Жертва и другие - Николай Иванович Леонов

Можно без отчества, я не привык, — и полковник Вольжанский опять улыбнулся, насколько мог доверчиво. Дескать, вот он я, простой мужик, доверчивый и наивный. Просто Ваня-дурачок из сказки. А раз из сказки, значит, победитель зла и вообще молодец.

— Народный театр — это отлично. Сыграете что-нибудь?

— Конечно! — обрадовался Саша, снимая гитару со спины и присаживаясь на деревянный табурет.

И он сыграл, причем отлично — несколько песен из репертуара «Синей птицы» и раннего Юрия Антонова. Голос у Вольжанского был великолепный — почти баритон. Потихоньку в сельпо стали пробираться другие исполнители, услышав пение и движуху в избе. Через пять минут в дверях и на подоконниках уже стояли и сидели человек десять. Когда последний аккорд закончил свое короткое существование в летнем воздухе, раздались аплодисменты и крики «Браво!», Александр встал и смущенно поклонился.

— Василий, — режиссер встал из-за своего стола и протянул руку полковнику. — Вы приняты. Не буду заставлять вас читать стихи и прозу, я и так слышу, что дикция у вас отличная, а знание музыкального материала выше всяких похвал. Располагайтесь, ребята проводят вас до нашего общежития, здесь у нас домики для гостей, но в общаге комфортнее, поверьте. Там есть реальное электричество, нормальный туалет и вода из крана, а не из колонки или колодца. Наши-то клиенты немного зажравшись сюда приезжают, так что мы им предоставляем все прелести древнего деревенского быта.

— Я очень рад, что вам понравилось! Конечно, общежитие — это отлично, — сказал Александр и пошел вместе со своими слушателями на место дислокации, а девчонки наперебой рассказывали ему о том, сколько платят, что нужно делать и какие дураки иногда бывают клиенты. Пока они шли, смогли наблюдать рядом с одним из домиков следующую картину. Шесть девушек в ярких сарафанах пели хором и плясали:

Как по сенюшкам свет Марьюшка ходила,

Ой ли, ой люли, ходила,

Как по новым Ивановна гуляла,

Ой ли, ой люли, гуляла,

Все кедровые орешки она щелкала,

Ой ли, ой люли, щелкала,

А скорлупочки в окошечко кидала,

Ой ли, ой люли, кидала,

Во Ивановы кудри попала,

Ой ли, ой люли, попала!

— Сто-о-оп! Кто в лес, кто по дрова! Девчонки, ну вы же на свадьбе у лучшей подруги поете, а не на картошке после портвейна во времена СССР! — орала на них женщина в цветастой цыганской юбке и такого же южного типа внешности. — Еще раз!

— Это кто? — спросил Александр.

— Ой, это наша Роза Абрамовна, она клевая, в Одессе долго жила, такие анекдоты и случаи из жизни рассказывает, просто умереть со смеху можно! Она тоже режиссер, в основном по имитации свадеб. Через три дня к нам итальянцы приезжают, так что мордой в грязь упасть никак нельзя. Будем русскую свадьбу показывать. Без первой брачной ночи, слава богу. Такие вещи мы, разумеется, не делаем! Хотя один ушлый американец раз докопался, как пьяный до радио, дескать, я оплатил за полный обряд, а вы схалявили. Где простыня с соответствующими доказательствами невинности невесты и, собственно, лишение этой самой невинности в режиме онлайн? Судом пугал! — рассказала ему пухленькая хохотушка Анюта.

— Он что, идиот?

— Конечно. Они почти все идиоты, я имею в виду иностранцев. За редким исключением. В общем, наш юрист объяснил этому мистеру Смиту… или как его там, уже не помню, что в договоре конкретно такого пункта нет, так что пусть угомонится, пока мы сами его в суд не вызвали за домогательства в отношении артистов.

— И что он? — от души веселился Александр.

— Испугался! Затрясся весь, они же до смерти боятся там, у себя, обвинений в харасменте, как черт ладана. А про наши тюрьмы, которые не чета американским в плане условий содержания, они много страшилок за время пребывания в России услышали. Но мы пришли! Давай направление от Василия, а то тебя не заселят и белье не выдадут. А еще талоны на питание. Кормят, кстати, очень недурно. А еще на банкетах постоянно едим, приходится…

Общага оказалась и правда вполне приличной, как и питание. Уже к обеду Александра познакомили с Розой Абрамовной, которая очень обрадовалась явлению Саши народу и сценарию.

— Слава богу, у нас есть отец невесты! А то я уже думала-таки, что буду изображать родителя самолично! Александр, вы нас просто спасли!

— Рад стараться, а что делать нужно?

— Да ничего сложного, я вам дам сценарий.

День прошел в репетициях и знакомстве с коллективом, так что у засланного полковника совсем не было времени подойти к оператору, хотя он его видел, и хоть как-то походить по деревеньке, посмотреть на народ, прикинувшись любопытным простофилей. Такая возможность появилась только вечером. Он подошел к Федору и представился заранее оговоренной фразой, чувствуя себя Исаевым в тылу врага.

— Всю жизнь мечтал стать оператором, снимать фильмы. Но не сложилось. Александр, — протянул он руку молодому мужчине.

— А я всегда хотел научиться играть на гитаре, но снимаю кино. Будем полезны друг другу, Федор, — улыбнувшись глазами и едва заметно кивнув, пожал протянутую руку он.

— Прогуляемся? — пригласил полковник.

— Конечно, погода чудесная!

— Еще раз здравствуй, есть что-нибудь новое, интересное? — закуривая, тихонько спросил Вольжанский.

— Есть, только не знаю, насколько эта информация нам может помочь. Я обратил внимание на одну избу в конце села. Там якобы живет самая что ни на есть настоящая ведьма. Местные ее побаиваются, гадости про нее всякие рассказывают и небылицы, типа того, что она по ночам на метле летает, с чертями шашни водит и все такое. Хотя постоянно к ней таскаются то за одним, то за другим. Я навел справки и сам заглянул под предлогом журналистского любопытства, дескать, снимаем паранормальные явления и экстрасенсов, потом покажем по телевизору, и, возможно, пригласят на конкурс, ну и все в таком духе.

— И что?

— Дверь открыла женщина лет сорока, красивая, видно, что не дура, и по манере говорить, похоже, врач. Сначала все было хорошо, но, когда я заговорил про съемки, она явно испугалась, хотя старалась не подавать вида. Побледнела, сказала, что плохо выходит в кадре, что не телегенична. Понимаешь, так и сказала: я не телегенична! Ты где-нибудь видел деревенских теток, которые бы так выражались? У нее наверняка были какие-то проблемы с законом у самой или у ее родни. Кстати, к ней пару недель назад приехал погостить племянник. Странный какой-то…

— Почему?

— Выходит только вечером, почти ночью, когда уже сумерки. Пару раз его видел только в дневное время. Одевается как гот, лицо прячет под капюшоном.

— Кто такой гот?

— Молодежная субкультура, они все в черном ходят, лицо красят под живых