Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

проходе и глядела в мою сторону. Мне показалось, что силуэт облачен в цилиндр и плащ, хотя в тот момент я не слишком доверял своему зрению. Пока я таращился на нее, фигура свернула вправо и исчезла в темноте.

Я бросился следом, протискиваясь между киосками, но запутался ногами в проводах и рухнул на землю. Желудок опять скрутило. К счастью, на этот раз тревога оказалась ложной.

Я поднялся на ноги – правая рука нещадно болела – и продолжил свой путь по проходу между киосками. Добравшись до конца, я очутился перед колесом обозрения. Мигающие вдоль спиц огромные неоновые огни превращали людей на той стороне ярмарочной площади в фигуры из театра теней. По затылку пробежали мурашки. Я обернулся и посмотрел назад, в сторону прохода между игровыми киосками, но ничего не увидел.

Фигура исчезла в толпе?

Или ее на самом деле не было?

Поток людей подхватил меня и понес к дальней стороне колеса обозрения, где несколько понурых пони катали по загону детей. Воздух пропах конским навозом, что также не пошло на пользу моему расстроенному желудку.

Чуть поодаль от остальных аттракционов и каруселей, на фоне высохших деревьев темнел фасад дома, который при беглом взгляде удивительно походил на дом моего детства. За тем исключением, что в этом доме были распашные двери, как в салуне, и неоновая вывеска над входом: «ДОМ СТРАХА».

На распашных дверях висела цепь, а на ней – табличка с надписью «НЕ РАБОТАЕТ». За табличкой, по другую сторону дверей стоял мой отец. Не такой, каким он выглядел после смерти, а такой, каким был при жизни,– грузный, неповоротливый, злой. Человек-глыба, сломленный и отравленный изнутри, как и я. Пока я таращился на него, он отступил во тьму дома.

Не отдавая себе отчета в том, что делаю, я направился следом. Нырнул под цепь и толкнул распашные двери. Передо мной лежал непроглядно темный коридор, и только в дальнем конце тускло мерцал слабый свет. Посередине коридора, заслоняя свет, стоял мой отец и смотрел на меня.

Я хотел его позвать, но не смог выдавить ни слова. Что-то жизненно важное надломилось во мне. Вместо этого я на нетвердых ногах двинулся вперед, но не успел сделать двух шагов, как обо что-то споткнулся и рухнул на пол.

Я обнаружил, что лежу на холодных металлических рельсах, вроде тех, по каким мог кататься вагончик, когда аттракцион был в действии. На секунду я растерялся и подумал, что нахожусь в старом шахтерском туннеле в самом сердце Черной Пасти. Наконец чей-то окрик вывел меня из ступора.

– Сюда нельзя! – кричал крупный парень в светоотражающем жилете, как у строителя, и со шляпой-котелком на голове.– Давай-ка, приятель.

Оглядевшись, я увидел, что отца больше нет, если он вообще был. Поэтому я встал на ноги, извинился перед парнем в жилете и котелке и вышел обратно под мигающие огни ярмарочной площади.

Я оказался в центре прохода, по обе стороны которого тянулись красно-белые полосатые палатки. Несколько зазывал с клоунскими улыбками наперебой стали приглашать меня внутрь. Девушка, исполняющая танец живота с извивающейся змеей в руках, встретилась со мной взглядом. Ее губы тронула хищная улыбка. Рядом с девушкой стоял человек, чье лицо при помощи косметических ухищрений превратилось в морду леопарда – с приплюснутым носом, раздвоенной верхней губой и контактными линзами в виде кошачьего глаза. На пухлых пятнистых щеках топорщились нейлоновые усы.

У меня возникло такое чувство, будто я ненароком прошел через портал в другую реальность. Может, мне пройти обратно между игровыми киосками, чтобы вернуться в свое измерение?

Тогда-то я и увидел ее. Прямо напротив меня, словно один дуэлянт напротив другого, на другом конце ярмарочной площади и на некотором удалении от остальных стояла одинокая палатка. На красно-белой полосатой парусине развевались разноцветные флажки, острые, как зубы вампира. На мольберте возле откидного полога был установлен плакат.

ПРЕСТИДИЖИТАТОР ПАТЧ!

Только лучшие фокусы для неискушенной публики!

ВПЕЧАТЛЕНИЕ НА ВСЮ ЖИЗНЬ всего за $4!

Ниже была приписка:

На сегодня представления отменены

(стоимость билетов не возвращается)

Мне на плечо легла чья-то рука. Едва не выпрыгнув из штанов, я резко обернулся. Позади стояли Клэй, Миа и Дэннис. Брат с энтузиазмом уплетал мягкое мороженое с шоколадом и ванилью, от вида которого меня опять замутило.

Я молча указал на палатку фокусника на другом конце ярмарочной площади.

– Престидижитатор Патч,– сказала Миа.– Патч, мать его…– Она посмотрела на меня.– Ты его видел?

Я покачал головой.

– Это он,– без тени сомнения заявила Миа.– Престидижитатор Патч. Вот ублюдок.

– На сегодня представления отменены,– заметил Клэй, читая надпись мелким шрифтом внизу плаката.– Интересно почему.

– Не удивлюсь, если этот ублюдок где-то в лесу, склоняет детей к убийству их друзей,– сказала Миа.

Клэй посмотрел на часы.

– Ярмарка закроется примерно через сорок пять минут.

Миа достала мобильник и сделала несколько снимков палатки фокусника.

– Пойду присяду.– Я потащился сквозь толпу к деревянной скамейке под мигающим неоном колеса обозрения. Дэннис побрел за мной и сел рядом. Подбородок у него был испачкан мороженым. Вытянув шею, Дэннис наблюдал за колесом, которое медленно вращалось на фоне вечернего неба.

Клэй и Миа, склонив головы, о чем-то шушукались и поглядывали на меня. Потом Клэй ушел, а Миа села на скамейку и похлопала меня по бедру.

Я наклонился к ней и прошептал:

– Извини, что вел себя как придурок. Не хотел разговаривать с полицией и все такое.

– Чувак, у тебя ужасно воняет изо рта.– Она достала из кармана пачку жевательной резинки со вкусом корицы и протянула мне.– Давай забудем об этом. Каждый справляется по-своему. Здесь нет правильного и неправильного. Не надо извиняться.

Мы сидели молча, пока не вернулся Клэй. Он протянул мне бутылку воды и велел выпить. Открутив крышку, я сделал глоток и подождал. К счастью, меня не вырвало.

– Что будем