Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Проклятье, да успокойся ты! Тебе просто… – проговорил он хрипло.

Его перебил адский грохот, а мгновением позже ему на голову обрушился град разнообразного строительного мусора. В луче фонарика возникло облако мелких частиц, а одежда покрылась белой пылью. Элиас наглотался трухи и закашлялся. Он задыхался. Заслонил нос тканью рубашки. На языке появился навязчивый вкус гипса. Пыль лезла в глаза и так их сушила, что он чувствовал, как веки, смыкаясь, всякий раз трутся о глазные яблоки. Элиас попытался выровнять дыхание. Еще раз и еще. Приступ паники нарастал. Он дышал все чаще, перенасыщая легкие… сердце билось на разрыв. Полное ощущение, что с ним сейчас случится удар. Надо любой ценой выбираться отсюда. Но это оказалось невозможно: тело, как в дурном сне, отказывалось повиноваться.

Рефлекторно Элиас упал наземь. Он должен был найти максимально надежную точку опоры и потому вцепился в пол. Колени стукнулись о жесткий холодный бетон. Острый край камешка впился в коленную чашечку. Боль распространилась по всей ноге. Элиас сжался; в висках у него стучало. Пыль во рту заставила его сплюнуть. Больше всего он боялся отключиться. Нет, только не это. Тогда с ним будет покончено. Юноша наугад пополз туда, где, как он надеялся, отыщется выход. Руки беспрестанно шарили по полу. Ему казалось, что все вокруг рушится, что стены обваливаются сразу за ним. Спустя какое-то время он замер, захлестнутый избытком информации. В голове роились самые мрачные мысли. Чаще всего в воображении возникал образ поисково-спасательной собаки – все той же немецкой овчарки. Охваченный паникой разум ударился в галлюцинации. В темном нутре подвала Элиас видел пляшущие вспышки мигалок кареты «скорой помощи». Участившиеся удары сердца сжали грудь. Он явно проигрывал сражение с паникой. Стоял на четвереньках, вжав голову в плечи, и чувствовал, что не в силах пошевелиться… как вдруг в его голове промелькнуло воспоминание. Оно относилось к тому времени, когда Элиас пытался научиться контролировать свои страхи с помощью последовательных сеансов медитации. Еще тогда он осознал главное: медитация срабатывала, только если он сосредотачивался на запахах. Мысль, что сейчас ему это не удастся, вызвала, разумеется, новый прилив паники. Нет! Он должен попытаться. Должен подавить вгоняющую в ужас мельтешню образов и остановить завертевшиеся шестеренки. Сфокусировать все свое внимание на одном запахе. Но даже воздух ему приходилось втягивать судорожными глотками, а атмосфера вокруг стала плотной и чудовищно меловой. У него не получится. Крик, кашель – и он рухнул лицом в пол подвала. Однако, когда он уже готов был сдаться, другое воспоминание проложило дорогу в тумане его мыслей. Жетон, который всегда был при нем. Металлическая отдушка, которую он ощущал на пальцах после того, как этот жетон вертел. Очень особый запах, ассоциировавшийся с ржавыми гвоздями. Однажды, заметив, как Элиас крутит в руках свой жетон, Ален объяснил ему, что металлы не пахнут. А специфический душок, который он ощущает на своих пальцах, рождается жирными кислотами кожи, вступившими в реакцию с металлом. «Если ты не будешь его трогать, то ничего не почувствуешь».

Если ты не будешь о ней думать, панической атаки не случится. Элиас глотнул воздуха.

Он воспользовался затишьем, чтобы вскочить и помчаться вперед. Снова грохот. Он споткнулся. На этот раз телефон упал и фонарик потух. Наступила полная темнота. Он задыхался. Пыль, новый приступ кашля. Тело пронизал какой-то скрежет, и инстинкт выживания взял верх. Элиас рывком выпрямился, надеясь, что воздух у потолка окажется менее насыщенным пылью. Легкие немного расправились, и он смог сделать глубокий вдох, а потом снова лег на пол и лихорадочно зашарил руками вокруг. Если он не отыщет мобильник… Мысль так и осталась висеть в сознании. Главное – не додумывать ее, ни в коем случае не додумывать. Паника поджидала, затаившись в конце этого рассуждения. Нужно зажечь проклятый фонарик. Время для анализа настанет позже, когда он окажется снаружи. Элиас шипел, изрыгал ругательства, плевался гипсом, смешанным со слюной. И ненавидел себя за то, что потерял заветный гаджет. Новый грохот, на этот раз сопровождаемый треском. Похоронный колокол. Потолок вот-вот рухнет. Собаки. Жетон. Мигалки. Медитация. Все казалось сейчас таким далеким. Нет, он не позволит себе умереть. Только не здесь. Не как последний недоумок в подвале дома, который сносят во славу политики урбанистического усовершенствования. Это слишком глупо.

И тут рука внезапно нащупала нечто холодное и эргономичное. Он почувствовал, как внутри у него затеплилась надежда. Схватил смартфон, включил… Стекло растрескалось, фонарик вдребезги. Не страшно, можно настроить освещенность экрана на максимум и отвернуть его от себя. Свет слабенький, но все же лучше, чем ничего. В конце ада он увидел лестницу, ведущую на поверхность.

После одного из двух перерывов, предусмотренных контрактом, рабочие компании «Шартр-снос» направились обратно на стройплощадку. Пока один из них орудовал ковшом экскаватора, разгребая обломки северной части фундамента, другой отошел на несколько секунд, чтобы помочиться. Маленький мочевой пузырь был его вечной проблемой, не дававшей продыху. Заметив черный чемоданчик, оставленный рядом с дырой в ограждении, он похолодел. Проверка содержимого только подтвердила его предположение: хоть он совершенно ничего не смыслил в помещавшейся там электронной начинке, все, вместе взятое, безусловно, походило на видеооборудование. Он схватил свою рацию и приказал немедленно прекратить работы по сносу. Какие-то мелкие недоноски явно полезли исследовать заброшку. Рабочий был в курсе этого новомодного увлечения, поскольку в «Ютубе» ему попадались документальные видео на подобные темы. Едва он успел отнести чемодан во времянку и вручить прорабу, как заметил появившуюся из северной стены потрепанную пыльную тень. Он провожал ее взглядом до тех пор, пока та не скрылась на соседней улице, а потом снял защитную каску и потер лоб. Такого ему еще видеть не доводилось. Даже в роликах на «Ютубе».

17

Ближе к ночи близняшки потребовали внимания Стива. По просьбе Норы он поручил им сложную задачу: разобраться в причинах того страха, который Симон внушал Эмилии.

Им и часа не потребовалось, чтобы просочиться в мельчайшие закоулки цифровой жизни девушки. Телефон, компьютер, планшет. Они повсюду расставили потаенные дверцы. Вообще-то, делать это куда проще, чем многие думают. Хакерство, весьма далекое от голливудских клише, основывается главным образом на человеческой слабости. В реальной жизни нет никакой нужды в длиннющих строках кодов, лихорадочно набираемых на перегретой клавиатуре. Чтобы обойти брандмауэр и прочие защитные системы, достаточно отправить выбранной мишени электронное вирусное письмо, способное вызвать интерес адресата, и подождать, пока тот кликнет по вложению. В отличие от Симона, Эмилия не отличалась особой