Последний час - Самюэль Бьорк

– Да?..

– Альфред Беккер. Профессор истории.

В ее глазах вспыхнули искры.

– Он подсказывает нам, кто станет следующей жертвой, – тихо сказала она.

– Что?

– Он дает нам шанс найти их. – Она достала телефон и сделала фото.

– Позови специалистов. Я должна как можно скорее пролистать эту книгу.

– Но?..

– Книги. Ответ в книгах! – она победно усмехнулась. – Пусть поторопятся, ладно?

Миа снова бросилась к выходу. Мунк последовал за ней, кивнул техникам, чтобы те шли внутрь, и уже собирался закурить сигарету, когда телефон зазвонил.

Анетте Голи.

– Кажется, мы его взяли.

– Что? – Мунк застыл с сигаретой в зубах.

– В одном из переулков к югу от парка. Толстовка с капюшоном, черные кроссовки, джинсы. Патруль заметил его, погнались, скрутили прямо в чьем-то саду.

– Ты серьезно?

– Мы взяли его, Мунк, – в ее голосе он почти услышал самодовольную улыбку.

– В толстовке? И джинсах? Да это может быть кто угодно.

– У него кое-что было в кармане. Записная книжка.

– Так?..

– Она у меня. Читаю, слушай.

Он слышал, как она перелистывает страницы.

– Мария Симонсен. Ведьма. Предметы: тролль, рысь, американская история.

– Так, но…

– Слушай дальше, – продолжала Голи. – Альфред Беккер. Скотина. Предметы…

Мунк сунул сигарету обратно в пачку и бросился назад на кухню.

– Предметы, – продолжала Анетте. – Слон…

Да.

– Открытка из Алис-Спрингс…

Совпадает.

– Книга про поезда.

В точку.

– Подтверждаешь? – быстро спросила Анетте. – Предметы на столе совпадают?

– На сто процентов, – кивнул Мунк.

– И сколько людей о них знают?

– Только Миа и я, – ответил он, уже снова стоя на лестнице.

– И преступник, верно?

– Где ты сейчас?

– В Грёнланне, он у нас в камере.

– Буду через минуту, – Мунк усмехнулся, садясь за руль.

20

Фредрик Риис внезапно оказался на тропинках своего детства. Он свернул к стоянке над пляжем Ингьер и припарковался в самом конце, под высокими деревьями. Он не вспоминал это место уже много лет. Когда-то они жили здесь, до его девяти лет – в ту пору отец был обычным терапевтом, а потом вся семья переехала в США, где отец специализировался на пластической хирургии. Не лучшие воспоминания. Это время в его жизни было, мягко говоря, не самым приятным. Общество расколото на две группы – либо очень богатые, либо нищие. Фредрик оказался как раз посередине этой классовой борьбы, в самой ее неловкой, растерянной середине. Мать, конечно же, хотела, чтобы он общался с «правильными» детьми. С теми, что в дорогой одежде. Проблема была в том, что все эти «правильные» дети казались Фредрику придурками. Я не хочу с ними играть. Они злые. Каждое утро мать встречала его с уже подобранным нарядом, не отступала, пока не видела, как он выходит за дверь: рубашка Lacoste, ботинки Isba, шапка и шарф Busnel. Каждое утро он чувствовал себя клоуном. И довольно скоро в нем проснулся маленький бес, который придумал «идеальный» план. За гаражом у соседей он спрятал сумку – с той одеждой, которую сам хотел носить. Ничего особенного. Обычная. Почти незаметная. Зимой было холодно, но он все равно переодевался – до нижнего белья, прямо за густой изгородью. Та же процедура – на обратном пути. Все шло отлично. До одного дня. До дня, когда они делали классное фото.

О черт.

– Ты как вообще выглядишь?

Лицо матери, полное разочарования, когда через несколько недель прислали фотографию.

Три недели домашнего ареста.

Она почти не разговаривала с ним в следующие месяцы.

Что с людьми вообще не так?

Тот же укол обиды он почувствовал утром, спускаясь в гараж за машиной. На улице кто-то говорил по телефону: «Со мной все в порядке, да, да, я осторожна, мама. Уже иду домой. Обещаю, никуда больше не пойду сегодня». Кто-то из другого города звонил, волновался, хотел узнать все ли с ним в порядке.

А его родители?

Ни слова.

Фредрик покачал головой, заглушил двигатель и осмотрелся.

Она позвонила ему всего через несколько минут после взрыва в парке Фрогнер.

Вероника Ланге.

Секретарша из адвокатской конторы «Виик, Олборг и Симонсен».

– У меня кое-что есть. Можем встретиться?

Прошло несколько минут, и вот она появилась, спускаясь по тропинке.

Одежда была другая: спортивные штаны и розовая куртка, капюшон натянут на голову.

Села в машину, смахнула капли дождя с лица.

– Привет, – сказал Фредрик.

– Привет, – тихо ответила Вероника, закусив губу.

Оглядевшись по сторонам, она заметно нервничала.

– Что случилось? – спросил он.

– Черт, мне вообще-то нельзя этого делать, – пробормотала девушка и уже собралась выскочить из машины, но Фредрик мягко ее остановил.

– Успокойся. Тут только мы. Никто не узнает.

– Да, но…

Она снова метнула взгляд через плечо.

Теперь он понял.

Она боится.

– Что бы у тебя ни было, – сказал Фредрик, стараясь говорить спокойно, – я обещаю, мы тебя защитим. Никто, слышишь, никто не узнает, что информация пришла от тебя.

Вероника Ланге крепко сжала губы, подумала пару секунд и наконец решилась. Она расстегнула молнию толстовки и положила папку на панель перед ними.

– Вот, – кивнула она.

– Что это?

– Та самая встреча. Которую Мария Симонсен ни за что не хотела пропустить.

– Да?

– Northwind Equity, – сказала Вероника. – Все там.

– Ладно… И что это такое?

– Не слышал о них? – Она бросила взгляд через плечо.

– Нет.

– Один из крупнейших наших клиентов, – ответила Вероника. – Формально норвежская компания, но владельцы скрываются за сетью подставных фирм. Виргинские острова, Бермуды… В общем, наша задача в том, чтобы никто не знал, кто они и чем занимаются.

– А чем же они занимаются? – спросил Фредрик.

– Черт, – прошептала Вероника, опуская голову в ладони. – Не верю, что я это делаю. Мне конец, если они узнают. Меня не просто уволят…

Она посмотрела на него и провела указательным пальцем по горлу.

– Что? – сказал Фредрик. – Да брось…

Вероника покачала головой:

– Ты не знаешь, с кем мы имеем дело. Они идут по трупам. В прямом смысле. Ради прибыли. Помнишь тот случай несколько лет назад? Гражданская война в Судане, голод, гуманитарный кризис?

– Смутно. Прости.

– Это они поставляли туда оружие.

– И все это – здесь?

Фредрик дотронулся до папки.

– Northwind Equity, – повторила она и потянулась к дверной ручке. – Но ты получил ее не от меня. Понял?

– Конечно. Но…

– Все, я сделала, что могла.

Она бросила на него короткий взгляд, снова окинула местность настороженным взглядом и вышла из машины.

Фредрик резко опустил стекло, высунулся под дождь.

– Вероника? Я могу еще связаться с тобой, если?..

Но она уже не слышала.

Розовый спортивный костюм исчез среди деревьев на тропе.

Черт.

Ничего себе.

Фредрик подтянул папку с