Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли

— Там, впереди. Кажется, они собираются вытягивать машину. Тот парень улетел с обрыва вместе со ста тысячами баксов. Вы кто?

— Детектив Клюистон. Специалист по реконструкции аварий. Сержант Фэрбенкс меня ждет.

— Спускайтесь, он там, у... Ого, это еще что такое?

Клюистон увидел, что патрульный уставился на лицо, глядящее из багажника. Манекен для краш-тестов был наполовину скрыт грудой оборудования, но его лицо отчетливо и бессмысленно пялилось на них. Ноги были отстегнуты и лежали под туловищем — иначе манекен не влезал в багажник.

— Мы зовем его Арти, — сказал Клюистон. — Его сделала компания «Технологии реконструкции аварий»[78].

— Поначалу выглядит как живой, — заметил патрульный. — Почему он в камуфляже?

Клюистону пришлось на секунду задуматься, чтобы вспомнить.

— Последний раз я использовал Арти в деле о наезде на пешехода. Погиб морпех из Эль-Торо. Он был в форме, и стоял вопрос, мог ли водитель его заметить.

Клюистон перекинул ремень сумки с ноутбуком через плечо.

— Заметил. Благодаря Арти мы доказали вину.

Он достал из багажника планшет, цифровую камеру, верное дорожное мерное колесо и восьмибатареечный фонарь «Маглайт». Закрыл багажник и проверил замок.

— Пойду вниз, надо покончить с этим, — сказал он. — Меня из дома выдернули.

— Да уж, чем быстрее закончите, тем скорее я вернусь на маршрут. Скучно тут торчать.

— Понимаю, о чем ты.

Клюистон направился по западной полосе, закрытой для движения. Туман во тьме цеплялся за густой кустарник на обочинах. Но он всё еще видел огни города далеко внизу, на юге. Авария произошла на одном из немногих участков Малхолланда, где не было жилых домов. Он знал, что с южной стороны дороги насыпь круто уходит вниз к общественному парку для собак. На северной стороне был каньон Фрайман, и там склон поднимался к одной из городских станций связи. На самой вершине стояла вышка, помогавшая передавать сигналы через горы, разделяющие город пополам.

Малхолланд был позвоночником Лос-Анджелеса. Он змеился по гребню гор Санта-Моника от одного конца города до другого. Клюистон знал места, где можно было встать на разделительную полосу и посмотреть на север — на бескрайнюю долину Сан-Фернандо, а затем развернуться на юг и увидеть весь Вестсайд вплоть до Тихого океана и острова Каталина. Всё зависело от того, позволит ли смог. И от того, знаешь ли ты нужные точки.

На Малхолланд чувствуешь себя на «вершине мира». Могло показаться, что ты принц этого города и законы природы и физики на тебя не действуют. Нога сама давила на газ. В этом и заключалось противоречие: Малхолланд был рожден для скорости, но не прощал её. Скорость здесь была убийцей.

Выйдя из-за поворота, Клюистон увидел еще одну пожарную машину и эвакуатор из гаража полиции Ван-Найса. Эвакуатор стоял поперек дороги. В этот момент Малхолланд был полностью перекрыт. Трос уходил вниз по склону и был натянут как струна — машину тянули наверх. Клюистон слышал, как надрывается мотор эвакуатора, слышал треск и скрежет — невидимая пока машина продиралась сквозь кусты. Эвакуатор содрогался от натуги.

Клюистон увидел человека с сержантскими нашивками и встал рядом.

— Он еще внутри? — спросил он у Фэрбенкса.

— Нет, его отвезли в больницу Святого Иосифа. Но он уже был мертв. Ты Клюистон, верно? Реконструктор.

— Он самый.

— Нам нужно всё сделать по уму. Как только личность подтвердят, здесь будет полно прессы.

— Капитан мне говорил.

— Да, а теперь еще и я говорю. В этом департаменте не винят капитанов, когда дела летят под откос. Виноваты всегда сержанты, и на этот раз это буду не я.

— Я понял.

— Ты хоть представляешь, сколько стоил этот парень? Речь о десятках миллионов, и вдобавок он вроде как в процессе развода. Так что работаем «пять на пять на пять», просек, реконструктор?

— Меня зовут Клюистон. И я сказал, что понял.

— Хорошо. Вот что имеем. Один автомобиль, летальный исход. Свидетелей нет. Судя по всему, парень ехал на запад на двухмесячном «Порше Каррера», вошел в последний поворот и по какой-то причине не выровнял машину. На дороге есть следы — посмотришь. В общем, он ушел прямо через край и вниз. Тяжелые травмы головы и туловища. Грудная клетка всмятку. Почти захлебнулся собственной кровью, пока пожарные до него добрались. Его вытащили вертолетом и всё равно повезли в больницу. Видимо, тоже не хотели лишних проблем.

— Кровь на анализ взяли?

Фэрбенкс, которому было под сорок и который всю жизнь провел в патруле, кивнул.

— Мне сказали — чист.

В разговоре возникла пауза — это значило, что Клюистон может делать из этого теста любые выводы. Хочет — верит, хочет — считает, что «звездные» связи уже сработали.

Лунный свет отразился от помятого серебристого бока «Порше», когда его вытащили на край дороги, как гигантскую красивую рыбину, втянутую в лодку. Клюистон подошел ближе, Фэрбенкс последовал за ним. Первым делом Клюистон заметил, что это «Каррера 4S».

— Хм, — хмыкнул он.

— Что? — спросил Фэрбенкс.

— Это полноприводный «Порше». Создан специально для таких поворотов. Создан для контроля.

— Ну, видимо, создан недостаточно хорошо.

Клюистон сложил оборудование на капот одной из патрульных машин, взял только фонарь и вернулся к «Порше». Провел лучом по передней части спорткара. Машина сильно пострадала, и основной удар пришелся на перед. Формы кузова были искажены ударами о склон. Он подошел вплотную и присел, изучая обтекатель и разбитую фару со стороны пассажира.

Он чувствовал за спиной дыхание Фэрбенкса.

— Если свидетелей не было, как узнали, что он улетел вниз? — спросил Клюистон.

— Кто-то снизу услышал, — ответил Фэрбенкс. — Там внизу дома. Этому парню повезло, что он не приземлился в чьей-нибудь гостиной. Я такое видел.

Клюистон тоже такое видел. Он встал, подошел