Люблю, мама - Илиана Ксандер

– Вдруг мы так и не узнаем финал?

– Может, она закончила и попросила кого-нибудь передать тебе письма, если с ней что-нибудь случится…

У меня по спине бежит холодок.

– Погоди, то есть… – На меня обрушивается новое осознание. – Ты имеешь в виду, она понимала, что с ней может что-то произойти? И специально записала все для меня?

Я в потрясении, зато ЭйДжей спокоен.

– Не исключено.

– Тогда… Ладно, ладно… Тот, кто отправляет эти письма, – почему он не отдаст их все сразу? Почему присылает по одному, как подсказки?

– Может, чтобы ты открывала правду постепенно, кое-что узнавала сама? Представь, если б кто-то явился к тебе и заявил: «Слушай, твоя мать убила троих парней в приюте, потом, скорее всего, избавилась от телки, с которой твой отец ей изменял, и описала все это в своих книгах», – ты бы поверила? Нет, конечно, – отвечает за меня ЭйДжей. – А так ты выискиваешь информацию, проверяешь и понимаешь, что детали и правда сходятся.

– Хм… Ну ладно.

Мгновение мы сидим в молчании.

– Думаю, мне надо поговорить с кем-нибудь, кто знал маму в приюте, – высказываюсь я наконец. – А еще лучше, знал и маму, и Тоню.

– Если удастся таких отыскать.

– Правильно. Мне надо поехать в Келлер.

Денег на билет у меня нет, но можно попросить у отца. Он с удовольствием даст – теперь, когда мамы нет, – и не придется даже объяснять, зачем они понадобились.

Я поднимаю глаза и встречаюсь с насмешливым взглядом ЭйДжея. Его губы складываются в хитрую полуулыбку.

– Что? – Пожимаю плечами. – Мне надо найти очевидцев, первоисточник этой информации. Такие вещи не обсуждают по телефону. И может, в какой-то момент придется поехать и в Олд-Боу…

– Не думаю, что ты что-нибудь нароешь в Олд-Боу.

– У отца там были друзья. Я узнаю их имена, посмотрю, вдруг кто еще живет там… Многие его приятели знали Тоню. Она же тусовалась с ними, правильно?

– Ага, двадцать лет назад. Кто помнит случайную подружку, с которой тусовался пару месяцев, будучи при этом постоянно пьяным?

– Но именно так работают частные детективы. Раскапывают информацию крупинку за крупинкой.

– Но ты-то не частный детектив, Снарки.

– Ха! Сама знаю. Жаль, у меня нет денег, чтобы нанять одного из них.

– У меня есть.

Прожигаю его взглядом.

– Вот только не надо, ЭйДжей! Не нужны мне твои деньги. Как-нибудь сама разберусь.

– Сейчас я тебе скажу кое-что, только ты не злись, ладно?

Кошусь на него с подозрением.

– Обещаешь? – спрашивает он с чарующей улыбкой.

Я закатываю глаза.

– Обещаю.

– Я поеду с тобой в Бримвилл.

Мое сердце делает скачок.

– Серьезно?

– Но только если позволишь оплатить поездку нам обоим.

Прищуриваюсь – похоже, он пытается взять дело под свой контроль.

По правде говоря, денег у ЭйДжея куча. В отличие от меня. Так что можно вздохнуть с облегчением: не придется залезать в свои скудные сбережения или просить у отца.

– Ладно, – киваю я, отворачиваясь. – Спасибо.

ЭйДжей бьет по воздуху кулаком и еле слышно шепчет:

– Йессс! – а потом спрашивает: – И когда мы едем? Завтра?

Нервно смеюсь в ответ на его безумную идею, но мое сердце от предвкушения уже выбивает барабанную дробь.

23

На следующий день, как только закачиваются лекции, я бегу к Эй Джею домой.

– Ты будешь разочарована, – сообщает он с порога.

Бросаю сумку на пол, потом беру из холодильника банку газировки и удобно устраиваюсь в своем обычном кресле.

ЭйДжей крутится на компьютерном стуле.

– А может, и нет. Как посмотреть.

– Выкладывай, – командую ему, сгорая от нетерпения.

ЭйДжей разворачивается к монитору.

– Сама знаешь, в наше время ничего нельзя скрыть. – Его пальцы порхают над клавиатурой, на экране открываются окна браузера и файлы с документами. – Все оставляет цифровой след. Даже если ты никак не проявляешь себя в онлайне, записи остаются.

– Правда, они могут вести в тупик.

ЭйДжей откашливается.

– Приют был закрыт пятнадцать лет назад. Я подумал, поскольку у твоей мамы не было друзей и она не упоминала никаких близких, нет смысла искать ее одноклассников. Я поднял другие записи, попробовал несколько имен. Нашел ссылки на пару десятков людей с теми же именами и нужного возраста по всей стране. На сотрудников, имевших отношение к расследованию пожара.

– И где же ты их отыскал?

– В полицейском деле. Там учителя, социальные работники, психотерапевты – куча народу, в общем. Их вызывали на допросы, но только троих допрашивали больше одного раза. Первой была приютский психолог, но она умерла два года назад.

– Черт…

– Учитель математики в средних классах, но он тоже умер вскоре после закрытия приюта.

– Великолепно, – бормочу я. – А кто третий?

– Третья. Дайан Джейкобсон, заведующая хозяйством. Как ни странно, ее допрашивали неоднократно. Она в тот день работала в ночную смену. – ЭйДжей бросает на меня многозначительный взгляд. – В деле упомянуто, что воспитанники называли ее «крестная».

– Знаешь, что интересно? В маминой «Лжи, снова лжи и возмездии» есть персонаж, единственный положительный, – заведующая хозяйством, к которой главная героиня обращается за помощью.

– Вот видишь!

– Выкладывай дальше. Где она сейчас?

– Дайан работала в приюте, пока он не закрылся, а потом вышла на пенсию. Сейчас ей семьдесят три года, и, если верить реестру, она владеет недвижимостью в двух часах езды от Келлера. Я пробовал звонить ей на домашний, но никто не отвечает. Мобильных на ее имя не зарегистрировано.

– Кто в наше время обходится без мобильного телефона?

– Ты удивишься, но есть и такие. Или, может, у нее одноразовая симка… Я проверил автомобильную базу данных – на тот же адрес зарегистрирована ее машина. Родственников нет – по крайней мере, я никого не нашел.

– Думаешь, она живет там?

ЭйДжей откидывается на спинку стула и поворачивается лицом ко мне.

– Я не знаю. Но если она не отвечает на телефон, единственный способ проверить…

Я задираю одну бровь.

– Какой же?

– Нанести ей визит.

Надуваю губы, чтобы скрыть улыбку.

– Итак. – ЭйДжей барабанит пальцами по подлокотнику стула. – Раз сегодня пятница и лекций в ближайшие дни у тебя нет, выводы очевидны: летим в Небраску!

С трудом удерживаюсь, чтобы не вскочить с кресла от восторга. Мы отправляемся в путешествие!

– Но, – он тычет в меня указательным пальцем, как пистолетом, – только если я за все плачу.

Задерживаю дыхание, чтобы не брякнуть какую-нибудь глупость и не показаться неблагодарной, потому что в действительности мне немного стыдно, что ЭйДжей за меня платит.

– Ладно. Давай.

– Отлично!

– Я твоя должница.

– Вовсе нет.

Он снова поворачивается к компьютеру и начинает печатать. Через несколько минут у нас уже забронировано два