Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

Чарлз произнес именно эти слова и, удивляясь, как они сорвались с языка, испытал бесконечную благодарность Лусинде за то, что она его не высмеяла за напыщенность. И гораздо сильнее обрадовался, когда через несколько секунд услышал: «А почему бы и нет?»

Он завел разговор между двумя чашками кофе на вокзале Пен-стейшн. Затем они шли, взявшись за руки, по Седьмой авеню и ехали в такси. Лусинда сходила через семьдесят кварталов, но ведь семьдесят кварталов — это тоже время, чтобы побыть с ней рядом и привыкнуть к мысли о предстоящей близости. «Куда?» — спросила она. Интересный вопрос. Куда направиться, чтобы довершить дело? Они проехали одну гостиницу в такси. «Нет, — возразила Лусинда. — Слишком близко к Пен-стейшн». Вторая гостиница показалась ей паршивой. Так они забрались в самый центр.

Отель «Фэрфакс».

Справа корейская закусочная, слева — женский оздоровительный центр. Сомнительная репутация? Пожалуй. Но такие гостиницы как раз и предназначены для подобных встреч.

— То, что надо, — согласилась Лусинда.

И они назначили встречу.

* * *

Поезд подошел к Пен-стейшн.

Чарлз заметил, что они притихли, как боксеры перед главным поединком жизни.

Большую часть пути Чарлз считал минуты между станциями: от Меррика до Фрипорта, от Болдуина до Рок-вил-центр. Под покровом темноты Ист-Ривер Лусинда схватила его за руку и стиснула пальцы. Они были холодными, как лед, будто вся кровь застыла в нем. От чувства вины? От стыда? От страха?

Было во всем этом нечто закономерное. До этого они двигались словно в потемках, но теперь обо всем договорились заранее. По дороге к стоянке такси Лусинда прижалась к нему. Но Чарлзу показалось, не столько от желания, сколько по инерции. Будто он тащил ее насильно, как багаж, по эскалатору и к выходу с вокзала.

Чарлз понимал: одно дело прокатиться на такси, совсем другое ехать в гостиницу с намерением заняться любовью.

Внутри отель «Фэрфакс» выглядел не лучше, чем снаружи: такой же серый, тусклый и убогий. В вестибюле пахло камфарой.

Пока они шли к регистрационной конторке, у Чарлза возникло ощущение, будто ее побелевшие от напряжения пальцы подбираются к его горлу. Он сказал портье, что расплатится наличными, и получил ключ от номера 1207.

На лифте они поднимались молча.

Когда на двенадцатом этаже двери кабины раздвинулись, Чарлз хотел пропустить Лусинду вперед:

— Дамы идут первыми.

— Возраст почтеннее красоты, — отозвалась она, и они вышли вместе.

«В коридоре не помешало бы зажечь несколько лампочек», — подумал Чарлз, потому что свет поступал только через наполовину занавешенное окно слева от лифта. Ковровая дорожка воняла плесенью и табаком.

Номер 1207 оказался в самом конце коридора, в самой гуще сумерек, и Чарлзу пришлось прищуриться, чтобы разобрать цифры на двери.

Вот что им досталось за девяносто пять долларов в нью-йоркском Сити: пропахшая моющими средствами комната с двуспальной кроватью, деформированная настольная лампа и стол — все впритык.

Жара стояла, как на экваторе, и никаких видимых средств, чтобы с ней справиться.

Крышка унитаза была запечатана белой бумагой. Честь первого пользования досталась Чарлзу. Он направился в туалет, как только вошел в номер, — нервы.

А когда вышел из ванной, Лусинда сидела на кровати и нажимала кнопки телевизионного пульта. Но на экране ничего не появлялось.

— Телевизор за дополнительную плату, — предположил Чарлз.

— Ты хочешь?..

— Нет.

Они вели себя с неловкой предупредительностью, словно незнакомые люди на первом свидании. Чрезмерная заботливость от смущения, решил Чарлз.

— Присаживайся, — сказала она.

Он сел на стул.

— Я имела в виду, сюда.

— Конечно.

Он скинул пальто и повесил в гардероб рядом с ее. Затем прошагал к кровати — невеликое расстояние, учитывая размеры комнаты, — и опустился рядом.

Мне нельзя здесь быть. Надо встать и уйти. Я должен…

Он положил ее голову себе на плечо.

— Ну вот мы и пришли.

— Да.

Чарлз почувствовал, что рубашка насквозь промокла от пота.

— Ладно, — вздохнула Лусинда. — Что ты хочешь: остаться или уйти?

— Да.

— «Да» — что? То или другое?

— Остаться. Или уйти. Ты-то сама чего хочешь?

— Потрахаться с тобой, — ответила она. — Мне кажется, я хочу с тобой потрахаться.

* * *

Это случилось, когда они собирались уходить.

Они не спеша одевались. Чарлз осматривал комнату: как бы чего не забыть.

Потом они направились к выходу.

Чарлз открыл дверь и хотел переступить порог.

Лусинда следовала за ним, и он ощущал ее аромат — в ванной она успела слегка надушиться. Но вдруг он уловил какой-то иной запах.

Чарлза стукнули, и он упал на пол. Ударили по ребрам, в живот, и он задохнулся. Лусинда рухнула на него. Затем оказалась рядом, на полу.

Дверь захлопнулась, щелкнул замок.

— Только пикни, и я разнесу тебе долбаную башку, — прозвучал чей-то голос.

Человек с пистолетом. Чарлз видел его, низкорослого, и ствол, черный с матовым блеском.

— Возьмите все мои деньги и отпустите нас, — предложил Чарлз. — Берите все.

— Что?

Незнакомец был темным. «Латинос, — подумал Чарлз. — Характерный акцент».

— Что ты, падла, сказал?

— Мои деньги. Они — ваши.

— Я велел тебе заткнуться.

Он снова ударил Чарлза. На этот раз не под ребра, а значительно ниже, и Чарлз застонал.

— Пожалуйста, — попросила Лусинда дрожащим голосом маленькой девочки. Голосом, какого не может быть у взрослой женщины. — Пожалуйста, не бейте нас.

— «Не бейте нас», — передразнил незнакомец, явно потешаясь над ее страхом. Над ее писклявым, детским голосом. — Не бойся, крошка, я не буду тебя бить. У-ух! А теперь кидайте-ка сюда свои бумажники.

Чарлз полез в карман, долго возился с пропитанной потом подкладкой и наконец дрожащей рукой вытащил портмоне.

Такое случается только в кино. О таком пишут на первых страницах газет. Такое бывает с кем-нибудь еще, но не с нами.

Он бросил портмоне человеку с пистолетом. Лусинда лихорадочно искала свой бумажник — тот, где хранилась фотография пятилетней девочки на качелях в деревне. Девочки, снятой где-то далеко от затрапезного номера 1207 в гостинице «Фэрфакс».

Когда она подавала грабителю бумажник, тот пересчитывал наличность Чарлза — не такую уж маленькую. Деньги, из которых Чарлз собирался расплатиться за номер. Забрав доллары, незнакомец ухмыльнулся.

— Вы только посмотрите! — Он вылупился на фотографии Чарлза: Анну, Диану и его самого. Семейство Шайн. — Забавно, — хмыкнул он и повернулся к Лусинде: — И кто это тут? Гадом буду, точно не ты. — И снова обратился к Чарлзу: — Явно не она, Чарлз.

Исследовав бумажник Лусинды, он нашел ее снимки.

— Вот так так. Парень, Чарлз, на тебя нисколько не похож. Не ты это, Чарлз. — Грабитель фыркнул и расхохотался. Он что-то понял. — Знаете, что я думаю? Эй! — Он