Тайна кровавой графини - Анна Велес

всего этого спектакля. Потому что забавно видеть Аркадия таким смущенным и польщенным, будто школьник, получивший автограф рок-звезды. Еще веселее смотреть на Нину, забывшую о своей напускной сердитости, явно польщенную старомодной вежливостью Давида.

– Знакомьтесь, – предложил Артем. – Нина, моя подруга, бывшая жена, теперь супруга моего нервного друга. Я думаю, вы видите, что ему твердая рука и общее руководство необходимы больше, чем мне. Нина, поздоровайся, пожалуйста, с Давидом. Он любезно согласился стать консультантом следственного комитета в одном неприятном деле, из-за которого «так здорово, что все мы здесь сегодня собрались»!

Давид шагнул ближе, галантно расцеловал Нине ручки, явно ее смутив, хотя она упорно старалась этого не показать. Наградив нового знакомого милой, но чуть натянутой улыбкой, женщина вперила в Артема нарочито грозный взгляд.

– Хорошо же ты гостей принимаешь, – заявила она. – У тебя в холодильнике вечная мерзлота. Не потому, что он отлично работает, а потому, что вечно пуст! Видишь же, гость проголодался. Сейчас я…

– Простите, ради бога! – Давид умильно сложил руки в жесте, с каким обычно поклонники буддизма произносят свое традиционное «намасте». – Я занял кухню! Артем разрешил мне пожить у него, а я, знаете ли, ненавижу быть должным. К тому же, честно говоря, просто обожаю готовить! До ужина, правда, еще час ждать. Но закуски готовы. Что скажете?

Артем чуть не рассмеялся, глядя на Нину. Он еще никогда не видел подобного выражения на лице бывшей жены. Потрясенного и в то же время чуть ли не по-детски обиженного.

– У тебя появился конкурент, дорогая! – не удержался он.

– Что вы! – Давид говорил с некоторым смущением, только взгляд у него был слишком веселый. – Скромный реверанс, благодарность за гостеприимство, не более того.

– Просто потрафили собственным слабостям? – продолжал развлекаться Артем.

Давид рассмеялся, но буквально спустя миг стал серьезным.

– Разговор-то явно не простой и не быстрый, – заметил он.

Следователь уже привык к таким переходам. Он прекрасно понимал, что этот человек, пусть и любит казаться легким и очаровательным, на самом деле далеко не глуп, наблюдателен и очень непрост.

Еще минут десять они потратили на пустые разговоры, комплименты стряпне Давида, попытки «притереться» друг к другу. А потом Артем все же перешел к делу.

– Начнем с фактов, – предупредил он строго, сразу отметая возможность говорить о призраках и прочей мистике. – Вчера в университете мне довелось иметь разговор с некой женщиной, которая заявила, что собирается совершить ряд убийств. Сегодня утром был найден труп мужчины. Это могло бы быть совпадением, если бы не ряд улик: вчера на дамочке был яркий синий шарф, а сегодня на месте преступления найден точно такой же. Но и это не так важно. Хуже то, что на этой чертовой тряпке найдены следы, идентичные тем, что мы с Ниной вчера сняли со стула в аудитории, на котором сидела женщина, претендующая на звание подозреваемой.

– Женщина, которую никто на факультете не знает и раньше в глаза не видел, – подсказала Нина.

– И похожая на давно погибшую актрису, которую считают местным призраком, – дополнил Аркадий и тут же поспешил добавить: – Тёма, я понимаю, что ты этого признать не хочешь, но это тоже факт.

– К сожалению, – буркнул следователь.

– Давайте пока не будем спешить с выводами, – предложил деловито Давид. – Артем, можно ли вам разглашать информацию, собранную экспертами на месте преступления?

– Васильевич дал на все добро, – угрюмо подтвердил хозяин дома. – Но неофициально. Считается, что я по-прежнему в отпуске. Никто в Комитете не хочет злить вышестоящих рассказами о всякой мистике или, что хуже, спешить с объявлением о появлении в городе нового серийного убийцы. А на это есть намек, и очень даже явный.

– Исторически явный, – снова заметил профессор. – Как и в прошлые появления Елизаветы Аксо.

– Пока не станем тревожить память актрисы, – снова предложил Давид. – Итак, на трупе найден шарф со следами вашей визави из университета, Артем. Но это точно тот же шарф?

– Конечно нет! – Следователь начал ценить поддержку консультанта. – В отчете сказано, что этот аксессуар совершенно новый, а следы на нем от пальцев убийцы остались, когда он обматывал шею жертвы.

– Это как-то не вписывается в легенду о призраке, – сказала Нина. – Слишком прагматично, что ли?

– На этот раз я не буду тебя останавливать, – чуть усмехнулся Артем. – Пора начинать составлять психологический портрет убийцы. И сразу прибавлю несколько фактов тебе для размышления. По словам Федора Ивановича, старшего эксперта, в этом деле много прагматичного, если не сказать небрежного. Короче, цинизм преступника поражает. Удар шокером, потом сразу порез в районе сонной артерии, вроде бы были еще какие-то манипуляции с кровью, а потом совершенно бессмысленная жестокость. Умирающему перерезали горло. По характеру раны как раз вот совершенно… грубо.

– Подожди, – попросила Нина серьезно. – Ты не преувеличиваешь? Может, просто неумело?

– Федор выразился цинично, но верно, – решил процитировать эксперта следователь. – Как консервную банку вскрывали.

Его бывшая жена поморщилась.

– Простите. – За Артема извинился Давид. – Еще момент. А тот первый удар – насколько он был точен?

– Я узнавал. – Кивнул, будто признавая важность вопроса, следователь. – Удар точный, преступник знал, куда бить. Но и этот, и все последующие не профессиональны. Сразу могу сказать, что убийца не хирург, вообще не врач. Но знания о человеческой анатомии имеет. И да, давайте закончим с этим сразу. Убивать могла женщина. По мнению Федора, это даже вероятнее всего. По направлению удара шокером выходит, что преступник ниже жертвы ростом. И удары ножом тоже характерны для человека, не обладающего большой физической силой. Ну и плюс, опять же, шарф, которым обмотали шею убитого.

– Я склонна верить, что преступник точно женщина, – высказалась Нина. – Если мы говорим о возможной серийнице или даже маньячке. Им свойственно выбирать жертв противоположного пола. Хотя и не всегда, но в таких делах обычно должна быть некая сексуальная подоплека.

– Личностный момент, – поддержал ее Давид и тут же чуть виновато улыбнулся. – Как-то не было времени и возможности сообщить, что мы с вами, Нина, в некотором роде коллеги, потому тема и мне знакома. Убийство колюще-режущим предметом предполагает близкий контакт с жертвой, что и указывает на личностный момент. Но вот эта неряшливость или даже равнодушие к жертве настораживает.

– Потому что как раз отрицает ту самую сексуальную подоплеку, – подхватила за ним Нина. – Вы тоже криминальный психолог?

– Я психиатр, – признался Давид.

Артем не удержался и насмешливо хмыкнул. Хорош у следственного комитета консультант! Как раз под этот дурдом.

Строго глянув на бывшего мужа, Нина продолжила рассуждения:

– Нестыковка немного смущает. Однако при этом явно прослеживается некая ритуальность – забор крови. Совершенно непонятно зачем.

– То