Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

кружил в проливе. Теперь здесь было бело, чисто и сухо. А потом она обнаружила то, чего не заметила в первый раз, видимо из-за угрей, которых в тот раз совсем не ожидала увидеть. Она надавила сверху, и гидравлика опустила крышку на место.

– Пойдем в трюм, – сказала она Джесси, и они вдвоем протиснулись под палубу. В полумраке их взгляды встретились, но Дэвис, не дав Джанет заговорить, приложил указательный палец к губам. Придется подождать.

Она поднялась на палубу, проверила рукоятки всех лебедок и присела на планшир, внезапно почувствовав головокружение, пока Джесси осматривал привод лебедки для подъема ловушек. Ей не давал покоя комок в желудке.

Боль, которую она умоляла свое тело придержать хотя бы в этот момент, пришла внезапно и поднялась волной от низа живота в легкие. Такое уже случалось и всегда пугало ее, но еще ни разу не было такого сильного приступа. Она дала команду мышцам бедер встать, что обычно давало небольшое облегчение. Джесси вопросительно посмотрел на нее. Джанет вытянула вперед руку с поднятым указательным пальцем: одну минуту. Говорить она пока не могла.

– Все нормально? – встревожился Джесси, взяв ее под руку.

Джанет кивнула, чувствуя, что кровь бросилась в лицо.

– Все отлично, – неуверенно выдавила наконец она. – Сейчас пройдет.

Потом сделала несколько глубоких вдохов. Боль уже отступила, и Джанет снова села.

– Желудок скрутило, – объяснила она. – Бывает.

У нее на лбу выступили капельки пота.

– Фастфуд, – поставил диагноз Джесси.

Мужчина, выдающий себя за Микки Кигана, смотрел на нее с любопытством и, возможно, некоторым удовлетворением.

– Кажется, это серьезно, – заметил он. – Наверное, нужно показаться врачу.

– Нет уж, с врачами покончено, – проворчала Джанет. – От меня уже и так мало что осталось, негде им копаться. Подумаешь, накатывает временами.

Она закрыла рот и напрягла мышцы живота, стараясь втянуть его. Иногда это помогало.

Потом встала, но новая волна боли захлестнула ее.

– Вот зараза! – вырвалось у нее. Тело снова свело, и Джанет сложилась пополам, не в силах сдвинуться с места. Потом боль отпустила, и она выпрямилась. – Ладно, – прохрипела она. – Надо убираться отсюда.

– Поехали домой, – согласился Джесси. – Я поведу.

– Мне очень жаль, что вам нездоровится, – сказал мнимый Микки Киган, даже не стараясь изобразить сочувствие. – Печально, что придется уезжать. Заходите еще, продолжим осмотр – мы же только начали.

– Спасибо. – Джанет его слова ничуть не успокоили. – Нам надо еще подумать.

Джесси взглянул на нее и нахмурился: они провели на борту всего минут десять. Но Джанет его словно не видела. Он помог ей выбраться на причал. Джанет поблагодарила человека без лица за потраченное время и пообещала вернуться, когда будет чувствовать себя лучше.

Мужчина смотрел на нее, как ученый на подопытную крысу.

– Беда не приходит одна, – заметил он, ни к кому не обращаясь, а потом ушел в контору и поднял трубку телефона.

Как только машина выехала с парковки, Джесси повернулся к Джанет и спросил:

– Как самочувствие?

– Более-менее, – сказала она. Боль окончательно отступила, остался лишь липкий пот на лбу. Она стерла его рукой, глядя прямо перед собой на дорогу. – У меня такое бывает. Расстройство желудка. Огорчения. Стресс. Терстон Харни.

Джесси подождал более подробного объяснения, но его не последовало.

– Ты больна, – подытожил он.

– Хронически, – подтвердила она и, подняв руку, отмахнулась от дальнейших вопросов.

– Висконсин, – продолжил Джесси. – Что он там делал? И почему его там не было, когда ты звонила, а теперь он там?

– Это лицо, – Джанет поежилась. – Поджидает Саймона, не иначе. Надо его предупредить.

Она вытащила из сумочки телефон, набрала номер и стала ждать. Оцифрованный голос сообщил, что вызываемый абонент недоступен. Потом прозвучал сигнал, и Джанет, насколько могла спокойно, надиктовала: «Саймон, это я. Не возвращайся в гавань в Уэйкфилде. Не знаю, что ты затеял, но они в курсе. Там мужчина, и я думаю, он ждет тебя, чтобы убить. Зачем, почему – не знаю. Ты никогда меня не слушал, но прошу, послушай в этот раз. Не суйся туда».

Сбросив звонок, она переключилась в текстовый режим и, отправив эсэмэску такого же содержания, бросила телефон в сумочку. Пару минут она просто молча дышала. Джесси ждал, когда она придет в себя.

– И с живорыбным садком что-то не так, – объявила она.

– Что?

– В нем глубины примерно половина от того, сколько на самом деле.

– А в то утро, когда ты нашла мальков, так уже и было?

– Не знаю. Дна я не видела. Но, думаю, так и было.

– Значит, мальки только для отвода глаз, – протянул он.

Джанет кивнула.

– Несколько фунтов очень эффективного, живого, ценного камуфляжа, – добавил Джесси.

– На борту было что-то еще. Контрабанда или вроде того.

– Мальки угря – уже контрабанда. Контрабанда на контрабанде.

– По периметру ряд винтов, их там раньше не было. Дно привинчено. Винты с крестовой головкой.

– Не все ли равно, с какой головкой? – удивился Джесси.

– Нет, – возразила Джанет. – Нам понадобится правильная отвертка.

– Чтобы…

– Чтобы вернуться после наступления темноты. Где-нибудь поблизости должен быть хозяйственный магазин.

– Это уже слишком, – буркнул Джесси. – В марине сидит убийца, а ты собираешься залезть на баркас в темноте, чтобы покопаться в садке? – Он протянул руку, взял ее за запястье и посмотрел в глаза. Лицо у него было серьезное. – Я тебя не пущу, – заявил он, не выпуская ее руки.

– Пускать и не надо, – пожала плечами Джанет. – Надо помочь. Этот тип не будет торчать там всю ночь. Надо просто дождаться, когда он уедет.

Джесси посмотрел на нее, потом кивнул. В глазах у него мелькнуло нечто вроде уважения. По крайней мере, так показалось Джанет. Но она сказала только:

– И рулетку нужно купить.

* * *

Над дверью ресторана висела тошнотно-зеленая неоновая вывеска в виде рыбы неопределенного вида с чешуей, напоминающей салатные тарелки. Но ничего приличнее в округе найти не удалось.

Джесси заказал пиво, дюжину моллюсков, дюжину устриц и салат из креветок. Джанет, с отвращением просмотрев меню, ограничилась одним джин-тоником. Молчание нарушил Джесси.

– Можешь сказать, что это было – там, на баркасе?

– Это мы как раз собираемся выяснить.

– Я про приступ.

– А, ты об этом.

– Да, об этом.

– Ничего.

– Про рак можно спросить?

– С ним я как раз справилась, – отрезала Джанет.

– Но с чем-то не справились. У тебя явно не просто несварение желудка.

Джанет вздохнула.

– Называется болезнь Крона. С ней живут. Только пить много нельзя. – Она подняла стакан и звякнула им о горлышко его пивной бутылки. – Пузырьки тоже плохо, и кофе противопоказан. Сладкого лучше избегать. А у меня зависимость от сладкого, вот так. Но лучше боль, чем голодная смерть.

– Значит, это не рак.

– Да не рак это, сколько раз тебе повторять! И возможно, я от