Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

знал, когда и как, но вчера вечером, узнав, что этот невыносимый идиот женился на Розе-Розе и оскорбил мисс Лафкадио, я решил, что с ним пора покончить. Мои мотивы были чисто альтруистическими. Я принадлежу к числу людей, наделенных, на беду или на счастье, характером, который побуждает меня всегда всем помогать. Если я вижу, что что-то нужно сделать, я это делаю.

Распинаясь, он расхаживал по комнате, бросая короткие запальчивые фразы с нескрываемой самовлюбленностью ребенка. Инспектор пристально наблюдал за ним, а констебль записывал, ни разу не подняв головы. Мистер Кэмпион, казалось, погрузился в раздумья.

– У меня не было времени тщательно обдумать план. Появилась возможность, и я ею воспользовался. Ножницы с самого начала восхитили меня. Когда погас свет, я понял: момент настал. Дальше было просто. Я бесшумно пересек комнату, схватил ножницы, нанес удар, а затем выдернул лезвие. Парень хрюкнул и повалился, как свинья. Я вытер ручку, бросил ножницы на тело и отошел. Проще простого. Думаю, больше я вам ничего не могу сказать. Хотите, я поеду с вами прямо сейчас? На углу есть стоянка такси. Возможно, мистер Кэмпион будет так любезен, что попросит Ренни сбегать за машиной.

Инспектор Оутс хмыкнул.

– Всему свое время, мистер Фустиан, – мягко проговорил он. – Позвольте нам действовать по своим порядкам, хорошо? У нас осталась к вам еще пара вопросов. Бейнбридж, прочтите, что сказал джентльмен о том, как нанес удар.

Констебль, растерявший без шлема всю свою внушительность и казавшийся очень молодым, прочистил горло и прочитал предложения без знаков препинания и выражения:

– «Я бесшумно пересек комнату схватил ножницы нанес удар, а затем выдернул лезвие парень клюкнул и повалился как свинья я вытер ручку бросил ножницы на тело и отошел».

– Так, – сказал инспектор. – Правильно – «хрюкнул». Бейнбридж, исправьте во втором предложении: «Хрюкнул и повалился, как свинья».

– Спасибо, сэр, – откликнулся констебль и внес исправление.

– Что ж, хорошо, – кивнул инспектор, – пока все в порядке. А теперь, мистер Фустиан, предположим, что вот это ножницы. Возьмите их, пожалуйста.

С подставки для письменных принадлежностей он взял длинную линейку с закругленными концами и с серьезным видом протянул мужчине.

– А вы, мистер Кэмпион, подойдите, пожалуйста, и сыграйте роль покойного. Как я понимаю, Дакр присел на край стола, где были выставлены ювелирные украшения, частично опираясь на него руками. Не могли бы вы занять соответствующее положение, мистер Кэмпион?

Кэмпион послушно вышел вперед и занял указанное место. Прошло несколько мгновений, прежде чем инспектор, подкорректировав позу, наконец отошел и вернулся к Максу.

– А теперь, мистер Фустиан, продемонстрируйте, пожалуйста, с помощью линейки, как именно вы нанесли удар.

– Но это же смешно… Просто невыносимо! – Голос Макса срывался на визг от раздражения. – Я признался. Я пришел к вам с повинной. Чего вы еще хотите?

– Всего лишь стандартная процедура, сэр. Нужно все сделать правильно. Впоследствии это избавит нас от многих проблем. А теперь просто повторите все точно так же, как вы сделали в темной студии. Вы подошли к нему. Будем считать, что схватили ножницы…

Макс буравил Кэмпиона горящими глазами. Он дрожал от возбуждения и гнева, и на мгновение показалось, что он вот-вот потеряет голову и прибегнет к физическому насилию. Однако, взяв себя в руки, он лишь надменно пожал плечами.

– Ну что ж… – На его лице появилась фирменная кривая ухмылка. – Если хотите играть в игры, почему бы и нет? Смотрите внимательно, и я покажу вам, как было совершено убийство.

Схватив линейку, он занес руку над головой и опустил ее в дюйме от жилета Кэмпиона.

– Вот так. Совершенно просто. Прямо через ребра – и в сердце. Очень красивый удар, правда? Я им весьма доволен.

Инспектор уклончиво кивнул.

– Еще раз, пожалуйста, – попросил он.

Макс подчинился, и к нему вернулась прежняя презрительная веселость.

– Я поднял руку вот таким образом и опустил ее со всей силы.

– Вы почувствовали какое-нибудь сопротивление? – неожиданно спросил мистер Оутс.

Макс вскинул брови:

– Хм… Я почувствовал небольшое сопротивление ткани жилета и, кажется, задел кость. Но на самом деле все произошло так быстро… Боюсь, я не обладаю вашим прозаичным умом, инспектор.

– Охотно верю, что нет, мистер Фустиан. – В тоне Оутса не было и тени скрытой колкости. – Что вы сделали потом – то есть после того, как почувствовали сопротивление кости?

– Потом я понял, что Дакр упал. Затем – так, дайте подумать… Затем я вытер ручку ножниц о свой носовой платок и бросил ножницы на тело. После отошел. Еще вопросы?

Оутс задумался.

– Нет, – сказал он наконец. – Нет, думаю, это все, мистер Фустиан. Может, вы присядете?

– Послушайте, так ли необходимы все эти проволочки? – протянул Макс жалобно. – В конце концов, мои нервы на пределе, инспектор, и я хотел бы поскорее все закончить.

– Как и все мы, мистер Фустиан, – мягко заметил Оутс. – Но ведь дело серьезное. За убийство полагается смертная казнь, не забывайте, и, как я уже говорил, мы не хотим допустить ошибок, особенно в начале. Бейнбридж, пожалуйста, передайте мне показания. Спасибо. Итак, вы в темноте пересекли комнату и взяли ножницы. Электричество отключилось по чистой случайности. Это стало неожиданностью для всех. В этом нет никаких сомнений. У нас есть свидетели, утверждающие, что вы разговаривали с мисс Харриет Пиккеринг, когда отключился свет, примерно на расстоянии пятнадцати футов от стола, на который облокотился покойный. У нас есть три отдельных показания, подтверждающих это. Согласно вашему рассказу, вы подошли к столу и схватили ножницы. Что ж, поверим вам на слово. Подождите минутку, сэр, – продолжил он, отмахнувшись от взволнованного возгласа Макса. – Затем вы сказали нам… – Мы были очень внимательны в этом вопросе, а вы все показали и подробно описали. – Что вы занесли руку над головой и опустили орудие убийства, заметив сопротивление жесткой ткани жилета покойного и небольшое сопротивление, которое, по вашему мнению, было вызвано тем, что лезвие скользнуло по кости. А это подводит нас к следующему вопросу. Удар, убивший Томаса Дакра, был направлен снизу вверх и нанесен с предельной точностью. Поскольку покойный был одет в шерстяной джемпер, а не жилет, одежда почти не создала сопротивления удару. Орудие убийства вошло в тело как раз под нижним ребром и прямо в сердце, вызвав почти мгновенную смерть.

Макс сидел на стуле очень прямо, бледный, не сводя блестящих глаз с инспектора. Оутс оставался чуть задумчив и предельно серьезен.

– Теперь вернемся к вашим показаниям, сэр. Вы говорите, что выдернули орудие убийства, вытерли ручку ножниц и бросили их на тело. Я спрашиваю об этом, потому что орудие убийства оставалось в