Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

пришла до конца в себя после пропажи Молли. Всё думала, что укравшая ее Сара Стоун вернется и похитит других детей. Сколько раз я ей твердила: «Сару Стоун отправили в колонию Ботани-Бэй, там ей и место. Она больше не вернется сюда, дорогая». Но Кэтрин не слушала. А потом, после того как исчезла малышка Рози – как раз перед Рождеством, когда шли дожди и река вышла из берегов, – несчастная Кэтрин, похоже, снова потеряла разум. Я говорила ей: «Подожди немного, Рози вернется со дня на день. Она просто сбежала потехи ради, как до этого мой Том в ее возрасте, маленький паршивец». Ох и заставил он меня тогда поволноваться. Две недели спустя вернулся мой сыночек, как только хорошенько продрог и наголодался. «Рози придет со дня на день, помяни мое слово», – повторяла я. Но нет, Кэтрин не слушала и знай себе твердила, что женщина, укравшая Молли, опять вернулась.

На секунду она замолкает: от приступа кашля у нее перехватывает дыхание. Потом продолжает рассказ.

– Знаете, что самое странное? Она твердила, что своими глазами видела похитительницу ее ребенка прямо тут, на нашей улице, в тот самый день, когда исчезла Рози. «Она вернулась и забрала нашу Рози. Это наказание за мои грехи». – «Глупости, моя милая, – возражала я. – Ты не сделала ничего плохого. И ты не больше грешница, чем все вокруг. А Сара Стоун за десять тысяч миль отсюда в далекой колонии отбывает заслуженное наказание». Но Кэтрин уже не понимала слов. День за днем ходила в доки и разыскивала Рози. Но не нашла, так ведь? Просто упала в реку и утонула, спаси ее душу Господь. Бедняга Мэтью (муж Кэтрин, ну да вы это, вероятно, знаете) впал в отчаяние, услышав горестную новость. Не знал, куда податься. И как только Кэтрин похоронили на прошлой неделе, отправился со всем семейством в Ливерпуль. Я говорила ему: «Тебе лучше остаться здесь. Вдруг малышка Рози вернется и станет разыскивать тебя. Она ведь не знает, что мама умерла. Останься и подожди дочку». Но он сделал по-своему. Рози тогда уже два месяца как пропала, и он утратил надежду на ее возвращение, вот и отправился в свой родной Ливерпуль, прихватив с собой детей, кроме старшего сына Мэтта. Тот все еще где-то в Лондоне, насколько мне известно, но вам очень повезет, если удастся его отыскать. Он тот еще сорванец, всегда таким был…

– Миссис Мюррей, – прерывает Ада бурный поток ее слов. – Боюсь, я принесла горькие вести. Меня зовут Ада Флинт, и я дознаватель из округа Нортон-Фолгейт. В прошлом месяце у нас обнаружили тело ребенка и принесли в дежурное помещение управы. Есть опасения, что это тело малышки Рози Кример. – С этими словами Ада выуживает из сумки нарисованный ее дочкой портрет мертвой девочки. – Вот изображение ребенка. Скажите, есть сходство с Рози?

Как только Лиззи Мюррей бросает взгляд на развернутый перед ней рисунок, она вскрикивает, выхватывает из ближайшей груды одежды передник и прижимает к глазам.

– Господь милосердный! Это Рози Кример, в точности! Не может быть – и малышка Рози тоже! Принесли тело в управу? Только не говорите, что ее убили!

– Нет-нет, – поспешно заверяет Ада, – ничего такого. Похоже, произошел несчастный случай. Девочка бродила по улицам и спала в старой конюшне, а потом споткнулась и ударилась головой о камень. Простите, что я вас расстроила, миссис Мюррей.

Слезы текут по щекам женщины, а вцепившаяся в передник рука трясется.

– Господь всемогущий! Теперь и бедняжка Рози мертва. Что же скажет несчастный Мэтью, когда услышит об этом?

– Миссис Мюррей, а вы не знаете, как с ним связаться? – спрашивает Ада. – Он оставил адрес места, куда уехал?

Лиззи качает головой, смахивая слезы.

– Ливерпуль. Вот и все, что он сказал. Мэтью не любитель читать и писать. Возможно, их сын Мэтт знает, где отец. Но как найти самого Мэтта, мне тоже неизвестно. Я сообщу им, если кто-то из них вернется. Но один Господь ведает, случится ли это. Боже мой! Одна трагедия за другой. А виновата во всем мерзавка Сара Стоун. Не укради она Молли много лет назад, ничего не случилось бы. По мне, так ее стоило повесить или того хуже. Виселица – слишком мягкое наказание за подобное зло. У нас вешают за кражу цыплят и шелковых платков, так ведь? Почему же не вешают за кражу детей?

Лиззи снова захлебывается потоком слез, а за этим следует еще один жуткий приступ кашля. Ада выжидает немного, пока стихнет выплеск горя, а потом спрашивает:

– Миссис Мюррей, вы могли бы рассказать мне про украденную малышку? Про маленькую Молли. Они ведь с Рози были близнецами? Вы жили здесь, когда произошла та кража?

– Святые угодники, да, – отвечает Лиззи. – Я была здесь в тот день. Никогда не забуду. Я вышла на улицу искать старшего сына Тома, он снова затеял какое-то озорство. В то утро я видела Кэтрин с обеими малышками на руках: уж такие были худенькие, и Молли, и Рози. И очень похожи, только Молли чуть покрупнее сестры и волосики немного светлее и не такие тонкие. Им тогда было недели три-четыре. И Сюзанна, старшая дочка Кэтрин, тоже была с ними. Ей тогда было года четыре. Сюзанна бежала следом. В тот год Мэтью Кримеру совсем не везло. Он уже не один месяц сидел без работы, поэтому отправился на север на несколько недель в поисках заработка. А Кэтрин надо было кормить целую ораву. Близнецы стали для родителей тяжким бременем, они никак не ожидали появления сразу двух новых ртов в семье. И Кэтрин приходилось просить милостыню. Иногда она возвращалась почти ни с чем, но время от времени добиралась до собора Святого Павла и садилась на паперти. Там много людей ходит, и ей удавалось получить пару шиллингов. «Пойду к Святому Павлу, Лиззи», – сказала она в тот день.

– А вы хорошо помните, что произошло? – уточняет Ада.

– Ну, я не назову вам день и даже месяц, но дело было осенью, лет семь или восемь назад. Расскажу вам все, что помню. Это случилось незадолго до знаменитого пивного потопа. Вы ведь его помните? Когда огромная бочка пива лопнула на Тоттенхем-корт и жители выбегали на улицу с ведрами и зачерпывали ими пиво. Все произошло как раз перед тем потопом. Я видела, как Кэтрин уходит с детьми. А позже в тот день – помню, уже темнело – говорю своему Тому: «Странно, Кэтрин еще не вернулась домой. Интересно, где она так задержалась». И вскоре приходит она – в жутком состоянии. Рыдает и вся трясется,