Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

и чуть было не накрыла «Лувр». – Он покачал головой, будто делился забавным случаем. – Но они молодцы, быстро сориентировались: подожгли клуб, свалили всё на какого-то придурка-копа, а мы благополучно скрылись.

Глава XXXVIII

Ло Вэньчжоу достал пачку сигарет и понял, что последнюю отдал Лу Гошэну, а себе оставил лишь помятую упаковку. Он сидел в комнате для допросов, согретый теплом радиатора, на виду у десятков людей, но никак не мог отделаться от ощущения, будто находится на заброшенном кладбище и голыми руками выкапывает прогнивший гроб. Капитан глубоко вздохнул, залпом осушил стакан воды, прочистил горло и продолжил:

– Получается, вы сами подожгли «Лувр» и сделали козлом отпущения полицейского? Как его звали? Когда это произошло?

– Больше десяти лет назад… Четырнадцать, почти пятнадцать. – Лу Гошэн почесал лоб и усмехнулся: – Как его звали, спрашиваете? А я-то откуда знаю?

Ло Вэньчжоу скомкал пачку, покрутил её в руке и посмотрел на камеру, словно хотел переглянуться с ошарашенными зрителями через объектив. Несколько мгновений спустя он вновь принял расслабленную позу и с бесстрастным видом медленно сдвинул крышку гроба:

– Четырнадцать лет назад в отделе уголовного розыска муниципального управления работал Гу Чжао. Он был одним из ведущих следователей по делу «триста двадцать семь» и очень переживал, что позволил тебе сбежать. Узнав, что на месте массовой драки обнаружили твои отпечатки пальцев, Гу Чжао начал копать дальше и в итоге вышел на «Лувр».

В комнате наблюдения поднялся шум.

– Что? Как? Лао Лу, это правда?

– Подождите, Гу Чжао… Помнится, он…

– Что вообще происходит?

– Откуда ему это известно?

Лу Юлян молча стоял, как каменная статуя.

– Но всё закончилось трагедией. Гу Чжао погиб в пожаре, его посмертно обвинили в умышленном убийстве и вымогательстве взяток, а обнаруженные ранее отпечатки пальцев разыскиваемого преступника сочли выдумкой, инструментом шантажа. Этот позорный эпизод до сих пор скрывают.

Лу Гошэн, немного подумав, кивнул:

– Да, похоже на правду.

– Выходит, вы действительно укрывались в «Лувре», а Гу Чжао стал жертвой обстоятельств? Как вы всё провернули?

Преступник, будто смакуя, дважды пробормотал «жертва обстоятельств» и пожал плечами:

– Капитан Ло, я всего лишь мелкая сошка, какой с меня спрос? Не свали они всё на того полицейского, нам бы пришёл конец. Я тогда знатно струхнул.

Сяо Хайян замер в углу комнаты наблюдения, словно облитый кипящей белой краской. В груди осталась выжженная пустота; голоса, образы – всё смешалось в кашу. Он опомнился, когда перед ним уже стоял Фэй Ду. Одной рукой юноша держал его за плечо, прижимая к стене, а другой закрывал рот. В холодных глазах, напоминающих осколки стекла, Сяо Хайян увидел своё жалкое отражение и вдруг забыл, где находится и что должен чувствовать – радость или гнев. В сознании словно выбило пробки, свет погас, и он застыл в оцепенении.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Фэй Ду выпустил его из своей цепкой хватки. В комнате наблюдения царил полумрак. Ошарашенные признанием Лу Гошэна слушатели изнывали от нетерпения. Никто не заметил, как в углу поднялась волна боли и ненависти, способная утопить человека.

Натянутая струна, которая держалась больше десяти лет, лопнула, и на Сяо Хайяна обрушилась лавина воспоминаний. Ему хотелось выть, кричать, разразиться безудержными рыданиями, но он не мог. Неподходящее время, место – неподходящее всё. Фэй Ду, подобно печати, удерживал его душу в бренном теле. Сяо Хайян чувствовал, как моральные страдания перерастают в физические и цунь за цунем разрывают его плоть. Он осатанело уставился на Фэй Ду и почти возненавидел его в этот момент, но тот оставался непоколебим, будто не замечал чужих страданий. Острый взгляд Фэй Ду пронзал насквозь и приковывал к месту гвоздём. Он поднял указательный палец, слегка покачал головой и беззвучно произнёс: «Терпи».

Ло Вэньчжоу сохранял невозмутимость, только выдохнул громче обычного и продолжил:

– Водитель «Улья» Сунь Цзясин, судимый за мошенничество и известный после освобождения как Сунь Син, утверждает, что ты частенько обращался к нему напрямую с просьбами подвезти. Это так?

– Да. Сунь Син трусоват, но сговорчив. Он знал, кто я, поэтому поначалу побаивался, но потом как-то случайно обмолвился, что пошёл на эту работу ради больного ребёнка. А я ведь тоже отец… В общем, слово за слово начали обсуждать детей и потихоньку сблизились. Я помогал ему деньгами, а он взамен возил меня тайком к дочери. Я не приближался к ней, просто смотрел и уходил: не хотел, чтобы она знала.

– Откуда у тебя деньги?

Лу Гошэн стряхнул пепел.

– Я ведь числился электриком в «Улье», мне платили зарплату. Небольшую, примерно каку вас в полиции, только тратить её некуда, а копить не имеет смысла.

– «Улей» содержал вас за просто так?

– Нет. Мы ведь не мелкие воришки: занимаемся серьёзными делами и приносим им реальные деньги.

– Какими делами? Кому «им»?

– Настоящим клиентам. Дела делятся на «живые» и «смертельные». С последних никто не возвращается, поэтому берутся за них только совсем отчаявшиеся. По сути, это напоминает террористов-смертников, о которых говорят в новостях. С той лишь разницей, что они хотят привлечь внимание, а мы, наоборот, делаем всё тихо, чтобы никто ничего не узнал. Допустим, подстроить автомобильную аварию. Участники ДТП между собой не знакомы, оба погибают – всё выглядит как несчастный случай, и дело не идёт дальше дорожного управления. С «живыми» делами всё немного сложнее. Во-первых, их поручают только хорошо известным преступникам. Взять, к примеру, меня: десять лет назад в округе едва бы нашёлся человек, который не слышал об убийствах на автомагистрали триста двадцать семь, – в голосе Лу Гошэна послышались нотки самодовольства. – Во-вторых, на месте преступления обязательно надо оставить следы: сделать так, чтобы полиция сразу связала дело с тобой.

– Зачем?

– Чтобы защитить клиента, разумеется. Когда происходит убийство, вы сразу бежите проверять тех, кому это было выгодно. Наша цель, чтобы уже на следующее утро на первых полосах всех газет красовался заголовок вроде «Преступник в розыске совершил очередное убийство». Таким образом полиция переключает внимание на беглеца, и заказчик может спать спокойно. А нас вы всё равно не поймаете. Тут важно действовать чётко и быстро, поэтому заранее составляется план. Если полиция заподозрит клиента, мы потеряем ценность и станем козлами отпущения[472]. Даже неважно, сколько нам заплатят. По сути, мы просто отдаёмся на волю судьбы. Бодрит, не правда ли?

Получается, что водитель, врезавшийся в машину Чжоу Цзюньмао, выполнял «смертельное» дело по заказу Чжэн Кайфэна. А убийство Фэн Биня стало для Лу Гошэна делом «живым» – если предположить, что Вэй Вэньчуань нанял преступника, следуя «процедуре».