Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

и мне невыносимо будет видеть их полные разочарования взгляды или слышать их обвиняющие слова. Неважно, что я скажу, – Беатриса уже решила, что я украла ее бесценный браслет. Как я ненавижу такие конфликты!

«Но если прятаться от всех, то у них создастся впечатление, будто я действительно в чем-то виновата, – думаю я. – Как я умудрилась попасть в такую ситуацию? Неужели я допустила ту же ошибку, что и с Алисией?»

Скрип двери моей спальни заставляет меня поднять голову, и я вижу стоящего в дверном проеме Бена с обычной кривоватой улыбкой на лице.

– Можно войти? Я скучал по тебе весь день. – Он выглядит усталым, темные круги под глазами заметны, несмотря на загар.

Я слабо киваю, а потом, когда он садится рядом со мной на чрезмерно мягкий матрас, начинаю плакать.

– Эй, в чем дело? – спрашивает он, привлекая меня к себе. Я утыкаюсь ему в грудь, находя утешение в знакомом аромате кондиционера для белья, который исходит от его белой рубашки, смешиваясь с пыльным офисным запахом. Со слезами на глазах я рассказываю о том, что услышала сегодня утром, и о том, с какой холодностью отнеслась ко мне Беатриса нынче вечером.

– Не могу поверить, что она так с тобой разговаривала! – сердито фыркает Бен, когда я заканчиваю рассказ. – Она не может вот так, на ровном месте, обвинять людей. Честно говоря, я не понимаю, что на нее нашло.

– Ты же не веришь, что я украла ее браслет, правда, Бен?

Он берет меня за подбородок, мягко заставляет поднять лицо и нежно вытирает слезы с моих щек.

– Конечно, нет. Она, как всегда, преувеличивает. Скорее всего, переложила его и забыла, куда засунула. Она всегда так делает, не беспокойся.

Я прижимаюсь к нему, испытывая облегчение. Пока Бен на моей стороне, я могу противостоять чему угодно. Он спрашивает, поела ли я, и когда я объясняю, что мне было слишком неловко смотреть в глаза остальным, он берет меня за руку и ведет на кухню. Когда я прохожу мимо большого декорированного зеркала на лестничной площадке, замечаю свои заплаканные глаза и по-клоунски распухшие губы. Я всегда выглядела непривлекательной, когда плакала.

Когда мы входим, Беатриса и Пэм сидят за столом и смотрят на нас, а потом снова отводят взгляд. Значит, Беатриса рассказала Пэм о браслете, как я и предполагала.

– От ужина что-нибудь осталось? – интересуется Бен. Он все еще держит меня за руку, и я цепляюсь за него, как за спасательный плот.

– Ева приготовила рыбный пирог. В духовке осталось немного, – отвечает Беатриса, не обращая на меня внимания. Их тарелки пусты, как и винные бокалы, а также две бутылки, стоящие в центре стола. Бен отпускает мою руку и идет к печи, а я сажусь напротив Беатрисы.

– Беатриса… – начинаю я. Мне так много хочется сказать, но я знаю, что не в состоянии выразить все как есть.

Меня прерывает Бен, ставящий передо мной тарелку с рыбным пирогом, но я знаю, что, если возьму в рот хоть кусочек, меня стошнит. Он садится рядом со мной, смотрит ободряюще и протягивает мне столовые приборы и стеклянный бокал. Меня умиляет то, что он все берет на себя – что он заботится обо мне.

– Вижу, вы выпили все вино. – Он обращается к сестре, и в его голосе нет ни капли привычной теплоты.

Пэм чувствует себя неловко и, оправдываясь тем, что ей нужно позвонить своему парню, спешит прочь из кухни. Дождь стучит по стеклу, порывы ветра сотрясают оконные рамы – единственные звуки, которые нарушают безмолвие. Я ковыряюсь в тарелке, в то время как Бен с энтузиазмом набивает рот едой, не обращая внимания на напряженную атмосферу, от которой мне не по себе. Мне хочется убежать и укрыться в своей спальне. Я отделяю вилкой небольшую порцию пирога и откладываю столовые приборы.

Беатриса переводит взгляд с меня на Бена, а я с тоской смотрю на свои руки. Я удивляюсь, когда краем глаза замечаю, что ее рука тянется через стол ко мне. Мои ладони чопорно сложены на коленях.

– Мне очень жаль, Аби, – торжественно говорит Беатриса. – Я не должна была обвинять тебя в краже.

– Так ты нашла браслет? – Голос Бена звучит резко. Она качает головой, и мне почти жаль ее.

– Нет… нет, не нашла. Но это не имеет значения по большому счету. Как ты и сказала, Аби, я могу сделать для своего клиента еще один. Ничего страшного.

Бен смотрит на меня, и я вижу, как в его орехово-карих глазах мелькает сомнение, но он молчит.

– Прости, что я выразилась так легкомысленно. Но я не брала его, Беатриса. Я не воровка.

Я думаю обо всех людях, у которых я что-то отняла: Люси, Алисия – и да, даже Беатриса. Может быть, я все-таки воровка?

Когда я добираюсь до спальни, на моем мобильном телефоне висит пропущенный звонок и голосовое сообщение. Я слушаю послание от Миранды, вышагивая по комнате. Из окна я вижу, как Беатриса выходит из садовой калитки. Куда она направляется в такое время? Я вытесняю мысли о Беатрисе из головы и пытаюсь сосредоточиться на том, что говорит мне Миранда. Интервью с Патрисией Липтон – мое, если я все еще заинтересована. Она договорилась о номере в отеле, и мне нужно выехать на место послезавтра. Адреналин и решимость бурлят во мне, и я понимаю, что Ния была права, когда убеждала меня не бросать работу. Уехать из этого дома, пусть даже на пару дней, будет лучшим решением для меня. Для моего рассудка.

Глава шестнадцатая

Беатриса шагает по улице без зонтика, не обращая внимания на то, что ветер треплет ее красный плащ, а дождь хлещет по голым ногам. Она даже не замечает, как промокли ее лодочки с леопардовым принтом. Небо темное, безлунное, ей не следовало бы в это время выходить на улицу одной, но это Бат. Здесь, под ветром и дождем, она чувствует себя в большей безопасности, чем в собственном доме, – после всего этого.

Она укрывается под навесом кафе на центральной улице и прикуривает сигарету. Она стала больше курить с тех пор, как Аби переехала к ним в дом. Ее пальцы дрожат, когда она подносит сигарету к губам и глубоко затягивается, ощущая тошнотворный вкус табака, обжигающий горло. Она все еще не отошла от ссоры с Аби и от того, как сегодня за ужином ее выставили злодейкой; при воспоминании об этом у нее бешено колотится сердце. Как