Убийство в ирландской деревушке - Карлин О’Коннор

– Ну, не совсем сразу, – сказал Киран. – Мы немножко попугались. А потом пошли к Джеймсу, но его не было в комнате, и позвонили ему, а потом позвонили вам.

Конечно. Ну конечно, как же иначе. Может, ей повезет и Макдара не обратит внимания. Макдара повернулся к Шивон:

– Джеймс не ночевал дома?

Или он сразу все поймет.

– Думаете, это он сделал? – спросил Киран. – Поэтому его нет?

– Киран! – воскликнула Шивон. Почему Макдара не разрешает увести его отсюда?

Киран нахмурился. Шивон хотелось и обнять его, и убить.

Она откинула голову назад:

– Джеймс – взрослый парень, гарда Фланнери.

Макдара слегка дернулся от ее перехода на формальное обращение. Она ни разу в жизни не называла его «гарда Фланнери». Господи, и так дело плохо, а она делает еще хуже. Шивон уже сама начинала чувствовать себя виноватой, словно она убила Найла и просто забыла об этом. Это было возможно? Могла ли она убить его во сне? Что за бред? И вообще. Тут почти нет крови. Если бы его убили в бистро, здесь было бы море крови. Правда же?

– Джеймс не все время проводил с нами, если понимаешь, о чем я. – Шивон попыталась одарить его сексуальным взглядом. Макдара нахмурился. Вот блин. Соблазнительница из нее тоже была некудышная.

Макдара снова достал свой блокнот:

– Хочешь сказать, что у него есть девушка?

– Подозреваю, – сказала Шивон. «Подозреваю»? Боже, почему она использовала именно это слово? – Но сюда он никогда никого не приводил.

– Он хотел бы сейчас быть здесь, – сказал Киран. – Вот он удивится!

– Это точно, – сказала Шивон. – Это точно.

– Если, конечно, это сделал не Джеймс, – продолжил Киран. – Тогда он уже все знает.

Макдара опустился на корточки перед Кираном.

– Есть повод думать, что это мог сделать Джеймс? – мягко спросил он.

– Нет, – сказала Шивон. Глаза Кирана расширились, словно он только что понял, что́ у него спрашивают. Мальчик помотал головой.

Макдара выпрямился и убрал блокнот. Из сада вернулись другие гарды.

– Там мятая трава, – сообщил один из них.

– Как будто тело тащили? – спросил Макдара.

– Очень может быть.

– В машине есть полицейская лента? – спросил он. Другой гарда побежал проверять, а Макдара отвел О'Салливанов к камину. – Вы не слышали никаких звуков? Может быть, ночью или рано утром?

– Мне показалось, что я слышала, как бьется стекло, – сказала Энн и повернулась к Гранье. – Помнишь?

– Что? – переспросила Шивон.

– Это правда, – сказала Гранья. – Энн разбудила меня, чтобы спросить, не слышала ли я шум.

– Почему вы меня не разбудили? – спросила Шивон.

– Потому что ты не спишь в нашей комнате, – ответила Энн.

– Опишите подробно, что вы слышали, – попросил Макдара.

– Звук был отсюда. Как будто кто-то бросил камень в окно, – сказала Энн.

– Почему именно камень? – спросил Макдара.

Энн пожала плечами:

– Мне откуда знать? Не я же его бросила.

– Энн, – строго сказала Шивон.

Макдара поднял руку:

– Все в порядке.

– Может, это был кирпич? – спросил Киран. – Или ботинок?

– Может быть, кирпич, – сказала Энн. – Но точно не ботинок.

Киран кивнул с крайне серьезным выражением на своем детском лице и указал на блокнот Макдары.

– Не будете это записывать?

Гарда неловко поерзал и что-то записал.

– Давайте начнем сначала. Вы проснулись, потому что вам показалось, что вы услышали, как бьется стекло. Как будто кто-то бросил камень в ваше окно. Или кирпич. Но точно не ботинок.

Киран и Энн энергично закивали. Гранья посмотрела на Шивон и закатила глаза. В иной ситуации она бы рассмеялась. Макдара оглядел все окна, ребята последовали его примеру; окна были в полном порядке.

– Черный ход был заперт, когда мои коллеги выходили в сад, – сказал Макдара.

– Мы всегда запираемся, – сказала Шивон.

– А у Найла был ключ? – спросил Макдара.

– Нет, конечно, – сказала Шивон и повернулась к Энн. – Во сколько ты услышала шум?

Энн пожала плечами:

– Не знаю точно. Где-то глубокой ночью.

Ее светлые волосы напоминали гнездо, но выглядела она совершенно очаровательно и невинно. Когда молчала. Поведение у девочки в последнее время было чуть ли не хуже, чем у Граньи. Сестры с каждым днем словно все больше и больше отдалялись от Шивон.

– Глубокой ночью, – повторил Макдара.

– Типа того, – сказала Гранья. – Посреди ночи, но ближе к концу, чем к началу.

– Очень полезная информация, – сказала Шивон. Гранья, накручивая локон на палец, серьезно кивнула, не обращая внимания на сарказм. Шивон обратилась к Энн: – А что было дальше?

– Я разбудила Гранью и спросила, не слышала ли она, как внизу разбилось стекло. Она сказала, что я дура тупая, оттолкнула меня и велела спать дальше, – сказала Энн и выразительно посмотрела на Гранью, мол, «а я говорила».

Гранья вскинула руки:

– Да блин, это было посреди ночи! Я подумала, ей это снится.

– Ты ее толкнула? – спросила Шивон. Она не знала, лучше сосредоточиться на этом факте или очередном «блине» из уст сестры. Как же они до этого докатились? Шивон понятия не имела, как быть родителем.

– Это хорошо, что они не спустились, – сказал Макдара. – Даже представить страшно, что было бы, если… – Он замолчал. Киран уставился на него глазами круглыми, как блюдца.

Если бы они оказались здесь не вовремя и стали свидетелями убийства. Шивон вздрогнула от этой мысли – и представлять такое не хочется.

– И никто из вас не впускал Найла Мерфи?

– Конечно нет, – ответила Шивон.

– Мог ли у него каким-то образом оказаться ключ? – спросил Макдара. Он забыл, что уже спрашивал, или пытался подловить их на лжи?

– Точно не мог, – ответила Шивон. – Но у нас хранится запасной дубликат на заднем дворе.

– Где? – Макдара повернулся к двери.

– В стеклянной банке в углу сада, который ближе к двери.

Гарда отметил это в блокноте:

– Проверим, на месте ли ключ.

Шивон хотелось, чтобы он сию же секунду побежал и посмотрел, но решила оставить эту мысль при себе. Всегда раздражает, когда кто-то указывает, как ты должен делать свою работу.

– Думаете, Найл пришел к кому-то из нас? – внезапно спросила Гранья надломанным голосом.

– С чего бы ему вдруг приходить посреди ночи к кому-то из нас? – спросила Шивон.

Макдара не сводил взгляд с Граньи:

– У тебя есть предположения?

– Нет у нее никаких предположений, – сказала Шивон. Что за намеки?

Гранья покачала головой и отвернулась.

– Может, он был голодный? – предположил Киран.

– Да он пьяный был, наверное, – сказала Энн. – И не понимал, что ночь на дворе.

– Может, он споткнулся и упал на твои ножницы, – сказал Киран, поворачиваясь к