"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Михо напрягала память, пытаясь ухватиться хоть за какую-то подсказку, но ничего не приходило в голову.

На самом последнем фото девушка с длинными распущенными волосами ярко улыбалась. Белоснежная кожа, аккуратные черты лица, яркая и жизнерадостная улыбка. Она совсем не напоминала Ючжин, но ее красота тоже вызывала восхищение.

– Тебе не кажется, что ты где-то уже видела эту девушку? – спросила Сэгён с едва заметной улыбкой, заметив реакцию Михо.

– Одна из мам из детского сада «Херитидж»?

Даже произнося это вслух, Михо знала, что это не так. С такой внешностью было бы невозможно не заметить или забыть ее.

– Нет.

– Тогда кто это?

– Знаменитость.

– Что?

Михо с растерянным выражением на лице смотрела на Сэгён, которая лишь рассмеялась в ответ:

– Айдол[488], можно так сказать.

– Перестань шутить.

– Это правда. Не помнишь? Она дебютировала лет десять назад в группе под названием Sweet Bubble.

– Sweet Bubble?

– Они выступали примерно три года подряд, но так и не стали популярными. Лим Сончжи была саб-вокалисткой под сценическим именем Ена.

После объяснений Сэгён в памяти Михо смутно всплыла какая-то женская группа.

– После распада группы Сончжи почти сразу вышла замуж. Кажется, ей тогда было двадцать два года. И вот теперь, не достигнув и тридцати, она жена директора крупнейшей клиники, которая расположена в районе Апкучжон, живет припеваючи. У них, кажется, двое детей: девочка и мальчик. Тебе не кажется, что в каком-то смысле она выиграла в этой битве за счастье?

– Но при чем тут эта женщина?

Сэгён все еще не объяснила, какое отношение Лим Сончжи имеет к делу, и Михо начала нервничать.

– Она тоже своего рода инфлюенсер в том районе, где жила Ючжин. Если мамы из детского сада «Херитидж», так сказать, играют в своей песочнице, то Лим Сончжи оказывает более широкое влияние.

– Ну и при чем тут она?

Михо, жаждущая узнать продолжение, могла лишь нетерпеливо повторять свой вопрос. Сэгён, наслаждаясь ее реакцией, наконец перешла к объяснениям:

– Лим Сончжи держит под контролем местное сообщество мам.

Михо, осознав связь, невольно ахнула:

– Сообщество в квартале Панпходон?

– Нет.

– Тогда какое?

– «Премиальное» материнское сообщество.

Сэгён продолжила свое объяснение.

В каждом районе существует хотя бы одно сообщество мам. Для большинства матерей это место, где можно обмениваться информацией, общаться, выговариваться и даже продавать вещи. В некоторых районах таких сообществ может быть несколько, поскольку они часто разделяются по интересам, целям или из-за внутренних конфликтов.

Сэгён упомянула, что то «премиальное» сообщество было закрытым и требовало выполнения строгих условий для вступления. Требования к кандидатам были настолько жесткими, что казались почти устрашающими. Нужно было проживать в определенных элитных жилых комплексах и предоставить документы, подтверждающие этот факт. Помимо этого, необходимо было предъявить справку с места работы мужа, документы об уплате налога на имущество, а еще получить рекомендацию от действующего члена сообщества.

Причина, по которой люди стремились любой ценой стать частью таких сообществ, была очевидна.

Первое преимущество заключалось в возможности наладить полезные связи. Люди в сообществе были проверенные, что позволяло общаться без лишних сомнений или необходимости проявлять осторожность. А это было значительным плюсом. Кроме того, в премиальных сообществах делились эксклюзивной информацией, которая была недоступна в других местах. Новички стремились попасть в такое сообщество ради доступа к черному списку.

Больницы, супермаркеты, детские сады, ясли, магазины оптики и другие учреждения… В таблице Excel, которая обновлялалсь ежемесячно, было около пятидесяти различных категорий, и каждому пункту присваивались баллы по определенным критериям.

И это было далеко не все. Существовали даже черные списки учителей, детей и матерей. Подобные списки считались самой ценной информацией, доступной только тем, кто был признан добросовестным участником сообщества. Хоть в этих списках и не содержались личные данные, в них были намеки, позволяющие догадаться о личности, фотографии и другие доказательства. Лишь немногие, включая администраторов сообщества, имели доступ к этому файлу.

– По моим сведениям, О Ючжин, Сон Чжона и Ким Наён были добросовестными участницами того сообщества, – завершила свой рассказ Сэгён.

– А какое отношение оно имеет к Ючжин? – спросила Михо, пытаясь разобраться в фактах, хотя это казалось ей чем-то из другого мира, далекого от ее привычной жизни.

Сэгён снова взяла телефон, который показывала Михо, сделала несколько быстрых манипуляций и вернула его обратно. Это был скриншот личной страницы Чжоны.

jjeong_ah_ssong (Сон Чжона):

Подарок на десятую годовщину свадьбы… или как это там называется. В общем, мне такое не нужно. Но все равно спасибо, дорогой.

#Cartier #три_карата #на_11-ю_жду_четыре #сладкий_мужчина

На фотографии Чжона показывала алмазную часть ожерелья. Хотя она и пыталась делать равнодушный вид, выглядела женщина абсолютно довольной.

– И что не так с этим снимком? – спросила Михо. Это была обычная фотография, где Чжона, как всегда, хвасталась деньгами и счастьем.

– Прочитай комментарии, – ответила Сэгён. Михо перевела взгляд ниже.

sumin_love22: О боже… Ожерелье просто невероятное! Оно идеально подходит тебе. Завидую белой завистью. У твоего мужа не просто отличный вкус, он явно очень любит тебя))

jjoojjooo_mom: Эх, когда же и мне такое перепадет? Если ты реально получишь четыре карата в следующем году, я умру от зависти, ха-ха.

jjeong_ah_ssong: @jjoojjooo_mom Из-за этого рассталась с мечтой о «Ролексе», на который глаз положила в прошлом месяце. Попробую ненавязчиво намекнуть об этом в следующем.