпой потемнело еще сильнее. Певица, чей голос напомнил Мартину леди Брейл, исполняла песню с духовым оркестром, который звучал теперь чуть тише. Мартин успел разобрать всего одну строчку, прорвавшуюся сквозь львиный рык духовых инструментов: «Холмы Ма-а-аксвеллто-о-она прекра-а-асны!»

Затем Мартин пригнулся, проник сквозь толстый, как матрас, войлок, запутался еще в одном черном занавесе, но наконец смог освободиться.

– Г. М.! – крикнул он.

Внутри круглой постройки оказалась еще одна, почти такая же большая, но прямоугольная и с черными стенами. Единственная дверь вела в широкий тускло освещенный коридор, по обе стороны которого находились начищенные до блеска зеркала.

Когда Мартин переступил порог «Зеркального лабиринта», ему показалось, что он входит в огромную бокс-камеру[192].

– Эй! Г. М.! Вы где? – крикнул он и вошел в коридор, но его голос прозвучал глухо, безжизненно и сдавленно.

«Я знаю, это просто оптический эффект, – подумал Мартин, – но коридор кажется длинным, как в Версале. На самом деле он не особенно длинный и широкий, если я вытяну руки, то смогу коснуться зеркал. К тому же я вижу их стыки. Конечно, коридор совсем не длинный! Вот здесь – два поворота».

Мартин повернул один раз, прошел с дюжину футов и повернул снова.

– Г. М.! Не надо меня дурачить! Места здесь не так уж и много, вы слышите меня? Они знают, что вы здесь! – Он замолчал и огляделся. Сначала с любопытством, потом – с раздражением.

Он был единственной живой душой в этом лабиринте. Но присутствовал здесь не один. Повсюду его преследовали, окружали, украдкой выглядывали из-за углов собственные отражения.

Тусклые желтые светильники, скрытые за зеркалами на потолке, превращали это место в мрачный сверкающий лабиринт из прямых линий, открытых углов, коротких и длинных коридоров со всего одним-единственным зеркальным обитателем.

Мартин Дрейк повернулся и посмотрел на свое отражение: с повязкой на лбу он напоминал пирата. Затем повернулся в другую сторону, результат оказался тем же самым. Он снова пошел вперед и свернул, кажется, уже в четвертый коридор. И пока Мартин кружил по лабиринту, шайка пиратов увеличивалась в численности и следовала за ним.

«Ладно, пусть Г. М. играет в свои затейливые игры, но я отсюда ухожу!»

Разумеется, выбраться из лабиринта не составит труда. Нужно только вспомнить, как он здесь оказался, идти придется недолго. Но сложность заключалась в том, что он не мог вспомнить дорогу.

Ну и что?

Как сказал бы Стэннард, нужно немного поразмыслить логически. И попытаться сориентироваться в пространстве. Итак, похоже, здесь четыре коридора, которые соединяются друг с другом. Один из них заканчивается тупиком. Мартин протянул руку и коснулся пальцем своего пальца в отражении. Хорошо. С этим он разобрался.

Теперь другой коридор, напротив, он футов двадцать в длину. В конце его находилось зеркало, но Мартин помнил, что длинный коридор заканчивался поворотом. Как раз оттуда он и пришел.

В приподнятом настроении Мартин сделал пять шагов вперед и…

– Боже!

Откуда ни возьмись перед ним возникло зеркало во весь его рост, и он с размаху в него врезался.

И только отражение собственных глаз, казавшихся вблизи чудовищно огромными, заставило Мартина отпрянуть в последнюю минуту, отчего удар получился не таким сильным. Но больше всего его разозлило то, какой страх внушил ему этот детский аттракцион.

– Так, нужно подумать! – Мартин даже не осознавал, что разговаривает сам собой. – Зеркала не появляются ниоткуда. Точно так же и пляжные кресла не могут наброситься и столкнуть тебя с крыши.

Какая жуткая мысль. Почему она пришла ему в голову?

– Значит, – продолжал он рассуждать, обращаясь к своим призрачным сущностям в зеркалах, – есть какое-то объяснение. Я налетел на зеркало, которое находится в конце коридора. Ясно! Зеркало в конце коридора увеличивает отражение в два раза. Об этом можно судить по полу. Если кажется, что расстояние составляет двадцать футов, на самом деле оно всего десять. А я бросился вперед, не разбирая дороги, как бабушка Брейл, и вот результат!.. – Он осекся.

Звук, раздавшийся явно не в воображении, очень слабый, но достаточно четкий, донесся до него. Он расслышал слово «Брейл» или даже два: «леди Брейл».

Несмотря на многочисленные зеркала и двойную крышу, «Зеркальный лабиринт» заглушал не все звуки. И постепенно нарастающий по силе рев вдалеке, в котором Мартин с его обостренным воображением услышал нотки гнева, ни с чем невозможно было спутать: крики и топот ног по траве.

Старушка вернулась.

Мартин подумал, что леди Брейл, вероятно, приехала в тот самый момент, когда он нырнул в это место. И начала бушевать у главных ворот, а потом пошла дальше по аллее, прокладывая себе путь хлыстом…

Нужно выбраться отсюда как можно скорее! Мартин предпринял еще одну попытку.

Даже в самых обычных обстоятельствах мучительно не иметь возможности двигаться быстрее, даже