Глубина страха - Ана Рей

гравий, и леску, завязанную так низко, чтобы цель пострадала наверняка. Больше меня не волновало, что могут решить и подумать люди. Я был готов уничтожить всех, кто причастен к этому происшествию. И сейчас этот настрой не изменился. Пока её раны причиняли ей физическую боль, мне их вид преподносил душевную.

Алекс сжимает челюсти, отпуская моё плечо.

— Как Эмилия?

— Пытается делать вид, что ей не больно, и она готова хоть марафон пробежать, но морщится каждый раз, когда я отворачиваюсь.

Раны не глубокие, но расположены на таких неудобных местах, что нормально ходить девушка не может. Её такое положение не устраивает, помощи она принимать не хочет и всё равно шатается по дому, не позволяя ранам нормально зажить. Одну её теперь точно не оставишь, поэтому сегодня, пока я не вернусь, с ней осталась Брина.

— Другого от неё и не стоило ожидать. По-хорошему, тебе стоит перевести её к себе. Так меньше шансов, что она снова пострадает.

— Если бы всё было так просто. Я бы с удовольствием перевёз её ещё тогда, когда она упала, но Эми не хочет спешить с переездом.

В отличие от секса. Не сосчитать сколько раз её рука оказывалась в моих трусах, а язык проходился от груди до самого уха. Каких усилий мне каждый раз стоило уйти от всего этого. Естественно, под холодный душ. Уже чувствую себя русским, который каждое утро закаляется.

На данный момент секс настолько же травмоопасен для Эми, как и частая ходьба по дому. Тем более, резкие движения вызывают боль, а я не могу ручаться, что наш секс будет нежным.

— Но то, что ты почти к ней переехал, её устраивает?

Как бы для всех это странно не звучало, но да. Эми приняла наши отношения, частично отпустив прошлое, но это не значит, что ей удалось полностью избавиться от тех убеждений, которые она на протяжении многих лет вбивала себе в голову. И переезд ко мне всё ещё её пугает. Для неё это неизведанная чужая территория, которая может вызвать лишний стресс. Так как мне глубоко насрать, где мы будем жить, то переехать могу и я.

Единственное, отсутствие сигнализации и камер меня не устраивает. Но и это поправимо.

— Ей комфортнее жить у себя, — пожимаю плечами.

— А тебе? Всё же этот дом связан с не очень хорошими воспоминаниями.

Эмилия спрашивала у меня тоже самое.

— Этот дом уже какое-то время в моей голове никак не связан со смертью Терезы. Изначально он, как мне тогда казалось, ассоциировался у меня именно с тем днём, но по факту я его даже не запомнил. Из воспоминаний у меня лишь её тело, верёвка и предсмертная записка, никакого фона. Теперь же кроме ассоциаций с Эмилией и тремя серийниками в голове нет ничего.

Но Эмилия всё равно заперла ту комнату, в которой повесилась Тереза.

— Всё же, этот дом не даёт мне покоя.

Горькая усмешка срывается с языка.

— Не тебе одному.

— Я просмотрел всё, что ты собрал о нём.

— Впервые провел вечер с пользой?

Он пропускает мою издёвку мимо ушей.

— Почему Тереза покончила с собой именно там? Странный выбор места. В отличие от твоей писательницы, она не страдала любовью к пустующим домам.

— Думаешь она связана с четвертым серийником? — перешёл я сразу к сути.

— У трех предыдущих была одержимая любовь. Может Тереза стала одной из них?

Похожую теорию не так давно предположила Эмилия, но сразу её отвергла.

— Маловероятно. Все три серийника преследовали свою одержимость. Если бы Терезу кто-то донимал, она бы рассказала мне.

— Она могла не хотеть посвящать тебя в свои проблемы.

— Она рассказывала мне даже о стажёре, который пару раз приносил ей кофе. И тут вдруг промолчать о преследователе?

Подозреваемые

Слишком много предположений. Слишком мало фактов.

Эмилия

Он поставил передо мной третью кружку чая. Третью. Я скоро буду наполовину состоять из травяного чая. А Брина сидит рядом и поддакивает каждому слову Вильденштейна о том, как важно здоровье и правильное питание. Они это обсуждают уже третий час.

Я пришла узнать об Оливии и её последних днях, чтобы облегчить работу Брендану, а попала на слёт медиков, которые лучше знают, как мне нужно лечиться.

Помогите.

— Нужно тебе ягод купить. Витамины организму очень нужны. Ещё бы пропить D3, солнца у нас мало, нужно восполнять, — поучает Вильденштейн.

— Ещё стоит нормализовать потребление клетчатки и белка. Тело должно быть полно сил, а не страдать от расстройства пищеварения.

Зажимаю пальцами переносицу, молясь, чтобы мне даровали умение в нужный момент просто выключать звук у окружающий.

Но сегодня был явно день не для даров.

— Запоры губительны для организма, — подтверждает Гордон.

— И неприятны.

— Боль в животе и… ещё кое-где. Поэтому я всегда говорил, что овощи полезны. Зелень и свекла обязательно должны быть в рационе.

А можно обсуждать не запоры и их последствия, а? Согласна перейти на обсуждение карт Таро и миссис Нортон. Да даже на этих пушистых монстров с лапками! Только оставьте задницу в покое. Она у меня и так постоянно в неприятности попадает. Этого хватит.

— Эми, достаточно ли овощей в вашем с Бренданом рационе? — обращается ко мне Гордон.

Хлопаю глазами в недоумении.

— Мосю такую убери. Нам давно всё известно. Вы двое вместе и уже живёте под одной крышей, — отмахивается, — Так что там с овощами?

— С чего вы решили, что у нас совместный рацион?

И с Бренданом мы не живём вместе. Да, каждую ночь он ночует у меня, но вещи свои он не перевёз. Я освободила ему несколько полок в шкафу, чтобы он смог оставить сменную одежду.

Брина выгибает бровь и наигранно громко вздыхает.

— Ты ешь то, что приготовит наш коп. Это, по крайней мере, нам хорошо известно.

— Не правда. Мы ещё заказываем.

Ладно, по-детски звучало.

— Может мы закончим обсуждать мой рацион? Я хорошо восстанавливаюсь и скоро буду бегать и скакать. Не нужны ни витамины, ни овощи.

— Витамины и овощи нужны всем, юная леди.

Юная леди? Мне не послышалось? Вильденштейн сегодня в ударе.

— Тогда расскажи нам, какого это иметь самого завидного холостяка нашего города?

— Хорошо, хорошо, — сдаюсь, поднимая обе руки, чтобы не видеть их довольные лица, — Куплю себе витамины. Договорились?

По лицам вижу, что разговор не окончен, но по крайней мере на сегодня они перестанут это обсуждать.

Вильденштейн цокает, смотря на телефон. Он уже третий раз становится грознее тучи за последний час.

— Ни секунды без меня не могут. Нанял на работу