Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Когда я проснулась, все казалось другим. Было безветренно и очень тихо. Океан был странно спокойным, просто паинькой. Свет стал мягче. Ясное голубое небо сменилось клубящимися серыми облаками. Стало прохладнее. Я села и увидела, что мы остались единственными на пляже. Все остальные ушли домой, забрав с собой полотенца и зонтики.

Дальше, на мысе, из воды выходили серферы с лонгбордами и в полурасстегнутых гидрокостюмах и пересекали пляж разношерстной процессией, завершая свой день.

Дженни надевала поверх бикини бирюзовое пляжное платье с узором «тай-дай». Ее влажные волосы свободно висели. Я сложила вещи в пляжную сумку, и мы отправились в долгий путь домой. В наших спутанных волосах засохла соль, а к покрасневшей коже прилип песок.

Когда мы проходили мимо заправки на Олд-Милл-роуд, я спросила Дженни, можем ли мы зайти туда за мороженым. Это стало традицией в конце каждого дня на пляже.

– Скоро пойдет дождь, – сказала Дженни, посмотрев на пасмурное небо.

– Это займет всего секунду, – настаивала я.

Я заставила нижнюю губу драматично задрожать. Дженни вздохнула, и мы перешли дорогу. Долгое время спустя я задавалась вопросом, сложилась бы наша жизнь иначе, если бы я не стала устраивать спектакль. Если бы мы продолжили идти.

Ошибки, они такие. Не все из них можно исправить. Я не могу вернуть мертвых к жизни, как бы мне этого ни хотелось.

Заправкой управлял Рик, мужчина с вечно хмурым лицом, у которого никогда не находилось для нас доброго слова. Он кричал, что мы натащили песка в его магазин, когда мы даже не были на пляже, или кричал, что мы открывали дверцу морозильника, к которому мы не прикасались.

– У вас, девчонок Стиллс, нет и двух центов на карманные расходы. Если вы ничего не собираетесь покупать, то убирайтесь, – сказал он нам однажды, когда мы зашли во время грозы.

С тех пор я его боялась.

Я ждала около заправочных колонок, а Дженни зашла внутрь, чтобы купить мне мороженое. Мои ноги были в песке, и я не хотела давать Рику повод на меня накричать. Я наблюдала через окна, как Дженни заглянула в морозильник и выбрала красное мороженое. Она пересекла магазин и направилась к кассе, чтобы заплатить Рику. В отражении в стекле я увидела, как к бензоколонке подъехал пикап.

В кабине сидели три подростка. Четвертый сидел в кузове. Я сразу его узнала. Это был тот мальчик с серыми глазами, который просил наш номер телефона на пляже. Когда его друзья вышли из пикапа, я узнала и их. Я не знала их имен. Знала только, что эти мальчики всегда тусовались вместе на песчаных дюнах, курили и громко включали музыку на своем бумбоксе. Я инстинктивно понимала, что лучше держаться от них подальше.

Легкий дождь моросил по потрескавшемуся сырому бетону подъездной дороги к заправке. Это был лишь вопрос времени, когда разразится ливень.

– Вы живете в конце Олд-Милл-роуд, да? Скоро начнется гроза. Я могу подвезти вас до дома, если не хотите промокнуть, – сказал водитель, держа заправочный пистолет и заливая бензин в свой пикап.

Мой взгляд метнулся в сторону магазина. Дженни ждала, когда Рик обслужит ее. Он, казалось, подсчитывал длинную колонку в своей бухгалтерской книге и, хотя наверняка знал, что она там, заставил ее ждать, пока закончит.

– Вы поедете или нет? – снова спросил меня водитель.

– Мне надо спросить у сестры.

Дженни вышла из магазина и протянула мне мороженое.

– Нам лучше поторопиться домой, пока не начался дождь, – сказала она, подхватив пляжную сумку, лежавшую у моих ног, и быстро проходя мимо пикапа.

– Он предложил подвезти нас домой, – крикнула я, мое желание поскорее вернуться домой перевесило осторожность.

– Мы пойдем пешком. Еще есть время, – сказала Дженни, жестом показывая, чтобы я ее догоняла. – Поторопись, Ханна.

– У меня болит нога. Натерла, – пожаловалась я, упрямо подняв плечо. – Не хочется ходить под дождем.

– Мы едем в вашу сторону. Я могу вас высадить, – сказал водитель, закручивая крышку бензобака. – Без проблем.

– Пожалуйста, Дженни, – взмолилась я, глядя на зловещее небо. – Я не хочу идти в грозу.

– Ладно, – нехотя согласилась она и бросила пляжную сумку в кузов пикапа.

Я залезла туда же. Дженни собиралась перелезть через борт, чтобы сесть со мной, когда водитель открыл пассажирскую дверь.

– Здесь есть место, – сказал он, ожидая, пока Дженни неохотно проскользнет внутрь.

Из магазина вышли трое его друзей. Тот, что с серыми глазами, закурил сигарету, не обращая внимания на знак «Не курить» возле колонок, и втянул дым, словно голодающий, которому перепала долгожданная еда. Двое других с торжеством вытащили из-под рубашек разные конфеты, когда залезли в кабину рядом с Дженни. Очевидно, они украли эти конфеты, а Рик не заметил. Дженни оказалась зажата посередине. Водитель сидел рядом с ней, а двое других мальчиков – между ней и пассажирской дверью. Я видела, что она не в восторге от того, что ее загнали в угол.

Парень с серыми глазами запрыгнул ко мне в кузов, уставившись в пространство и затягиваясь сигаретой. Через стеклянную перегородку я видела, как двое мальчиков спереди отхлебывали из полупустой бутылки со спиртным, когда заводили двигатель пикапа и выезжали с заправки. Один из них предложил Дженни отхлебнуть прямо из бутылки. Она покачала головой.

Доехав до дороги, мы так резко повернули, что я врезалась в борт и очень больно ушибла плечо, пришлось прикусить язык, чтобы не заплакать. Мальчик с серыми глазами помог мне подняться. Он велел мне крепко держаться за борт, чтобы я снова не ударилась.

– Пожалуйста, скажи ему, чтобы ехал помедленнее, – умоляла я.

– Скажу при первой же возможности. Как тебя зовут? – спросил он, пытаясь отвлечь меня.

– Ханна, – ответила я. – А тебя?

– Бобби.

У моста с односторонним движением мы резко остановились. Пришлось пропускать две машины и пикап, прежде чем настала наша очередь. Пока мы ждали, Бобби спрыгнул и заговорил с водителем. Я не знаю, что он сказал. Они о чем-то спорили. Он не вернулся в кузов, а пошел обратно к заправке, покуривая сигарету. Пару раз он оборачивался, как будто был в чем-то не уверен. Но все равно продолжал идти. Я наблюдала, как он исчез в облаке пыли, когда мы поехали через мост и вверх по холму к нашему дому.

Мы ехали так быстро, что костяшки моих пальцев побелели от того, как крепко я держалась за борт пикапа. Волосы лезли в лицо. Я ничего не видела. После поворота пикап сбросил скорость. Я с облегчением увидела среди сосен белый квадрат нашего