Инспектор Иманиси ведёт расследование - Сэйтё Мацумото

— Да. Моего отца зовут Мики Кэнъити. В этом году ему исполнился пятьдесят один год, — начал молодой торговец. — Как видно из моей карточки, я держу универсальный магазин в небольшом городке префектуры Окаяма. Вообще-то я Кэнъити не родной сын. Он меня усыновил. Отец рано потерял жену и детей у него не было. Он нанял меня работать в своём магазине, а потом принял в семью. Затем я женился на местной девушке.

— Хм, стало быть, это то, что называют: обзавестись сыном, чтобы получить невестку, — сказал Иманиси, выслушав простое объяснение Сёкити.

— Да, именно так. Отец ни разу не бывал в паломничестве к святилищу Исэ и говорил, что хочет съездить туда хотя бы раз в жизни. Он сказал, что хочет не спешить и заодно побывать в Наре и Киото. Мы решили, что это хорошая мысль, и уговорили его поехать.

— Понятно, — сказал начальник отдела.

— Мы уговаривали его потому, что он много трудился: примерно двадцать три года назад открыл магазин и сделал его лучшим в городке. Я знаю, какие трудности пришлось пережить отцу, и хотел, чтобы он отдохнул. Уезжая, он сказал, что не хочет быть связанным расписанием. Хотел спокойно попутешествовать. По дороге он присылал нам открытки.

— Но домой он так и не вернулся?

— Нет. Он говорил, что не хочет ничего планировать заранее, поэтому мы не беспокоились, когда он не вернулся сразу. Но когда прошло три месяца, мы начали тревожиться. Тогда я подал в местную полицию заявление о пропаже человека. Когда заявление приняли, там проверили учётные записи и обнаружили дело Камата. Увидев рисунок лица погибшего, сделанный полицейским художником, я был потрясён. Я сразу узнал отца. Поэтому и поспешил в Токио. Простите, что доставляю вам столько хлопот, но я хотел бы опознать погибшего.

Иманиси принёс одежду погибшего и другие его вещи и показал их Мики.

Лицо Мики Сёкити исказилось от боли. — Это, несомненно, вещи моего отца. Отец был из провинции и носил такую поношенную, дешёвую одежду. — Лицо его вспыхнуло, голос дрогнул.

— Чтобы окончательно убедиться, мы хотели бы показать вам несколько фотографий. Нам очень жаль, но тело уже кремировали. Однако у нас имеется письменное описание примет.

На фотографиях, сделанных отделом опознания, разбитое лицо погибшего было снято со всех сторон. Мики Сёкити так потрясло, что он не мог дышать, но наконец он разглядел несколько сохранившихся примет и заявил, что ошибки быть не может: это его отец. Затем он склонил голову.

— Сколько примерно денег было у вашего отца при себе, когда он отправился в поездку к святилищу Исэ?

Мики знал сумму. Она была невелика — около восьмидесяти тысяч иен, достаточно на месяц дороги и проживания.

— Ваш отец говорил, что поедет в Исэ и Киото, но погиб в Токио. Камата находится неподалёку от Синагавы. Были ли у него дела в тех местах? — спросил Иманиси.

— Вот это мне и непонятно. Не представляю, зачем отцу понадобилось ехать в Токио, если он говорил, что отправляется в Исэ.

— Он никогда не упоминал Токио?

— Нет, никогда. Если бы отец собирался в Токио, он бы нам сказал.

— Раз он погиб возле станции Камата, не мог ли он навещать кого-нибудь в том районе?

— Насколько мне известно, нет.

— Ваш отец был родом из тех мест, где вы теперь живёте?

— Да, он был из Эми-мати, в префектуре Окаяма, — ответил Мики Сёкити.

— Вы сказали, что он открыл свой универсальный магазин примерно двадцать три года назад. Чем он занимался до этого?

— Как я уже говорил, меня усыновили после того, как он открыл магазин, но отец говорил, что прежде служил в полиции.

— В полиции? И где же? Тоже в префектуре Окаяма?

— Думаю, да.

— Значит, он открыл этот универсальный магазин сразу после ухода из полиции? — с улыбкой спросил начальник отдела. Он почувствовал близость к погибшему, который прежде тоже служил в полиции. — А как теперь идут дела? Хорошо?

— Эми — маленький горный городок, жителей там совсем мало, но с тех пор, как отец открыл магазин, дела идут хорошо.

— Были у вашего отца враги?

Приёмный сын энергично покачал головой. — Не могло быть. Все уважали отца. Как видите, он даже меня усыновил — всегда помогал людям. Его так ценили, что, несмотря на протесты, заставили войти в городской совет. Таких хороших людей, как отец, просто не бывает. Он заботился о людях, попавших в беду, и все говорили, что он добр, как Будда.

— Очень печально, что такой человек так безвременно погиб в Токио. Мы обещаем найти его убийцу, — сказал начальник отдела, стараясь утешить посетителя. — Ещё раз спрошу: когда ваш отец отправился в поездку по Исэ, Киото и Наре, собирался ли он заехать в Токио?

— Нет, не собирался.

— Ваш отец прежде бывал в Токио?

— Насколько мне известно, нет. Я никогда не слышал, чтобы он жил в Токио или хотя бы бывал там.

С разрешения начальника отдела Иманиси задал несколько вопросов.

— Нет ли поблизости от места, где вы живёте, места под названием Камэда?

— Камэда? Нет, такого места там нет, — уверенно ответил Мики Сёкити.

— Тогда, может быть, у вашего отца был знакомый по фамилии Камэда?

— Нет, я никогда не слышал о таком человеке.

— Мики-сан, это очень важный вопрос, поэтому прошу вас хорошенько подумать. Вы уверены, что имя Камэда вам ничего не говорит?

Мики несколько минут думал, потом сказал: — Не припомню, чтобы когда-нибудь слышал это имя. Кто бы это мог быть?

Иманиси посмотрел на начальника отдела. Тот дал понять, что он может ответить.

— Ваш отец и человек, которого мы подозреваем в его убийстве, вместе выпивали в дешёвом баре неподалёку от места преступления. У нас есть свидетели, и, по их словам, в разговоре между вашим отцом и этим человеком упоминалось слово «Камэда». Мы не знаем, человек это или место, но оба они знали это слово.

Владелец магазина ещё подумал, но ответил так же: — Я никогда не слышал этого имени.

Иманиси изменил направление опроса. — Мики-сан, ваш отец говорил с акцентом Тохоку?

— Что? — Мики Сёкити удивлённо посмотрел на него. — Нет, у отца не было акцента