Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Сэр Дэниэл, помечает себе Ада. Лиззи, может, слегка странноватая и чересчур говорливая, но историю, похоже, знает как следует. Ведь глава магистрата на Ламбет-стрит и вправду сэр Дэниэл. Она вспоминает, что Уильям отзывался о нем весьма прохладно и даже (что необычно для мужа) с некоторой долей страха.

– Но прошло целых шесть недель, прежде чем удалось отыскать Молли, – продолжает рассказ Лиззи Мюррей. – Кажется, весь Лондон говорил об этом преступлении. К нам приходили разные любопытные и задавали вопросы. Каким-то образом они узнавали адрес Кримеров, и всем хотелось посмотреть на несчастную, у которой украли ребенка, как и того мальчика. Все это время Кэтрин пребывала в отчаянии, плакала каждый день и не спала ночами, думая, что больше не увидит свое дитя. В конце концов малышку нашли. Все это время она была на корабле, стоявшем на Темзе. Ее отнесла туда эта подлая шлюха, жена матроса. Кэтрин отвели на корабль, и она сразу узнала малышку, и укравшую ее женщину тоже. Но к тому времени – через шесть недель после кражи Молли – от бедной малышки остались кожа до кости.

– Но ее вернули домой и арестовали похитительницу, так ведь? – снова вмешивается Ада. – Так где же малышка Молли теперь?

Элизабет Мюррей замолкает и застывает как вкопанная. Она удивленно смотрит на Аду, широко раскрыв рот, словно подозревает, что та лишилась рассудка.

– Боже правый, что за вопрос! – наконец приходит в себя она. – Разумеется, малышка Молли мертва.

– Мертва? – ахает Ада. – Но когда она умерла?

– Я думала, вы знаете, – говорит Лиззи Мюррей. – Она тогда же и умерла. Через пару месяцев после похищения.

Теперь Ада теряет дар речи.

– Я… я не понимаю, – заикаясь, бормочет она.

– Ее вернули домой, – объясняет Лиззи, – но не здоровой и невредимой. Я же говорила, что она превратилась в сплошные кости, когда ее нашли. Эта стерва Сара Стоун выдавала девочку за своего ребенка. Пыталась обмануть глупца мужа, как до этого ухитрилась сделать Харриет Магнис. Только Сара Стоун со своим даже не была обвенчана. Все это потом выяснилось на суде. Они жили как муж и жена, но во грехе. И она всей семье рассказала, что родила ребенка, но, разумеется, соврала. И молока у нее не было. Вот она и не кормила ребенка как следует. Молли и так была худышкой, когда ее украли, а после возвращения от малышки почти ничего не осталось. И чудесные волосики стали редкие и клочками повыпадали. Мы с Кэтрин всё перепробовали, чтобы вернуть ей здоровье. Приносили молоко с фермы, делали ей жидкие кашки. И у Кэтрин еще не пропало молоко, ведь близнецам исполнилось всего два месяца. Только малышка Молли больше не брала грудь и таяла на глазах. Умерла еще до суда над Сарой Стоун. Я была с Кэтрин в комнате, когда малышка умерла у матери на руках. Похоронили ее прямо здесь, на кладбище Голден-Лейн. Но могилы вы там уже не найдете: совсем заросла травой. Кримеры не могли позволить себе надгробный камень. Вот почему я сказала, что следовало бы повесить Сару Стоун. Она настоящая убийца. Довела малышку до смерти, все равно что задушила своими руками. А теперь и ее близняшка тоже мертва…

Слезы снова льются из глаз Лиззи, и она смахивает их тыльной стороной ладони.

– Но о чем же я думаю? – восклицает она, сглотнув слезы. – Не предложила вам никакого угощения, а ведь вы проделали такой долгий путь из Нортон-Фолгейт. Еды в доме немного, но чай где-то есть, и чайник вскипел. Выпьете чашечку?

– Нет-нет, благодарю вас, – отказывается Ада. – Мне пора возвращаться домой. Если Кримеры снова сюда приедут, свяжитесь со мной, пожалуйста, через отдел полиции Нортон-Фолгейт. Там знают, где меня найти.

Она встает с неудобного стула и уже собирается попрощаться, но тут вспоминает еще кое-что. Лезет в сумку, достает оттуда маленькую нефритовую пуговицу с силуэтом дракона и протягивает ее Лиззи Мюррей.

– Скажите, вы когда-нибудь раньше видели эту вещицу?

Та качает головой:

– Ничего подобного не встречала ни разу за всю жизнь.

Ада всего пару раз ездила прежде в наемном экипаже и не очень-то может себе это позволить сегодня. Но когда она выходит с рынка Голден-Лейн, церковный колокол отбивает семь часов. Она вспоминает про больную Салли, мечущуюся в постели, про остальных детей, изголодавшихся без ужина.

Кроме того, она чувствует странное головокружение, поэтому делает знак проезжающему экипажу и с благодарностью опускается на сиденье.

Лампы ярко вспыхивают на воротах долговой тюрьмы, когда они едут мимо. С наступлением темноты внезапно становится очень холодно.

Я должна бы чувствовать облегчение, думает Ада. Поиски привели меня к ответу. Я выяснила имя погибшего ребенка: Рози Кример. Печальная и странная история. Сначала украли малышку Молли и вернули полумертвой от голода месяц спустя, она скончалась на руках у матери. А теперь второй близнец, Рози, едва дожив до семи лет, исчезает. А сама Кэтрин погибает в ходе отчаянных поисков дочери. Что ж, по крайней мере, ее смерть избавляет от тягостной необходимости сообщать Кэтрин о гибели дочери. Едва лишь эта мысль приходит Аде в голову, как она упрекает себя в эгоистичности.

Трясясь в экипаже по темным улицам, она вспоминает слова раввина Мелдолы: «Смертный ум часто вытворяет разные фокусы, однако у них есть свой смысл. И наша задача его разгадать». Молли, сестра-близнец Рози, умерла давным-давно. Царапающий звук, померещившийся Аде у двери окружной управы, возможно, издавала кошка. Темная тень на улице в ту ночь была просто тенью. А призрак, увиденный Джоной Холлом, – просто игрой его пьяного воображения. Девочка, укравшая яблоки у нищего старика, всего лишь беспризорница, внешне похожая на Рози Кример.

Но как бы Ада ни старалась отмахнуться, ее преследуют другие слова раввина. Как он сказал? «Согласно нашим верованиям, потревоженные духи могут ходить по земле в темноте ночи, и мы, смертные, должны быть достаточно мудры, чтобы уловить их присутствие и принять меры для защиты от их влияния». В голове непрошено возникает леденящий душу образ и сжимает холодной рукой сердце: призрак мертвой Молли Кример, безмолвно и незримо взрослеющий рядом с живой Рози, охраняющий сестру, словно маленький ангел, и следующий за ней в ту ночь, когда та бродила потерянная по улицам города. И в самом конце вышедший, словно тень, из старой конюшни и прикрывший сестру маленьким черным плащом.

Часть вторая

Заключенная