Детский доктор или Попаданка в злую мачеху - Лана Кроу

— Сколько ты принесла мне проблем, — раздраженно сказала она, рассматривая меня. — Эта дура Катрин ничего не может сделать нормально. А ты… ты оказалась умнее и более хваткой, чем она.

Я пыталась закричать — но голос все еще не слушался.

— Не нужно бороться, Рина. Это бессмысленно, — сказала она, и в голосе звучала усталость и пренебрежение. — Это тело принадлежит мне. Хоть душа твоя, но все договора я составляла на крови.

Она вытащила из плаща кинжал и полоснула им по своей руке. Черная кровь закапала на землю.

— Анеро, виктум, трайлис… — зашептала она. — Я призываю душу Катрин и черной магией повелеваю… Вернись в это тело. Займи то, что принадлежит тебе по праву!

Меня затрясло. Каждая клеточка тела задрожала, я закричала внутри себя — но тело даже не пикнуло. А потом я почувствовала удар — страшный, разрывающий, прямо в грудь, словно в самое сердце вонзили раскаленный клинок.

Я открыла глаза — и увидела себя. Точнее, не себя. Я увидела Катрин. Она стояла рядом, живая, целая, в моем теле.

— Господи… — вырвалось у меня. Я поднесла руки к лицу и увидела маленькие пухлые ладошки. И поняла, что у меня нет ног. Я была духом. Призраком.

— Наконец-то! — раздался голос — мой голос, но не мой. Это был голос Катрин, звучащий из моего горла.

— Ты должна все исправить, Катрин, — холодно сказала Елена. — Иначе отправлю обратно на тот свет.

— Клянусь, Елена, я все исправлю! Все! — голос Катрин дрожал от страха.

Их слова доносились откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды. Мою душу потянуло в сторону, вверх, к чему-то манящему и теплому. Я протянула руки, пытаясь зацепиться за тело, за этот мир — но не получалось.

— Стой! Нет! — закричала я.

— Я изменю тебе цвет глаз, чтобы он точно не заметил… — донеслось эхом, уже очень далеким.

Я кинула взгляд на дом, где спал Асмир, где спали дети, где были Солн и Марта — все, что было мне дорого. И рванулась к ним изо всех сил. Ветер шумел вокруг, меня тянуло вверх, в свет — но я не сдавалась. Я больше не слышала голосов Катрин и Елены, только ветер…

— Нет! Пожалуйста, нет! — кричала я. — Все не должно закончиться так! Она навредит им! Сделает больно! Я… я снова их подвела!

Я рвалась вперед, но свет становился все ярче, и моя душа начала таять, превращаясь в ничто.

— Асмир! — кричала я, пока меня поглощал свет. — Асмир!

А потом свет, тепло, манящее спокойствие. Я больше не чувствовала ветра, не слышала звуков. Было только тепло, свет и...полное спокойствие.

Глава 121.

* Ирина *

— Асмир, Тит, Вики… — повторяла я себе, хотя казалось, что меня уже не существует.

А потом яркая вспышка превратилась во что-то темное, и вокруг меня понеслись воспоминания… Это были воспоминания этой жизни.

То, как я впервые проснулась в теле Катрин. Как впервые увидела Асмира… Его удивительные темные глаза, сильные руки, исходящий от него жар и то спокойствие, которое я чувствовала только с ним.

Знакомство с маленькой Марией и ее сестрой Лисой. Тогда я еще не знала… не знала, сколько им придется пережить. Мне так хотелось закричать, предупредить их, но это лишь… воспоминания.

Первая встреча с Титом — маленьким, веселым, бойким мальчишкой. То, как я учила его играть в морской бой и слушала, как он мечтает вырасти и стать драконом.

Первая встреча с Вики — то, как она строила пирамидку и смеялась… Она всегда так звонко смеялась.

Воспоминания проносились прямо передо мной, каждое — всего за миг, но этот миг я переживала… Чувствовала каждую эмоцию, чувствовала свое счастье и тепло, и оно… оно держало меня здесь.

Я чувствовала, что свет зовет. Это был не звук, нет… что-то другое, что я не могу описать. Я просто чувствовала, что должна закрыть глаза и позволить себе раствориться.

Но я не могла.

— Не хочу! Нет! Не хочу! — шептала я, и мой шепот превращался в крик. — Я должна вернуться к ним! Должна! Прошу, отпустите меня!

А потом мне показалось, что я моргнула. Всего лишь моргнула, но… передо мной оказалась девушка.

Хрупкая, утонченная, с темными волосами и синими уставшими глазами. Она была бледной, почти прозрачной, и смотрела на меня с какой-то странной, грустной улыбкой.

— У тебя красивая жизнь, — тихо сказала она. — Я видела. Там, в свете. Воспоминания — такие яркие, такие… настоящие.

— Кто ты? — спросила я, и голос мой прозвучал хрипло.

— Лира, — ответила она. — Я… я тоже умираю. Так же, как и ты. Мое тело там, внизу… Оно еще держит меня…

Лира подняла руки, и на них зазвенели кандалы. Я заметила, как дрожат ее пальцы.

— А ты свободна, — прошептала она. — Ты можешь уйти. Но… не хочешь… Почему?

— Потому что они там, — сказала я, чувствуя, как слезы текут по лицу. — Мой муж, мои дети. Они в опасности… Я так им нужна. Я не могу их бросить. Я не хочу быть свободной, если это значит потерять их навсегда.

Я всхлипнула. Странно… еще один мир, какая-то середина, в которой я застряла. И снова здесь была только душа, но слезы были солеными, и грудь ныла от боли за родных.

Лира подняла руки, и в тишине раздался звон цепей. А вслед им — голоса.

— Бесполезная… порченая… никому не нужная… Тварь… Выпороть!

Я вздрогнула и посмотрела на нее.

— Это… это с тобой так говорили? И били? — с ужасом спросила я.

Лира кивнула, и в ее глазах блеснули слезы.

— Мои родители умерли, и меня приютила тетка. Она… она хотела выдать меня замуж за графа. Старого, жестокого. А я… я любила другого. Его звали Элиан. Он был моим учителем музыки. Он первый сказал мне, что я не пустое место.

Ее голос сорвался, на лице появились слезы. А я вдруг словно увидела темный лес, почувствовала крепкую руку, что держит мою…

— Мы хотели сбежать. У нас были билеты, вещи… А потом… выстрел. Тетка наняла людей. Элиан упал. Меня поймали. Вернули домой, чтобы выдать замуж… Но без него я не хочу жить.