Леди в желтом - Ли Алам

ей произнести это слово. Тяжелый воздух города, всплывающее перед глазами лицо убитой девушки, громкий голос полицейского, доносящийся через высокий забор. И сквозь весь этот водоворот чувств на нее смотрели потускневшие с возрастом серые глаза на морщинистом лице пожилой женщины. Это были те же глаза, которые она видела в детстве. Красивые, полные достоинства и любви, по-прежнему молодые.

– Я его найду, – ответила Кёнэ, будто давая обещание самой себе.

Чон Огёп закрыла глаза. Она сделала глубокий вдох, потом короткий, словно пыталась успокоиться, потом вновь открыла глаза и сказала:

– Спасибо. – Это прозвучало искренне, как никогда. – Если ты поймаешь убийцу, жители города поймут, что ты готова активно помогать соотечественникам.

– И будут хорошо относиться к девочке из прояпонской семьи!

Старушка приподняла брови от удивления. Похоже, эти слова стали для нее неожиданностью. Неужели она и правда думала, что эта девочка будет жить спокойно, ни на что не обращая внимания? Пока Кёнэ занималась самоедством, Чон Огёп неуверенно спросила:

– Я могу тебе чем-то помочь?

Кёнэ не поняла, в чем заключался вопрос: то ли бабушка хотела поучаствовать в поимке преступника, то ли попытаться помочь решить личные проблемы названой внучки.

– Бабушка, вы о чем?

– Ты не думай, что я сидела сложа руки все это время. У меня есть знакомые и в редакциях газет, и в крупных компаниях. Думаю, мои связи пригодятся в этом деле.

Кёнэ догадалась, что все это время речь шла все-таки о преступлении. Горько улыбнувшись, она сказала:

– Я все поняла. Если мне что-нибудь понадобится, я обязательно сообщу.

Когда Кёнэ вернулась в дом, инспектор Сато давал указания своим подчиненным. Заметив Кёнэ, он подошел к ней и произнес:

– Думаю для проведения вскрытия отправить тело в лабораторию университета. Как вы и просили, пчел, которых здесь собрали, тоже везут туда. Инспектор Ёсида сопроводит вас. Прибудете на место, проверьте собранный материал.

– Я могу присутствовать при вскрытии?

– Наблюдать? Я вас правильно понял?

Кёнэ быстро пыталась найти аргументы, чтобы убедить Сато. Она сможет быть полезной потому, что у нее был опыт помощи полиции в Токио и потом на острове. Если понадобится, она вспомнит все, что изучала по медицине. Но ничего из передуманного за эти мгновения ей не пригодилось. Инспектор кивнул и сказал:

– Хорошо.

– Правда? – смущенно переспросила Кёнэ.

– А у меня есть причина вам отказать? У вас есть поговорка: «Во время посадки риса и кошкины лапки в помощь». Что плохого в том, что у нас будет еще одна думающая голова? К тому же вы не следователь. Здесь мы без вас справимся.

Было странно, что все оказалось проще, чем ожидалось. Только бы не вляпаться в историю.

– Есть условие. Я не знаю, официальным будет ваше присутствие на вскрытии или нет, но вы не должны ничего от нас скрывать. Факты, ваши догадки, какие-то мелкие детали – мы должны знать обо всем. И тогда я тоже предоставлю вам всю необходимую информацию.

Сато говорил очень строго, придавая особую значимость словам, но на самом деле в этом не было ничего особенного и сложного. Небольшое условие, которое доставило радость и снимало чувство тревоги.

– Конечно. А можно поговорить с тем, кто первым обнаружил труп?

Инспектор Ёсида проводил спутницу не в университет, а на задний двор дома. Здесь на камнях рядом с большими глиняными горшками для хранения соусов сидела домработница убитой девушки. Такая же юная, как Окхва, старше максимум года на три-четыре. Она сидела одна, и на ее щеках были заметны следы слез.

Кёнэ попросила инспектора оставить их одних. Он остался на кухне. Достаточно близко, чтобы слышать, о чем они говорят, и достаточно далеко, чтобы не давить своим присутствием. Кёнэ присела рядом с девушкой, та съежилась от страха.

– Я ничего плохого не делала. Мадам всегда была очень добра ко мне. Я …

– Я здесь не для того, чтобы тебя в чем-то обвинять, – прервала ее Кёнэ. – Ты была первой, кто обнаружил тело хозяйки?

Девушка попыталась что-то сказать, но вместо этого вновь разрыдалась, и теперь уже было совсем ничего не разобрать. У Кёнэ появилась возможность лучше рассмотреть юную девушку. Кожа чистая, много ссадин и царапин по телу, тонкие руки и ноги. По внешнему виду была похожа на провинциалку. Скорее всего, она была тем ребенком, которого отправляют в город, чтобы меньше было голодных ртов в семье. Тогда было понятно ее состояние. Умерла ее любимая хозяйка, и как будто оборвалось что-то важное, жизнь потеряла смысл. Слезы, как горошины, катились по ее щекам. Казалось, сегодня девочка уже не успокоится. Ситуация выходила из-под контроля. Кёнэ украдкой посмотрела на инспектора. Он как ни в чем не бывало спокойно сидел на кухне, будто давая Кёнэ разрешение поступать, как она считает нужным. Помочь в этой ситуации он никак не мог. Успокоить плачущую девушку у полицейского вряд ли бы получилось. Поразмыслив немного, Кёнэ села поближе, обняла девочку и начала тихонько поглаживать по спине, утешая.

– Зачем так убиваться? Она что, и правда к тебе так хорошо относилась?

Девушка, не переставая плакать, медленно кивнула. Она что-то бормотала, но это больше напоминало рыдания. В общих чертах можно было разобрать, что она раньше работала за еду посыльной в каком-то ресторане, а потом случайно оказалась в этом доме. Здесь девочка жила в тепле и сытости, у нее была хорошая зарплата и даже своя комната.

Но утром она проснулась и обнаружила свою хозяйку мертвой. Дом был полон пчел и японских полицейских, что страшнее шершней. Они разговаривали на своем непонятном языке, до смерти напугали девушку вопросами о том, что она видела, она ли убила хозяйку и что от них скрывает.

Когда девушка закончила, слез уже почти не было. Казалось, ей стало намного легче после того, как она все выплеснула. Кёнэ, приложив максимум усилий, старалась говорить мягким и спокойным тоном.

– Наверное, тебе очень тяжело. А как тебя зовут? Меня – Кёнэ.

– Чисон. Это значит «верность». Про мое имя еще и пословица есть: «Истинная верность поражает Небеса». Но в жизни я просто Чисон.

– Хорошее имя, и звучит красиво, – сказала Кёнэ, осторожно взяв девушку за руку.

У нее не было опыта успокаивать плачущих, но сегодня появилась уверенность в своих силах.

– Что бы там ни было, ты должна все рассказать. Только так мы сможем поймать убийцу. Ты же хочешь, чтобы преступник предстал перед судом?

Девушка изо всех сил закивала головой, вытирая последние слезы. Кёнэ решила не упускать момент и тут же произнесла:

– Тогда рассказывай все и очень