Убийства в одном особняке - Стейси Хакни

и приятнее без ссор. Так ее воспитала мама. Но сейчас Лайле не было никакого смысла стараться угодить этому грубияну или кому угодно, кто выведет ее из себя. Она села на свое первоначальное место напротив мужчины. Поставила стакан с кофе в самый центр стола, заявляя права на него.

– Вы же понимаете, что ведете себя по-детски?

– Нет, по-детски себя ведете вы, – возразила Лайла. Ей самой не верилось, что она так разговаривает с незнакомцем, – мало того, нисколько не смущена.

– Мне нужно уединиться для важного звонка.

– Тогда не надо было заявляться в кофейню, – парировала Лайла. Она открыла ноутбук, давая понять, что никуда уходить не собирается.

Его телефон зазвонил.

– Вот и мой звонок.

Лайла продолжала смотреть в экран, будто не слыша его.

Мужчина взял телефон в руки и ответил, сев к ней вполоборота:

– Да, Джон. Спасибо, что перезвонил.

Лайла все еще делала вид, что читает в ноутбуке. На деле же она пила кофе и подслушивала. Нахал это заслужил. Он явился в общественное место и уселся за ее столик.

Он продолжал:

– Да, я понимаю. Конечно, до завтра черновик будет. И в департаменте со мной согласились поговорить. – Снова пауза. – Я запросил копию из фонда Кента, и у меня уже назначено несколько встреч в «Примроузе».

При этих словах Лайла насторожилась. Он говорил про «Примроуз» и фонд Конрада Кента. Кто этот парень такой? Он встретился с ней глазами и нахмурил брови, давая понять, что недоволен ее присутствием. Он что, живет в их здании? Нет, не может быть. Он не такой старый, и она никогда его раньше не видела – такие абсурдно широкие плечи Лайла уж точно запомнила бы.

– Слушай, давай я тебе перезвоню через десять минут? Тут проблемы со связью. Ладно, договорились. Пока. – Он сбросил звонок и уставился прямо на нее. – Вам что, нравится подслушивать чужие разговоры?

Лайла захлопнула крышку ноутбука.

– Почему вы говорили про фонд Конрада Кента?

Мужчина наклонился к ней, и его глаза заблестели. Что-то в его внимании к ней, в этих зеленых глазах заставило Лайлу покраснеть. Она отстранилась, откинувшись на спинку стула.

– Что вам известно про фонд? – спросил он.

– Я живу в «Примроузе», – призналась Лайла.

Он прищурился:

– Но вам же не пятьдесят пять, да?

– Нет, – фыркнула Лайла, задетая вопросом. – Я там временно.

Лицо мужчины смягчилось до обаятельной, но явно фальшивой улыбки.

– Кажется, мы начали не с того конца. Могу я задать вам несколько вопросов?

– Кто вы такой? – спросила Лайла.

– Нейт Доннелли. Репортер «Ричмонд джорнэл».

Репортер. Вот же дерьмо! Лайла терпеть не могла репортеров.

– Какое вам дело до фонда? – поинтересовалась она.

– Я пишу статью про смерть Софии Кент. Ретроспективный взгляд на преступление и на провал в расследовании. После смерти Конрада Кента и учреждения фонда на два миллиона долларов интерес к этому делу резко возрос. Я опрашиваю полицейских, членов семьи, жильцов «Примроуза». Сколько вы живете там? И что думаете о фонде?

Нет уж, с ней этот номер не пройдет. Она ни капли ему не доверяла. Допив свой кофе, Лайла встала из-за стола.

– Интервью я не даю.

– Слишком заняты. Я понимаю. Если назовете мне ваше имя и телефон, я вам позвоню. Найдем более подходящее время побеседовать. – Нейт протянул руку, пытаясь ее остановить. – Клянусь, я славный парень, когда не жду звонка от моего редактора. Он заставляет меня нервничать.

Волосы Нейта были сущей катастрофой, будто он все утро провел, дергая за них. На короткое безумное мгновение Лайле захотелось самой пригладить его шевелюру.

– Ничем не могу помочь. Я не общаюсь с прессой, – отрезала Лайла сухо и решительно.

Ей вспомнились статьи про делишки Райана и про то, как он бросил жену и дочь. Шею словно огнем обожгло. Даже спустя все эти месяцы ее охватывал ужас при мысли, что совершенно незнакомые люди читают о самом страшном, что с ней когда-либо случалось, и судят ее.

– По-моему, с прессой обычно отказываются говорить те, кому есть что скрывать, – легко заметил Нейт.

Он понятия не имел, насколько близок к истине. Последнее, чего хотелось Лайле, – внимание прессы, которая наверняка упомянет о ее связи с Райаном и прошлогодним скандалом. Ричмонд и «Примроуз» были для нее чистым листом – новым, пускай и временным стартом для них с Беа. Она не хотела, чтобы одноклассники Беа прознали про преступления Райана.

– Я ничего не скрываю. – В конце фразы Лайла повысила голос и привлекла тем самым внимание четырех женщин, сидевших за столиком справа: все были в легинсах «Лулулемон» из разных коллекций и облегающих топах в тон, с волосами, собранными в тугие хвосты на затылках. Они поглядели в сторону Лайлы и Нейта: точнее, едва заметив Лайлу, сразу же перевели взгляды на Нейта, после чего захлопали ресницами, скрывая явный к нему интерес. Лайле это показалось смехотворным. Не такой уж он и привлекательный!

Нейт поднял вверх руки, сдаваясь.

– Не стоит так заводиться.

– Я совершенно спокойна. – Но это была ложь. Лайла определенно завелась. – Я просто не заинтересована в общении с вами.

– Ой! – Нейт глянул на ее безымянный палец без кольца. – Обычно меня все-таки не расстреливают через пять минут знакомства.

– Это если вы все пять минут молчите.

Лайла подхватила сумку и держала ее теперь перед собой как щит.

– Я ухожу.

– Гораздо лучше было сделать это пять минут назад, когда я говорил по телефону.

Лайла резко развернулась, ударившись голенью о ножку стола, и пошла к выходу. Мамаши в «Лулулемон» устремили на нее заинтересованные взгляды, перешептываясь между собой.

– Наслаждайтесь своим космическим порно! – крикнул Нейт ей вслед.

– Наслаждайтесь тем, какой вы козел, – дерзко ответила Лайла.

Она сошла с террасы; ее сердце быстро колотилось, но на губах порхала едва заметная улыбка. В кои-то веки она не грустила. Не чувствовала себя одинокой. И нисколечко не боялась.

Глава 11

В «Примроуз» Лайла вернулась в на удивление приподнятом настроении. Может, надо почаще злиться на людей? По пути она любовалась большими вазонами с геранями перед витринами магазинов и даже погладила золотистого лабрадора, который понюхал ее ноги. У нее в голове формировался список дел, которыми она могла заняться сегодня. Надо расчистить буфет на кухне и откликнуться еще минимум на две вакансии. Хоть откуда-то ей должны, в конце концов, ответить.

Идя через холл к лифту, Лайла заметила Айрис и Джун Уиллоби в зале «Гортензия», за одним из круглых столов, и помахала им рукой. Перед дамами были две колоды карт и два стакана с символикой «Тервис», до