Игра с профайлером - Александр Эскрива

из звездных вечеров, когда бывает сложно оторвать взгляд от неба, они договорились прогуляться после ужина. На ней была вельветовая куртка и серьги кольцами. Он слегка надушился одеколоном. Вода была марки Nenuco – одеколон для детей, который все еще хранился у них дома. Он просил мать купить флакон с другим ароматом, который больше бы соответствовал подростку, поскольку он вырос из того возраста, в котором пользуются этим запахом, и ему было стыдно представить, что какой-нибудь родитель почует, что он пахнет как его младенец. Но Лаура была категорически против: «Пока не закончится этот, новый не куплю». Фернандо яростно протестовал, но без особого толку, и, поскольку по какой-то причине одеколон казался ему основополагающей деталью образа, он, в конце концов, воспользовался проклятым Nenuco.

Они неспешно шли по длинной аллее Passeig Colón. По обе стороны стояли деревья и светились оранжевым светом фонари. Они были одни, даже цикады молчали. Когда они собрались идти обратно, Фернандо спросил Андреа, не хочет ли она посидеть на лавочке еще пару минут, просто чтобы полностью использовать отведенное матерями время для прогулки. Она согласилась. Они уселись рядом, пытаясь завязать разговор, но слова будто растворялись в паузах, наполненных неловкой, но значимой тишиной. Сидя плечом к плечу, Фернандо ощущал это новое, непривычное чувство. Никогда прежде он не был так физически близко к девушке, и этот первый раз воспринимался им как участие в рискованном виде спорта.

В какой-то момент их взгляды встретились, и у Фернандо перехватило дыхание. Что-то не так. Андреа изменилась в лице, и он перевел взгляд на ее шею. В следующий миг Фернандо оцепенел от ужаса: она почуяла запах одеколона. Он не мог позволить себе такое унижение, только не сейчас. Поэтому, когда Андреа захотела что-то сказать, он поцеловал ее в губы.

19

Уильям Паркер

21 декабря 2018-го, Сан-Франциско

– Ты бы мне заранее позвонил, у меня тут такой беспорядок.

Шарлотта смотрит на меня поверх круглых очков в тонкой оправе.

– Не беспокойся из-за этого. – Машу рукой. – Мне нужно поговорить с тобой.

– Проходи.

Морг с устрашающе белыми стенами и запахом антисептика наполнен инструментами для проведения вскрытий, они разложены на металлических столиках с колесами. В центре нечто вроде кушетки, над которой свисает лампа. Она пустая, но, бьюсь об заклад, таковой не была пару минут назад. Когда я постучал в дверь, то услышал, как Шарлотта выругалась, прежде чем сказать: «Минутку, пожалуйста». У задней стены четыре холодильные камеры для хранения трупов, от вида которых у меня стынет кровь. Возможно, не из-за них, а из-за низкой температуры. Здесь стоит лютый холод.

– Не представляю, как ты работаешь в окружении трупов.

– И это говоришь мне ты, детектив из отдела убийств.

– Туше.

– Рассказывай, – говорит она и скрещивает руки на груди.

Рассказываю все, что удалось узнать.

– О Боже, бедная девочка.

– Да. После разговора с лейтенантом я подумал, что, возможно, Логан Оуэнс остался недоволен таким исходом.

– Никто не остается довольным, когда его обламывают.

– Тем более он пользуется популярностью у девушек, по его словам. Не знаю, насколько он шутил при этом. Однако судя по его профилю… Я не разбираюсь в социальных сетях, но одиннадцать тысяч подписчиков в «Инстаграме» – это довольно много для торговца хозтоварами, не так ли?

– Еще бы. И как он их завлекает?

– Выставляя напоказ тело.

– Ага, тут этого добра навалом. Думаешь, если я буду делать фото со своими парнями, стану знаменитой? – говорит она и указывает большим пальцем руки на холодильники.

– Не сомневаюсь, но тогда мне придется тебя арестовать.

– Печально. Игра не стоит свеч.

– Вопрос, собственно, в том, что мне кое-что пришло в голову. Это лишь догадка, но, если я прав, мы тут же раскроем дело.

– Логан? – предполагает Шарлотта.

– Логан. Он не забыл про Сару. Спустя три месяца он узнает, что она живет одна, насилует ее и убивает, чтобы она никому об этом не рассказала.

– Звучит очень хорошо или очень плохо, не знаю. Но, к несчастью для твоей гипотезы, на теле Сары нет признаков сексуального насилия. Тот, кто убил ее, ничего больше с ней не сделал.

– Ты уверена?

– Хочешь убедиться сам? – Она снова указывает на холодильники и направляется к ним.

– Нет, нет. – Поднимаю руки, чтобы она остановилась.

– В любом случае, даже если он ее не изнасиловал, это все равно мог быть тот самый Логан, разве нет? – предполагает она в попытке меня утешить. – Она его не захотела, и он рассвирепел. И, улучив момент, заявился к ней домой и убил ее.

– Это возможно, но маловероятно. На данный момент.

– Кстати, я тут кое-что заметила, – говорит она с неожиданным воодушевлением, – ничего особенно, но…

– Но что?

– Одежды, в которой была Сара в момент убийства, в квартире не оказалось. Этот тип раздел ее и унес вещи с собой. Он знал, что на них остаются следы, и решил усложнить нам задачу по поиску. Этот факт и то, что он, вероятно, сверлил стену, указывают на то, что у убийцы при себе был рюкзак для хранения вещей и дрели. Если ты просмотришь записи с камер видеонаблюдения в той зоне, то вычислишь этого человека.

– Вокруг квартиры Сары нет камер на достаточном расстоянии, чтобы взять верный след. На углу улицы расположен автосервис, но там только сигнализация. В любом случае из-за вчерашнего тумана на записях ничего не видно.

– У меня есть еще кое-что.

Наклоняю голову.

– Ты как коробка с сюрпризами.

– Ты меня еще плохо знаешь, – подмигивает она. – Пойдем. – Она подводит меня к столу со склянками, пробирками и микроскопом. – Вот тут, – указывает на пробирку, внутри которой розоватая жидкость, – кровь. А тут, – указывает на в точности такую же, – глюкоза с красителем.

Я в недоумении.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Они не кажутся тебе одинаковыми?

– Да, похожи.

– Обе жидкости были найдены на месте преступления. Мне пришло в голову, что убийца скорее всего использовал фальшивую кровь, чтобы притвориться раненым. Он попросил помощи у Сары, когда та вышла из дома, чтобы выбросить мусор, и она, хоть пребывала в депрессии, не смогла оставить человека умирать на улице.

– Она привела его в свою квартиру, – говорю я, размышляя, – но не успела вызвать скорую. Дверной замок не был поврежден, потому что она сама открыла дверь. А тип из переулка…

– Еще глюкоза. Из головы утром кровь уже не шла, поэтому не было и кровавого следа от дома до переулка.

– Он все предусмотрел.

20

Уильям