Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

– Мы просто ехали по прямой. Понять не могу, как…

Тодд замолчал и прищурившись навис над рулем: во мраке впереди что-то на мгновение вспыхнуло – и погасло.

– Что? – спросила Кейт. – Что там?

– Кажется, я что-то видел.

Она тоже подалась вперед.

– Что именно?

– Дорожный знак. Ну, мне показалось, что…

– Там! – радостно, как школьница, воскликнула Кейт.

– Ага. Теперь и я его вижу.

Это был один из обычных зеленых дорожных знаков с блестящими белыми буквами. Он выплыл из-за покрытых снегом сосен, как привидение. В лунном свете надпись на нем мерцала:

ВУДСОН

3 мили

– Цивилизация, – выдохнула Кейт. Облегчение, прозвучавшее в ее голосе, казалось почти смешным. – Слава богу.

– Знака съезда нет, – сказал Тодд.

– Вудсон есть на карте, – заметила Кейт. – Он недалеко от шоссе. Значит, мы уже в Айове.

– Боже. Я и знака «Добро пожаловать в Айову» не видел. А ты?

– Тоже нет. Но снег шел стеной – может, мы его проглядели?

Чероки подпрыгнул, шины взвизгнули. Тодд сбросил скорость до тридцати пяти миль. В зеркале заднего вида мир тонул в белых сугробах и в бесконечной тьме. Месяц висел в небе сверкающим серебряным серпом.

– Тодд! – Кейт схватила его за предплечье. Он бросил быстрый взгляд на дорогу. Размытая, но несомненно человеческая фигура, пошатываясь, скрылась среди сосен, черневших на правой обочине. Пальцы Кейт сжались. – Ты видел?..

– Это человек, – сказал он.

– Ты…

Внезапно фигура оказалась на середине дороги – всего в нескольких ярдах впереди, словно возникла из ниоткуда. Кейт взвизгнула, как маленькая собачка, Тодд ударил по тормозам. Педаль ушла в пол, и машина вспахала снег, скользя по оледенелому шоссе. Мужчина замер, словно перепуганный олень. Лет сорока пяти на вид, в черно-красном фланелевом пальто в клетку и высоких ботинках… Свет приближавшихся фар, казалось, стер с его лица весь румянец.

– Боже, Тодд!

Тодд крутанул руль влево, но ничего не случилось. Повернул направо, но тут же понял, что это плохая идея: джип заскользил, перегораживая шоссе, фары осветили высокие сугробы на правой обочине. На мгновение воцарился хаос. Затем каким-то чудом машина выровнялась – капот снова смотрел вперед, хотя и не на середину дороги. Тодд больше не видел мужчину в черно-красном пальто и с тошнотворной уверенностью подумал, что задавил его. В эту секунду правый бампер врезался в нанос, фара разбилась, и чероки резко остановился.

Тодд сжимал руль так, что побелели костяшки. Рядом с ним Кейт приглаживала волосы, твердя «Господи» снова и снова, как мантру. На заднем сиденье Фред Уилкинсон пытался сесть ровно, одной рукой слепо царапая боковое окно.

– Все в порядке? – выдавил Тодд. Он словно говорил в вентилятор.

– Какого черта случилось? – Голос Фреда тоже дрожал.

– На дороге был человек, – ответил Тодд. – Думаю… думаю…

– Нет, – сказала Кейт. Ее рука вернулась к нему на предплечье, и на сей раз прикосновение было нежным. – Ты его не сбил. Он увернулся.

– Ты это видела?

– Человек? – недоверчиво переспросил Фред.

– Ты его не сбил, – снова сказала Кейт, будто повторение превращало слова в реальность. – Мы бы… мы бы почувствовали… если бы ты…

Удивительно, но она нервно рассмеялась – рыжие локоны выбились из-под вязаной шапочки и закачались у левого виска.

– Мы в порядке, – подала голос Нэн, говоря за себя и за мужа. – С тобой ведь все хорошо, Фред?

– Конечно, – успокаиваясь, ответил тот. – Жаль только, что запасные трусы в аэропорту не купил… – Он откашлялся и переспросил: – Значит, человек на дороге?

– Да, Фред. Именно.

Их нервное, жаркое дыхание туманило стекла. Тодд не видел ничего, кроме рассекавшего тьму луча оставшейся фары – тусклого и желтого. Переглянувшись с Кейт, он распахнул водительскую дверцу.

Холод набросился на него, стоило ему выйти из машины. Тодд обнял себя, засовывая голые руки под мышки пальто. Что-то шипело под капотом чероки, из радиаторной решетки облачком поднимался пар, снежной взвесью повисая в ледяном воздухе. Мельком взглянув на правый бампер, по счастью врезавшийся в сугроб, Тодд шагнул на середину дороги.

Он ожидал увидеть на утрамбованном снегу черную, петляющую ленту крови. Возможно, одинокий зимний ботинок у обочины… или даже кишки. Но шоссе было чистым, а снег нетронутым, за исключением двойной спирали – следа от шин, когда чероки занесло.

– Эй! – попытался позвать он, но из горла вырвался только слабый хрип.

– Тодд? – Кейт подошла к нему сзади. Ее дыхание повисало в воздухе облачками, похожими на цветы магнолии. Она осторожно положила руку на его правое плечо. – Тодд?

– Эй! – закричал он уже громче. Его голос загрохотал и прокатился по снежному ущелью.

Из мрака навстречу им шагнула тень, красная в сиянии габаритных огней.

Рука Кейт стиснула плечо Тодда. Ему показалось, что он чувствует ее пульс сквозь подушечки пальцев.

Пошатываясь, фигура выбралась на середину заснеженного шоссе – кроваво-красная в свете задних фар. Она двигалась как зомби из фильма Джорджа Ромеро, и, хотя Тодд обрадовался, что мужчина не пострадал, облегчение сразу сменилось животным ужасом. Давным-давно, в его тринадцатую зиму, он вместе с друзьями катался на коньках на замерзшем пруду за церковью. Они не поняли, как произошло, что один из ребят – толстый, неловкий мальчик по имени Берни Хамберт – внезапно исчез. Он провалился под лед и утонул в черной, как чернила, воде. От него осталась только перчатка – пятипалая морская звезда на льду. Рядом были взрослые, которые согнали их с пруда, а потом рискуя жизнями подползли к полынье, пытаясь спасти бедного Берни. Удивительно, но одному из взрослых удалось ухватиться за его лыжную куртку и вытащить мальчика сквозь дыру во льду. Тот промок насквозь, его лицо было белее мела, а зубы стучали, словно маракасы. Едва Берни подняли на поверхность, его одежда – и даже, с ужасом вспомнил Тодд, кожа – покрылась инеем. Кто-то из взрослых накинул пальто на трясущиеся плечи мальчика. Когда Берни Хамберт тащился за взрослыми к безопасной тверди, он шел неловко, как монстр Франкенштейна, – неумелой походкой малыша, глядя на которую остальные ребята поняли, что это не игрушки. Господи, он мог умереть там – внизу, подо льдом.

Тодд подумал о Берни Хамберте, наблюдая, как мужчина в черно-красном фланелевом пальто шаркает к нему. У него была та же развинченная франкенштейновская походка, которую Тодд отлично помнил со дня на замерзшем пруду.

– Сэр? – Несмотря на тревогу, Тодд приблизился к незнакомцу. – Вы ранены?

Мужчина замер, когда Тодд подошел поближе. Его глаза слезились, как у пьяницы, нижние веки покраснели, а