Убийства в одном особняке - Стейси Хакни

– Конрад оставил награду тому жильцу «Примроуза», кто предоставит информацию, которая поможет раскрыть убийство.

– Ну надо же, до чего странно! Я не припоминаю, чтобы Глория вообще упоминала о нем.

– Может, тебе стоит спросить у Стэнли? – предложила Лайла.

Со смерти Софии прошло больше двадцати лет. За все эти годы полиция, детективы-любители из интернета и криминальные журналисты так и не смогли отыскать убийцу. Лайла до сих пор не понимала, с какой стати Конраду понадобилось учреждать награду. Если кто-то в «Примроузе» знал, кто убил Софию, то уже давно сказал бы… хотя, может, и нет. Возможно, у обитателей дома имелись свои резоны держать язык за зубами.

– Надеюсь, ты не думаешь сама расследовать это дело, – сказала мама с тревогой. – Тебе надо вести себя тише воды, ниже травы. Не хватало нам новой шумихи по твоей милости!

У Лайлы загорелись щеки.

– Ничего я не расследую. Мне просто стало любопытно.

В трубке опять раздался мамин мелодичный смех.

– Вот и хорошо. В любом случае это просто смехотворно. Куда тебе! Ты ведь не замечала махинаций собственного мужа, которыми он занимался у тебя под носом! Не подумай, я тебя не виню – для меня все эти цифры такая же китайская грамота.

– Я никак не участвовала в его делах, – холодно заметила Лайла.

– Ну конечно, – примирительно сказала мама. – Ладно, милая, мне пора. Через полчаса я должна быть в клубе. Поговорим через пару дней.

– Да, пока. – Лайла откинулась на спинку дивана. На нее навалилась тяжесть, будто ее похоронили под толстым слоем песка. Она сама не знала, чего ждала от этого звонка… Но понимала, что точно получила не это.

Глава 10

Лайла встала, отодвинув в сторону коробку с просроченным куриным супом. Постояла, качаясь с пятки на носок и барабаня пальцами по столешнице. Мамины слова так и крутились в голове: мы многим ему обязаны, займись-ка этим, куда тебе. Она решительно вышла из кухни: пора было сменить обстановку.

«Примроуз» находился в конце Гроув-авеню, главной улицы, тянувшейся через всю западную часть Ричмонда. Она была застроена дорогими жилыми комплексами и элегантными особняками, величественными каменными соборами и частными школами из красного кирпича; не меньше трех кварталов занимал торговый пассаж с дизайнерскими бутиками, ресторанами и гастрономическими лавками.

Кофейня «Воспрянь!» располагалась в боковом тихом переулке; перед ней была терраса с черными коваными стульями и столиками, где обычно собирались молодые мамаши в модной спортивной форме с дорогими колясками. Лайла хорошо знала этот тип: когда-то она сама была такой.

Этим утром террасу традиционно наводняли мамы с колясками, банкиры на пенсии в рубашках для гольфа и студенты в спортивных штанах. В воздухе витали дразнящие ароматы выпечки; на прилавке красовались булочки и кексы всех видов и размеров. Бледно-желтые стены кофейни заливал рассеянный солнечный свет с улицы.

Лайла заказала фильтр – самую дешевую позицию в меню. Ей сообщили, что кофе будет готовиться несколько минут, потому что сейчас заваривается свежая колба, и она заняла последний свободный стол. Вытаскивая ноутбук из старой сумки «Луи Виттон», она вгляделась в знакомый коричнево-бежевый узор и потрескавшуюся кожу на ручках. Это была первая дизайнерская сумка, которую Лайла купила, – после того как они отпраздновали первый год с основания бизнеса. С этой сумкой она почувствовала себя собой: не какой-то там девчонкой из Академии Меритт, мать которой не может позволить ей джинсы «Тру Релиджен» с низкой посадкой, в которых все остальные форсили по выходным. «Луи Виттон» был единственной сумкой, которую она не продала. Лайла спрятала ее под стол и открыла ноутбук, собираясь пробежаться по сайтам для поиска работы, куда отправляла отклики.

Пока что там не было ничего нового. Она услышала, как бариста назвал ее имя, и подняла голову. Возле прилавка топтались несколько человек, еще несколько – перед входом, явно надеясь занять стол, как только он освободится. Лайле надо было как-то сохранить за собой место, но она не могла оставить сумку или ноутбук без присмотра. Порывшись в сумке в поисках чего-то, что можно было положить на стол, она обнаружила лишь несколько блесков для губ, полупустую упаковку бумажных платочков и один из старых романов Глории.

Вчера Лайле попалась в картонной коробке большущая коллекция космической эротики с названиями вроде «Месть секс-ботов» и «Космические пещеры». Конкретно эта книга называлась «Проникновение», и у нее на обложке был мужчина с приметным бугром на ширинке комбинезона рядом с ракетой, из которой вылезала практически обнаженная девица. Когда Лайла рассматривала картинку, в комнату влетела Беа, и она, запаниковав, затолкала книгу в сумку. А сейчас вот вытащила. Ничего лучше у нее все равно не нашлось. Перевернув «Проникновение» обложкой вниз, чтобы видна была только задняя сторона, Лайла положила ее на столик.

Забрав с прилавка свой кофе, она вернулась и поняла, что столик у нее все-таки отобрали. Мужчина слегка за тридцать с каштановыми волосами, стоящими дыбом в пяти разных направлениях, и сердитым лицом.

Лайла кашлянула, рассчитывая привлечь его внимание. Ничего не происходило. Она кашлянула еще раз. Он по-прежнему игнорировал ее. Наконец она сказала:

– Простите, но вы, похоже, ошиблись. Здесь сижу я. – И добавила, нервно хихикнув: – Кажется, вы не заметили мою книгу.

Мужчина продолжал смотреть в телефон.

– Заметил.

Лайла выдохнула через нос, глядя прямо на него. Теперь захватчику придется встать. Это ее место, а все остальные столики заняты.

Мужчина покосился в ее сторону.

– Вы не могли бы так не нависать? У меня звонок.

– Вы просите меня уйти? – Лайла не верила собственным ушам.

Мужчина улыбнулся.

– О, спасибо, за предложение. – Он протянул ей книгу. – Вы ее забыли. Кстати, любопытный выбор. Как думаете, «Проникновение» касается космического корабля или… – Он высоко задрал брови и не договорил.

Лайла покраснела и вырвала книгу из его руки.

– Она не моя.

– Тем лучше. Вот и насчет стола определились.

– Вовсе нет! – Кожу на шее Лайлы закололо. – Я имела в виду, что книга принадлежит другому человеку, но я ее использовала, чтобы занять место.

Мужчина демонстративно обвел столик глазами.

– Другому человеку, значит? Кому-то воображаемому?

Лайла прищурила глаза.

– Книги – универсальный сигнал, что место занято. Это все знают.

Мужчина, безусловно, тоже это знал, но вставать не собирался. Решил небось, что она покладистая домашняя кошечка, которая побоится дать ему отпор. В целом он не так уж и ошибался. С Райаном она никогда не спорила. Жизнь была куда легче