Восьмой свидетель - Стив Кавана

– Не припомнишь, когда ты в последний раз основательно наступил на хвост кому-нибудь из копов? – спросил он.

– Я адвокат по уголовным делам. Если я не стану регулярно наступать им на хвост, значит, не справляюсь со своей работой.

– Ты понимаешь, о чем я, – сказал Джимми.

И тут я вспомнил. Ну да, сержант Бен Грей. Мухлежка с эвакуаторами.

– Недавно я столкнулся с одним из тех копов, что явно в черном списке у прокуратуры. Пару недель назад мне досталось дело о незаконном хранении огнестрела, открытое после незаконной остановки автомобиля. Я вынудил этого копа признать, что оснований для этой остановки не было, иначе собирался допросить его касательно откатов от эвакуаторных компаний. Звали этого копа сержант Грей, и рыльце у него явно в пушку – хотя, полагаю, это совершенно не тот уровень. Мелковато плавает. Как-то мне слабо верится, чтобы кто-то решил так серьезно наехать на меня из-за какого-то мелкого отката от эвакуаторщиков. Сколько там можно срубить – полтос? Это просто не имеет никакого смысла.

– Откаты суммируются. Предположим, у тебя от восьми до десяти таких эвакуаций в неделю. А это уже сколько – пятьсот долларов? Итого двадцать шесть штук в год. И допустим, что у тебя в эту схему с буксировкой вовлечены тридцать патрульных. Выходит почти восемьсот тысяч, и пятьдесят процентов из них достается боссу, Бьюкенену. Как ни странно, выходит серьезный крупняк, хотя это не имеет значения. Я давно уже понял, что в полицейском департаменте мелочевки не бывает. В прошлом году двадцать копов потеряли работу из-за скандала со штрафами…

Патрульные брали взятки за то, что якобы теряли или просто выбрасывали штрафные квитанции за превышение скорости и неправильную парковку. Когда ты полицейский, взять сотню баксов за то, чтобы закрыть на это глаза, – то же самое, что набрать на сотню штук наркоты и продавать ее детишкам в детском саду. Все это одинаково переходит границы дозволенного.

Джимми продолжал:

– Двое копов отдали концы, так и не успев предстать перед судом. Оба были дружками Бьюкенена как минимум лет тридцать. Все было обставлено как самоубийство, но я-то знаю, что он убил их обоих. Бьюкенен просто в ужасе от перспективы очередного внутреннего расследования, в результате которого еще двадцать полицейских останутся без работы или предстанут перед судом. Кто-то из них может что-то знать. Сейчас у «Достойнейших» не самые лучшие времена. Я слышал, что недавно прихватили одного из их поставщиков, торговца людьми – какого-то урода из северной части штата. На этих бедных детках они зарабатывают миллионы.

– Господи, я и не знал, что они связаны… Боже ты мой, это ведь Блок его прищучила!

– Тогда все ясно. Как раз Бьюкенен за тобой и охотится. Пока не будешь знать наверняка, не высовывайся. Можем приставить кого-нибудь к входной двери твоего офиса и твоей квартиры, если хочешь.

– Лучше приставь кого-нибудь к моей бывшей жене и дочери. Только не слишком близко. На расстояние выстрела. Не думаю, что они нацелятся на мою семью, но никогда не знаешь… Тем более непохоже, чтобы я прятался. И мне не нужны твои парни у моей двери. У меня уже есть Блок.

– Ну, как знаешь. Что теперь собираешься делать?

– Я не могу сейчас про это думать. Голова другими делами занята, более неотложными. Сегодня днем окружной прокурор проводит пресс-конференцию, на которой собирается разрушить жизнь моего клиента, а я не могу этого допустить. Ты знаком с Кастро?

– Никогда с ним не встречался. Ему предложили представиться – обычное дело для нового прокурора. Он отказался. У меня нет никаких рычагов воздействия на этого парня. Хотя это не значит, что он стопроцентно чист. В этом городе такого просто не бывает. Думаю, что он уже вступил в партнерские отношения с кем-то еще. И у него скоро выборы.

Правосудие – это кувалда. Кастро требовалась уверенность в том, что он вступит в этот избирательный цикл с солидным обвинительным приговором в кармане. Дело Джексона обещало стать громким, и Кастро проехался бы верхом на этой победе до самой избирательной урны. На выборах у него имелся серьезный соперник в лице Моргана Монтгомери – бывшего председателя НАСПЦН[14], талантливого юриста по гражданским правам и филантропа.

– Я должен что-то сделать, чтобы снять ненужный накал с этого дела. Кастро явно попытается превратить это разбирательство во вторую серию процесса О Джей Симпсона[15].

– И что же ты можешь сделать?

– Что-нибудь придумаю.

– Вот этого я и опасаюсь. Когда ты используешь этот свой большой мозг, не забывай, что у него есть своя цена. И что кто-нибудь в какой-то момент попытается ее получить.

Глава 8

Эдди

Прежде чем встретиться со всеми остальными из своей команды, я попросил Тони заскочить ко мне домой, чтобы прихватить кое-какие личные вещички. Я не хотел, чтобы меня застали на улице с пустыми руками – к примеру, если какой-нибудь киллер из Вайоминга попытается сунуть мне под нос ствол двадцать второго калибра. Бронзовый кастет, который я держал в офисе на всякий пожарный, был чертовски тяжелым, но вот пара керамических, припрятанных у меня дома в письменном столе, были достаточно легкими, чтобы держать их в карманах без риска продрать подкладку костюма. На всякий случай я засунул в носок и складной нож-выкидуху. Этот нож с перламутровой рукояткой подарил мне Джимми, когда я выиграл свой первый любительский бой. Джимми боксировал лучше меня, но я был быстрее. Мы тренировались вместе, росли вместе. Я всегда был рад, что судьба свела меня с ним.

Тони высадил меня у подножия небоскреба на Уолл-стрит. Офисы Эла Пэриша разительно отличались от вместилища юридической фирмы «Флинн и Брукс». Располагались они на пяти этажах. С видом на реку. Кругом сияющий хром, надраенная медь и красное дерево. И юристы разного ранга в дорогущих костюмах, сшитых на заказ. Причем можно не опасаться, что кто-нибудь из клиентов услышит крики, доносящиеся с нижнего этажа, где кому-то поперек задницы татуировочной машинкой набивают надпись «Маменькин сынок».

Гарри и Кейт уже поджидали меня в приемной.

– Хорошо, что ты смог прийти, – сказала Кейт.

– Джексон уже здесь? – спросил я.

– Он в конференц-зале, с Элом и еще полудюжиной людей в костюмах. Все из которых берут по две сотни в час, – сообщил Гарри.

– У нас уже есть план, как разобраться с этой пресс-конференцией окружного прокурора? – спросила Кейт.

– Почти. А пока что мне нужно, чтобы ты взяла эту встречу